Когда они пришли - Тимченко Кирилл - Страница 86

Сообщив такой расклад, я почти не услышал возмущений. Все вышло так, как и представлялось. Похоже, мое слово действительно что-то весит. Только, естественно, Светка возмутилась. Похоже, так и не приняла моего верховенства. Назначив ее главной над остальным женским коллективом, я услышал в свой адрес слишком много лестного.

- Это ты опять где-то разъезжать будешь, а нам сиди тут, дожидайся, пока соизволишь вернуться?

- Смилуйся, ты мне опять мозги полоскать будешь? - вымученно спросил я, - Сразу скажи, чего надобно?

- А может, я с вами хочу?

- А прежнее неприятие насилия? - усмехнулся Сашка.

- Ты вообще молчи! Чья бы корова мычала! Сам-то каков?

Сашка посмотрел на меня в поисках поддержки, но я лишь закатил глаза.

- Хорошо, поехали... - не стал противиться ей, - Только учти, там гонять будут по полной программе...

- И что?! - руки в боки, глаза горят...

- Ладно... Только учти - сама просила, никто тебя не заставлял.

Больше ни о чем спорить не хотелось и, недолго думая, я сразу влез на крышу БТРа, нервно выстукивая прикладом автомата по броне мотив детской песенки. С этого наблюдательного поста было отлично видно весь наш карликовый лагерь, не занявший и третей части этого подземного этажа. И назвать это зрелище вселявшим в меня уверенность, никак нельзя было.

Скорее, вгоняло в уныние. Вид этих бессмысленно наваленных мешков, каких-то пакетов, неизвестно откуда взявшихся, выдранного с мясом сидения от автомобиля, теперь прислоненное к колесу Урала. Больше напоминало облюбованную бомжами подворотню, чем организованный лагерь.

Хотя и заниматься этим сейчас было уже поздно, но я дал себе зарок, что как только вернемся, наведу здесь порядок. А то совсем опустимся.

- Перестань! - высунулся из люка Макс, - Ты прям по голове стучишь!

Я сначала даже не понял, о чем он говорит, и только через несколько секунд до меня дошло, что его не устраивает дробь, что я отбиваю на броне.

- Хорошо... - и вместо это непроизвольно стал грызть ноготь... Боже мой, меня все это точно в могилы вгонит. Я так не дергался даже на вступительных экзаменах, когда объявляли списки поступивших.

Даже с некоторым вздохом облегчения я принял новость, что все готово и можно выдвигаться. Отдав указание на выезд, с немного полегчавшим чувством всеобщей нервозности, влез внутрь машины. Транспортер немного вибрировал, проезжая по стоянке, но это были вполне приемлемые неудобства по сравнению с тем, что было раньше. Дядя Коля, сидевший рядом, что-то рассказывал, но я слышал в пол уха, лишь для вида поддакивая. Сейчас меня интересовало гораздо больше, как мы будем выезжать со стоянки. За ночь перед воротами наверняка набралась целая толпа алчных до мяса трупов.

Выехав наверх, мы увидели, что военные даже и не думают открывать ворота. С одной стороны, не надо торопиться, с ходу газую на выход, а с другой, я все себе по другому представлял. По пояс высунувшись из люка, я крикнул:

- Товарищ сержант! Откройте дверь, пожалуйста!

- Слушай, не торопись, конвой выедет через полчаса, нам сообщат, вас подберут, куда спешишь-то... Снаружи чего не видел?

- Да нет... Насмотрелся уже...

- Ну и вот. Сиди и не дергайся. Отслужить бы тебе разок, сразу бы узнал, что даже если война - без приказу ни шагу... А то разбежался тут, пионер-герой...

- Так точно! Сижу и жду! - и карикатурно вскинул руку.

- А вот с этим не шути... А то я мигом забуду, как вчера вместе из одной бутылки пили...

Я несколько утихомирился. Ждать все равно не долго, поэтому даже с брони слезать не стал. Только полностью вылез из люка и свесил с борта ноги.

- Возьми, - через пару минут сержант подошел ко мне с какой-то подушкой.

- На кой она мне? - не понял я, принимая столь ценный дар.

- Под зад сунь, пока геморрой не насидел, - проинструктировал он меня, неодобрительно цокнув, - всему тебя учить надо.

Взвесив подушку в руке, я с минуту размышлял над эффективностью такого подхода. И все же решил воспользоваться. И оказалось, что сержант прав, сказав, что так гораздо удобнее. И я мигом воспользовался советом.

Минут через двадцать сплошной и непроходимой скуки, с сержантом связались по радио и сообщили, что конвой выдвигается.

- Пораньше собрались, - одобрительно он покачал головой, - Ладно, ребята, к бою!

Только подошедшее ощущение спокойствия мигом исчезло, сменившись напряженным зудом в районе груди. Все, наконец, теперь ожидание кончилось. Теперь или пан, или пропал. Сняв с плеча автомат, я нырнул обратно в люк БТРа, где ребята уже распахивали бойницы.

Считалось, что на каждого будет отведено по несколько таких, чтобы создать круговой сектор обстрела вокруг машины. К пулемету у нас все равно патронов не было.

Все остальное было уже давно приготовлено. Просто стояли и ждали, пока солдаты разберутся по своим позициям, беря под прицел вход на стоянку.

Их основная задача – создать сплошной заслон огня, чтобы ни один мертвяк не перешагнул порог.

Перекрестившись, сержант включил подъем и тут же побежал назад. Тихо поскрипывая, ворота начали подниматься. Снаружи в них сразу заколотили, напирая с каждой секундой. Догадались, гады, что еда внутри... Только мы вот сейчас так огрызнемся, что ноги не унесете.

Мертвяки, подвывая, все сильнее раскачивали поднимающиеся ворота. Те скрипели и елозили, создавая лишний шум, что в свою очередь привлекало новых зомби. Первые же, похоже, совсем взбесились, чувствуя шум и неспособные добраться до источника. Откуда же им понять, что сами его и создают.

Как только ворота открылись настолько, что внутрь можно было пролезть, в них протиснулся первый мертвяк, и, подтягивая обгрызенные до костей ноги, пополз к нам. Наблюдая за ним в бойницу, я тоже перекрестился.

Настолько омерзительно выглядел.

Сержант спокойно прицелился и выстрелил. Мертвяка с пробитой головой отбросило обратно.

- Готовсь! Сейчас полезут... – предупредил он, поправляя приклад на плече.

Зомби еще бились в полуподнятый ворота, как громыхнул "Корд", снося ничем не прикрытые ноги. Пули ломали их, как спички. Лишенные опоры, мертвяки валились на землю, под ноги своих товарищей. Лишенные каких-либо чувств, зомби, почуяв впереди себя свободное место, тут же лезли вперед, давя сбитых.

Некоторые из попадавших замечали свободный проход и лезли внутрь... А ворота почти раскрылись.

- Беглый! - прозвучал приказ.

Каждый выбирал себе мишень и стрелял. Убийственный огонь прошелся по первым рядам, сбивая зомби как кегли. Несмотря на это, на место одного упокоенного тут же вставали двое. Запинаясь среди трупов, поскальзываясь в крови и толкая друг друга, мертвяки перли внутрь, не считаясь с выстрелами.

Вновь заработал тяжелый пулемет, прошибая за раз по три-четыре тела.

Мертвецы отлетали назад, валились, но тут же снова вставали и шли или ползли вперед. Некоторых зажимали свои же и так и затаптывали, не давая возможности встать.

Волна немного ослабла и застопорилась. Грохот стрельбы, усиленный эхом, стоял такой, что у меня стало закладывать уши, но не без удовольствия я отметил, что хоть сейчас от нее был эффект.

- Пошли! Пошли! -  наконец, замахал нам сержант, даже не отрываясь от прицела.

Взревел мощный мотор БТРа и мы, пронеслись мимо отстреливающейся заставы, на всем ходу врезались в ходунов. Немного поредевшая, толпа окончательно развалилась после нашего заезда. Наматывая на колеса не успевших увернуться, и размазывая по стенам остальных, транспортер выехал на улицу и тут же повернул вправо. Следом выкатился автобус, и

Макс, пропустив его, включил заднюю передачу. Колеса сначала даже забуксовали, и я пережил несколько неприятных секунд, боясь, что мотор не выдержит. Мои опасения не оправдались. Поехав кормой вперед, бронетранспортер посшибал всех, кто оказался на пути, проложив ровную колею перед воротами. Как раз, чтобы сержанту хватило времени добежать и закрыть проход. Мертвяки повисли на боках машины, цепляясь за любые выступы и трещинки, но Макс снова переключил передачу, резко взяв в сторону, и зомби попадали с брони, теряя руки, ноги, а иногда и вовсе головы, попав под колеса. Чуть убавив скорость, мы нагнали автобус, дожидавшийся нас в соседнем переулке.