Превращение (ЛП) - Арментраут Дженнифер Л. - Страница 75

У меня возникло подозрение, что он немного слишком долго рылся в шкафу в поисках еще одной футболки, так, чтобы смог подумать об оправдании.

— Мне нравится опасная жизнь?

Из всех вампиров, которых я встречала до настоящего времени, Натан был самым серьезным, самым ярым приверженцем правил. В те две недели, когда я решала присоединиться ли к «Движению», он звонил почти каждую ночь с какой-то новой информацией, которую я не использовала, но которая, как он чувствовал, была жизненно важна для меня. Он держал на руках Зигги, единственного человека, который значил все в его жизни, и смотрел, как тот умирает, когда мог бы легко обратить его и избавить себя от боли потери. Но он не сделал это из-за своей принадлежности к «Движению».

И все же он спас меня.

— Почему? — снова спросила я.

Когда Натан посмотрел на меня, выражение его лица было мрачным.

— Я не могу объяснить это.

— Дай мне знать, когда сможешь, — я сделала движение, чтобы подняться с кровати, но Натан грубо натянул одеяла обратно.

— Тебе нужен отдых.

— Я уже наотдыхалась. Хочу встать, — и попробовала снова, но Натан схватил меня за руки.

— Может, ты просто послушаешь меня и ляжешь обратно? — с раздраженным проклятьем он дал мне чистую футболку и повернулся спиной.

— Что у тебя на уме, Натан? — я быстро сменила запачканную футболку на чистую, замерев при виде неровного шрама, разделявшего мою грудь пополам.

Его плечи ссутулились от усталости.

— Я не в первый раз иду против «Движения». У меня и так испытательный срок.

Я привела в порядок простыни вокруг обнаженной нижней части своего тела.

— Можешь повернуться.

Когда он повернулся, я увидела, что он разглядывает кусочек голой ноги, выглядывающей из-под одеял. Потом быстро отвел глаза.

— Ты сожалеешь об этом? — Что бы я сделала, если бы он сказал да?

Натан не ответил сразу же.

— Кэрри, когда я нашел тебя, единственной моей мыслью было оставаться рядом с тобой, пока ты не умрешь. Но это продолжалось так долго. Как только я думал, что ты на самом деле… ты возвращалась обратно. Честно, я никогда не видел, чтобы кто-нибудь боролся так настойчиво. Но ранения были слишком серьезными. Не было способа, которым ты могла бы исцелиться сама по себе. Учитывая как недавно ты была обращена, — он сел на кровать лицом ко мне. — Ты видела шрам? — Натан коснулся моей футболки, как раз под ключицей, и я вздрогнула от этого прикосновения.

— Да, — я смогла выдавить это чуть слышным шепотом.

Натан закрыл глаза, не убирая руки.

— Он разрезал тебя отсюда… — его пальцы скользнули вниз, пройдя между моими грудями, и остановились в ямке под грудной клеткой. Он разжал пальцы и на секунду положил ладонь мне на живот, прежде чем вернуться обратно к моей шее: — …до сюда. Но это был не просто разрез, он был как…

— Как открытая книга? — я понимала, как это должно было выглядеть для кого-то, непривыкшего к подобному зрелищу. — Ребра можно раскрыть очень широко. Но теперь я снова целая.

— Я помог тебе, — он улыбнулся и указал на ночной столик, где лежала стопка книг по хирургии.

— Натан, каким образом..?

— Если я скажу тебе, ты, вероятно, не будешь от этого в восторге. У меня не было здесь каких-то современных хирургических инструментов, — он двинулся к складному столику, где из набора первой помощи высовывались ручки ржавых плоскогубцев.

Мой желудок перевернулся, но причиной могли послужить остатки морфина в крови.

— Просвети меня.

— Я использовал проволоку, чтобы стянуть твою… грудину?

Я кивнула, подтверждая правильность термина, и позволила ему продолжать.

— Чтобы удержать ее, — Натан отвел взгляд. — Мне пришлось оборачивать проволоку вокруг снова и снова. На твоем месте я бы не стал проходить через металлоискатель.

Очень сильно желая сменить тему разговора, я откашлялась:

— Что ж, спасибо за совет. Но если я сама не могла исцелиться, почему сейчас чувствую себя лучше?

Он покосился на меня:

— Ты в самом деле не помнишь ту ночь?

— Нет. Я точно знаю, что случилось: просто хочу услышать твою версию. Знаешь, просто чтобы убить время, — я откинулась на подушки. — Если есть что-то, что ты должен сказать мне, думаю, ты должен это просто сказать.

— Ты потеряла слишком много крови. Даже если бы ты была в сознании, чтобы питаться, кровь просто вылилась бы через дыру. И ты умерла, Кэрри, — он с отчаянием вздохнул. — Если бы я знал, что случится…

Пульс грохотал у меня в ушах. Но более тревожащим оказалось то, что я могла слышать пульс Натана, как будто держала стетоскоп у его груди.

— Натан, что ты сделал?

Он посмотрел мне прямо в глаза, и в моем теле вспыхнул жар.

— Я оживил тебя единственным способом, который знал. Дал тебе свою кровь.

— Что это значит?

— Поначалу ничего. Я был в отчаянии, Кэрри. Я думал, моя кровь может ускорить твое исцеление, вот и все. Потом, когда я коснулся тебя, чтобы сменить повязки, я начал видеть что-то, твои воспоминания. Вот как я узнал, — он глубоко вздохнул. — Когда ты впервые стала вампиром, ты глотнула какое-то количество крови Кира. Твое сердце, должно быть, остановилось в какой-то момент…

— После одной из операций.

— Вот когда ты стала вампиром. Когда я дал тебе свою кровь, твое сердце… — он отвел взгляд и прочистил горло. — Ты уже ушла, но, кажется, нет никакой разницы. Процесс повторился, как будто ты не была вампиром изначально. Думаю, теперь я твой создатель.

Мой рот пересох, и в первый раз в своей жизни я потеряла дар речи. Но не из-за недостатка слов. У меня было в избытке чего сказать, но слишком много мыслей вертелось в моей голове. Одна из них — облегчение, что кровь Кира больше не течет в моих венах. Но это не слишком утешало, когда пришла вторая, и я вспомнила, что знаю о Натане так же мало, как и раньше. И даже он сам был о себе не очень высокого мнения.

Конечно, я знала, что не в характере Натана развлекаться манипулированием людьми, ради которого, казалось, живет Кир. Но между нами существовало влечение с той ночи, как мы встретились.

Это время словно было давным-давно, и Натан стал почти полнейшим незнакомцем. Тогда он был осторожным, но временами я могла видеть проблески настоящего Натана.

А теперь он стал моим создателем.

— Я не понимаю, — мое горло было таким сухим, будто я только что пересекла пустыню без единой капли воды. — Кир умер в отделении скорой помощи. Как он выжил, не будучи создан вновь?

Натан сжал переносицу большим и указательным пальцами и закрыл глаза.

— В зависимости от нашего возраста и силы мы можем быть мертвыми в течение нескольких часов, пока исцеляемся, если сердце остается неповрежденным, — он споткнулся на этих словах, затем откашлялся. — Если бы ты была такой же старой, как он, ты без проблем смогла бы выжить сама по себе.

— Так вот значит что? — я сделала глубокий вдох. Моя грудь была как в тисках, и вдох причинил боль. — Ты мой создатель? — слезы хлынули так внезапно, что у меня не было времени сдержать их.

К сожалению, Натан не принимал участия в моем внутреннем диалоге, предшествовавшему слезам, и неверно понял мои истерические рыдания. Он выругался и встал, и прежде чем я смогла остановить его, вылетел из комнаты.

Я отбросила одеяла и последовала за ним, благодарная его футболке за ее длину. Паркет в коридоре был холодным, так что я попыталась бежать на кончиках пальцев. После двух недель без движения ноги с трудом держали меня. Я запуталась в них и ударилась о стену.

Натан появился рядом со мной через две секунды, грубо прижав к груди. Он бросил меня на кровать немного менее нежно, чем я ожидала от кого-то, кто лечил почти разрезанного надвое человека, затем снова направился к двери.

— Подожди чертову минуту! — Мой голос звучал не так сурово, как я хотела бы, отчасти потому что лицом я ткнулась в подушку. Я приподнялась на локтях, чтобы посмотреть на Натана. — Ты не сделаешь это снова, Натан. Просто не сделаешь!