Когда они пришли - Тимченко Кирилл - Страница 12

- Миш, - позвала Света, - Кате хуже...

- Что такое? - подошел я.

Катю била крупная дрожь... Я приложил руку ко лбу. У нее жар, причем сильный... Может даже за сорок. Повязка уже какой-то дрянью пропиталась и воняет... Господи, а я даже не знаю, как ей помочь...

- Миша, я умираю? - спросила меня Катя.

Я взял ее за руку.

- Нет, конечно, ты поправишься... У тебя был шок и это... эээ... Ну, что-то вроде как отходишь...

- Не ври мне, - сказала она слабым голосом, - я ведь по глазам вижу... Я знаю, только попросить хочу...

В ответ я только кивнул.

- Обязательно сделаю, если в моих силах будет.

- Не хочу так, как эти... Не хочу такой же... если оживу, убей...

- Конечно... Но ты выживешь, не думай об этом...

- Больно, - неожиданно она пожаловалась мне, - очень больно.

Похоже на агонию... Глаза красные, не голос, а хрип какой-то...

- Не отпускай, - попросила она, голос уже совсем плохой, - не отпустишь?

- Не отпущу...

До чего же горячие руки... Й ее прям так и колотит. Сашка позади меня щелкнул предохранителем.

- А мне ведь только двадцать, - сказала она, еще крепче сжимая мою руку.

- У тебя вся жизнь впереди, - добавил я, заставляя себя смотреть на нее.

Как же это страшно вот так смотреть в глаза человеку, который знает, что сейчас умрет... Хуже всякой пытки.

Она мне улыбнулась... Я ей тоже... И понял, что уже не чувствую ее пульса.

- Назад! - сказал я всем.

Забрал у Сашки пистолет. Жду... Воскреснет или нет... А если не воскреснет?

И тут ее трупа распахнул глаза.

- Я обещал тебе, - прошептал как клятву и спустил курок.

Пуля вошла точно в лоб. Вот как ни цинично будет сказано, а Макаров в таком случае гораздо полезнее. Его тупоносая пуля не способна пробить голову насквозь и заляпать салон.

- Ты была хорошим человеком, - сказал я, закрывая ей глаза, - и всем нам жаль, что ты ушла. Да смилостивится Бог над твоей душой и избавит от мук вечных.

Теперь стоял вопрос с тем, что делать дальше… Пришлось остановится и мы быстро вынесли тело на улицу, облили бензином и подожгли, чтобы мертвякам не досталась. У всех нас на душе кошки скребли...

Настроение у меня испортилось. Сидел как в воду опущенный.

- Миш, наша остановка, - сказал Артем, тормозя у магазинчика, на который я рассчитывал.

Магазин был сделан в подвале, специализировался на торговле всяким туристским и охотничьим снаряжением. Пора, как говорится, экипироваться.

- Егор, за главного! - сказал я, - Сашка, бери пистолет и за мной.

У самого автомат на плече, в руках железка... вышли наружу. Молодец, Артем, припарковал тютелька в тютельку, даже от мертвяков отмахиваться не придется, до магазина два шага в буквальном смысле...

- Егор, никого не впускать, никого не выпускать. Кроме нас, конечно.

- Да понял я!

Спускаюсь первым, следом за мной, прикрывая спину, идет Сашка.

Проходим лестницу вниз... На ступеньках мертвяк с проломленной головой... Даже не обгрызан. Интересно, кто его так? У меня в голове на секунду возникла картина закрывшихся внутри продавцов и охранников магазина, держащих оборону против всех и вся. Будем надеятся, что с нами поделятся.

Кажется, что-то слышу... Точно, голоса...

- Э... бля, здесь нет стволов...

- Серый, ну ты, блин, удод... на кой ляд мы сюда приперлись...

Нет, это точно не продавцы магазина. Значит, мы тут не первые... Ничего, сейчас будем первыми... Меняю железку в руках на автомат, распахиваю дверь и вваливаюсь внутрь. Там стоят три типичных гопника... Спортивные костюмы, кепки эти дурацкие и сигареты в зубах.

- Э, Колян, а во и стволы, - сказал один из них, взмахнув окровавленной битой.

Вот она, американская культура... Бейсбол этот дурацкий нигде не прижился, а вот бита из спортинвентаря быстро заняла свое место в ряду доступного всяким гнидам оружия.

- А ну на выход, - скомандовал я, наводя автомат в морду самому уродливому, Коляну этому.

- Ты, бля, че несешь, бля... - сказал второй, с заточкой.

Только как он отошел в сторону, я заметил продавца с перерезанной шеей и проломленной головой ничком на прилавке. Значит, эти на убийство готовы... И вряд ли уйдут по своей воле.

- Слыш, пацанчик, отдай пукалку и убирайся, - сказал мне Колян и даже руку протянул.

Я демонстративно щелкнул затвором.

- Че, так прям и патроны есть? - оскалился урод, - а ну пальни в потолок.

- Ты, гад, думаешь, - прошипел я, - что шугануть тебя я патрон тратить буду? Я лучше его сразу тебе в морду всажу.

Урода, видимо, проняли мои слова, даже скорее интонация. С такими только и надо на языке силы разговаривать. Другого они просто понять не смогут.

Даже отступил на два шага...

Гопник с заточкой попытался обойти меня по флангу. И это Сашка под прицелом урода с битой держит. Ну я его на него и переключился.

Взмахнув монтировкой, Колян бросился на меня...

Скорее из инстинкта самосохранения, нежели реально осознавая, что делаю, я вновь прицелился в урода и выстрелил.

Пуля мигом остановила гопника, войдя ему в переносицу. Глаза скатились к раскуроченному носу и он упал, перхая и дергаясь... Странно, должен же сразу умереть... Пуля как-то не так вошла. Что ж, ему же хуже, помучается перед смертью.

Дружки его сразу же растеряли всю молодцеватость. И оружие побросали, руки вверх подняли.

- Пацан, в натуре, не стреляй больше, мы уйдем... Ну не стреляй, у меня мама больная... Не стреляй, пацан...

- Забирайте своего дружка и сваливайте, - сказал я, переводя прицел на них.

Те с радостью закивали головой, подхватили за руки еще дергавшегося приятеля и мигом вылетели... Вот и все. Уроды... Мните себя крутыми, а только со слабыми так себя и ведете... Чуть прижми вас, растечетесь как снег в кулаке... Слякоть...

- Скажи Егору, - сказал я Сашке, - пусть спускаются, все чисто.

Я убил... Убил живого, здорового человека. Одним нажатием оборвал чью-то жизнь... И что самое страшное, не чувствовал при этом никакого разочарования. Даже наоборот, где-то в глубине души считал, что сделал все правильно... Что так и надо было... И этот грех не будет тяжким грузом висеть на моей совести... Как тот, что не смог спасти Катю... И когда величайший из судей призовет меня к себе и спросит за все содеянное, я пожму плечами и скажу, что это убийство не считаю грехом...

Вернулся Сашка с девчонками.

- Артем с Егором остались автобус охранять, - сказал он, - потом отдельно придут.

- Хорошо. А теперь объясняю ситуацию, - сказал я, - все мы видим, что город катится в тартарары вместе со всем содержимым. И изменений курса пока не предвидится. Поэтому в подобных условиях короткие юбки, каблуки и легкие маечки противопоказаны к применению. Сейчас одеваемся, чтобы не красиво выглядеть, а выжить...

- Мы будем одеваться вот в это?

- Да, "вот в это". Кто против?

Против никого... Хотя девчонки явно недовольны. Пока девчонки выбирали себе костюмы, я с Сашкой заодно и склад проверил, чтобы убедится, что ни один мертвяк не забрел туда. Нет, все чисто.

Выхожу и вижу, что девчонки устроили аккуратную очередь в примерочную.

- Вы совсем чокнулись? - спросил я, - у нас каждый час на счету, а вы тут в "продавца и покупателя" поиграть решили?

- А как нам еще переодеться? - спросила Светка, окинув меня испепеляющим взглядом.

- Нас с Сашкой стесняетесь? - догадался я, - Так мы на склад уйдем...

Там же, на складе, мы с Сашкой сами переоделись. Я вообще полностью перевооружился. Одежду свою сменил на уставной камуфляж, сверху нацепил разгрузник... Вроде не армейский, больно карманов много... Но тем лучше... А вот на ноги одел армейские берцы. Они даже потяжелее моих будут. Наступишь кому-нибудь на ногу в таких, и получится ласт пятьдесят шестого размера...

Тут даже каски были... Но я пока беретом обошелся. Крест-накрест под разгрузником две сумки на лямках протянул. В одну сунул аптечку автомобильную, а в другую запихал респиратор и защитные очки... Это на всякий случай... Не хотелось даже и думать о том, что врежешь какому-нибудь мертвяку по морде, а оттуда тебе в лицо кровь хлестнет...