Повелительница Тьмы (СИ) - Ковальчук Анастасия Исаевна - Страница 55

— Я, — обреченно отозвалась я, быстро положив тканевую салфетку на колени.

— Моя лучшая ученица, — распылался в улыбке тот, садясь за стол.

— Серьезно? — я так удивилась, что даже жевать перестала. — А Даймон мне сказал, что вальс я танцевала, как слон. А когда на праздничном ужине подавали сюарлю (обычные тарталетки с каким-то паштетом), то я умудрилась уронить все это ему на колени. Как сейчас помню, он сделал каменное лицо, проговорил очищающее заклинание, а потом прошипел, что руки у меня растут из… не того места, — неуклюже закончила я, а Марк неожиданно захохотал:

— А он был прав!

— Это еще почему? — обиделась я.

— Ты что, не помнишь, как каким-то невероятным образом наколдовала тарантулов? Один из них, между прочим, меня укусил! Но у метаморфов природная устойчивость к ядам, — хвастливо сказал принц.

Я подняла глаза от тарелки и с удивлением увидела, что все смотрят на меня.

— Папа, Настя хотела тебе кое-что сказать, — поспешно сказал Марк.

— Ах да, — перевела на того взгляд я, король изобразил вежливую заинтересованность и почему-то потер шею. — Ваше уважаемое Величество, — с пафосом начала я. — Мне известны прискорбные факты демографической ситуации в вашем Королевстве. Процент истинных метаморфов не так уж велик…

Я озадачено замолкла, о как завернула. Явно присутствие мистера Эрлстонга повлияло.

— Да, — важно кивнул король. — Их численность колеблется где-то в пределах пятисот-шестисот особей, а это действительно мало, по сравнению с полукровками, коих великое множество.

И он тяжело вздохнул, и тут я выложила свой главный козырь:

— И вы хотите, чтобы ваши внуки были полукровками? Хотите смешать чистую королевскую кровь истинного метаморфа с… — я красноречиво поглядела на багровую от гнева Талу. — Задумайтесь, — проникновенным голосом закончила я.

И король задумался. Марк начал нервно кусать губы, придворный маг пытался испепелить меня взглядом, а остальные деликатно отводили блестящие от восторга глазки. Я слабо охнула и выронила чайную ложечку. Кто-то яростно пытался проникнуть в мои мысли. Я усмехнулась, зря, что ли, вчера уговорила Марка проводить меня в королевскую библиотеку? Там нашлась парочка книг по магии… Я подняла глаза и поразилась силе придворного мага. Не владей я сразу четырьмя стихиями (ох нет, вру, пятью!), давно бы уже «плясала под его дудку», а в том, что он хотел именно этого, я не сомневалась.

— Я посоветуюсь сегодня с Повелителем, — внезапно сказал король.

Маг перевел взгляд на него, и я облегченно вздохнула.

— Как скажете, — чуть кивнул он.

— Э-э… Повелитель будет на сегодняшнем приеме? — поинтересовалась я.

— Конечно, — высокомерно фыркнула Тала, и я увидела некое подобие неудовольствия в глазах короля. — И Ракитский младший будет, и…

— Нам пора, — резко перебил ее Марк, вскочил, кивнул всем сидящим за столом, схватил меня за локоть и куда-то поволок.

— Ты что, — прошипела я за дверью. — Я же не спросила про Даймона!

— Тебе не стоит находиться в этом гадюшнике интриг и сплетен, — покачал головой он. — Я сам ненавижу все это. И еще… тебе не стоит быть на сегодняшнем приеме.

— Что?! Там же будет Даймон! — как идиоту, сказала я ему.

— Именно поэтому, — покусал губу принц, потом тяжело вздохнул. — Ладно, все равно узнаешь. Скажу сразу… Даймон не виноват! — выдал Марк. — Это все его папаша с мачехой! Ох, ты не представляешь, что с ней было, когда она узнала куда Даймон отправил ее сыночка, — мерзко хихикнул он. — Вот она во всем и виновата! Она на Повелителя надавила! А тот на Даймона! Поэтому он не виноват!

Я озабочено потрогала его лоб, а потом участливо спросила:

— В детстве не роняли?

— Да ну тебя! — скинул мою руку со лба принц. — Я тебе пытаюсь тут кое-что важное сказать. Послушай…

— Настя! — с противоположной стороны коридора вынырнула Эля. — Платье уже принесли! А я как раз выходной взяла, поэтому все и проконтролирую.

— Ваша Светлость! — всплеснули руками четверо пышнотелых женщин, показавшихся с другой стороны. — До начала приема всего семь часов! Вас уже все ждут!

Марк закатил глаза и жалобно поинтересовался:

— Может отец будет следить за всеми приготовлениями, а не я? Ну какая мне разница, позолоченные канделябры будут, или золотые?

— Идемте, Ваша Светлость, — строго сказала одна из женщин, и его, упирающегося, потащили прочь.

Перед тем как скрыться за углом, принц прокричал:

— Это заговор! Всё — заговор! Настя, беги пока не поздно, иначе…

Его пальцы, судорожно цеплявшиеся за угол коридора, разжались.

— Дурдом, — констатировала я.

— Это ты еще не видела, что было на его дне рождения неделю назад, — хмыкнула амазонка, становясь рядом. — Он грозился спрыгнуть с крыши, если у него еще раз спросят, какого цвета должен быть крем на праздничном торте.

— Да-а… — протянула я. — Вижу, Марк не любит всякие шумные сборища.

— Наоборот. Он просто не любит королевскую жизнь, — вздохнула Эля. — Ладно, идем, надо платье примерить.

— Ну уж нет, — категорично сказала я. — Сама слышала, до приема еще семь часов. Так что…

Не успела амазонка опомниться, как я юркнула в боковую дверь.

—  «Энциклопедия метальных чар и чар экранирования», — прочла я название большой книги. — Экранирования? Интересненько… что ж, почитаем…

Я удобно устроилась в кресле и отрыла первую станицу. Через час мне надоело читать вслух все заклинания подряд. Я захлопнула энциклопедию и встала.

— Ой-ё! — охнула я и с трудом удержала равновесие.

Было ощущение, будто на меня надели многокилограммовую шапку, и она давит… давит…

— Переборщила я с ментальными чарами, — пробормотала я, судорожно листая энциклопедию. — Черт!

Контрзаклятий не было.

— Что это ты шатаешься? — с прищуром спросила Эля, сидя на моей кровати, рядом, в креслах, сидели две уже знакомые мне пышнотелые женщины. Амазонка еще пару раз подозрительно дернула носом. — Ладно, давай сюда. Будем приводить тебя в порядок.

— По-моему, я и так в порядке, — огрызнулась я, держась за болящую голову. — Ресницы, брови, ногти — безупречны. Только причесаться немного, и все путем!

— Это ты так думаешь! — хмыкнула Эля.

Следующие три часа меня варили в кипятке, держали на пару, сдирали заживо кожу (хотя мне сказали, что просто убирают ороговевшие клетки кожи), мазали какой-то липкой дрянью волосы, потому что им, видите ли, они показались не достаточно шелковистыми. Еще пытались обрезать ногти на руках, но я орала, что испортить свой французский маникюр не позволю. Потом сделали расслабляющий массаж спины, плеч, шеи…

В итоге я стояла перед зеркалом вся красная, злая, с неестественно прямой спиной и гордо поднятой головой (шевелить ей мне было очень и очень больно). Платьем оказалась облегающая до колен нежно-розовая, почти белая, хламида. От колен до пола она расширялась изящным колоколом.

— И как я буду ходить? — поинтересовалась я. — Прыжками?

— Ну почему же, мелкими шажочками, — отозвалась женщина, застегивая у меня на шее ярко-блестящее колье из бриллиантов (вранье, бриллиантов не может быть так много, а если и может, то они бы так не блестели).

Платье было без рукавов и бретелек. Я задумчиво окинула взглядом свои голые плечи.

— Вы варили меня в кипятке для того, чтобы кожа приобрела этот истошный поросячий цвет? — язвительно спросила я.

— Мы не варили тебя в кипятке! — возмутилась Эля. — Просто делали твою кожу мягкой и шелковистой. Потрогай, — предложила она.

— Да я вообще тела не чувствую, — простонала я. — Хотя нет, чувствую. Сплошной синяк я чувствую! — чуть истерично воскликнула я.

— Вам надо отдохнуть, — мигом засуетились женщины. — Мы заглянем к вам через часок, другой. Отдыхайте…

Эля пожала плечами и вышла за ними.

— Куда же вы? — слабо пискнула я, потом кое-как допрыгала до кровати, разбив вазу и скинув подсвечник, и со стоном повалилась на нее. — Кошмар!