Долгая дорога домой - Чужин Игорь Анатольевич - Страница 78

Пока я строил наполеоновские планы, в пещеру вернулся Алдар. Эльф, увидев меня сидящим у стены, стал бледнее смерти и отшатнулся.

– Докладывай, – спокойно сказал я эльфу, чтобы прервать неловкую паузу.

– Вокруг болота нет ничего живого, кругом только изуродованные трупы чинсу и имперцев. Мне удалось вернуться по нашим следам в сторону Латра где-то на час пути, но я не нашёл даже следов погони, – взяв себя в руки, доложил Алдар.

Эльф хотел меня о чём-то спросить, но явно не решался этого сделать. Мне пришлось брать инициативу в свои руки:

– Не мучайся. Спрашивай, я отвечу!

Алдар ещё больше смутился, но всё-таки решился спросить:

– Ингар, там, на болоте, это сделал ты?

– Да, это я. Есть ещё вопросы?

– Но это невозможно! Я не видел следов оружия, все тела порваны на куски каким-то чудовищным зверем, даже матёрый зорг на такое не способен.

– Алдар, зорг по сравнению со Странником, защищающим свою семью, безобидный котёнок. Выбрось из головы то, что ты видел, и забудь! Больше такое не повторится, потому что вернуться оттуда назад практически невозможно. Девочки, даю вам полчаса на сборы, нам пора в дорогу, – прервал я неприятный разговор громкой фразой.

Снова начался марафонский бег по лесам и болотам, но на этот раз за нами по пятам не следовали отряды «зелёных призраков» и чёрных монахов. Однако бдительности мы не теряли и не надеялись на то, что нас оставят в покое.

На третий день отряд вышел в окрестности Шателье, и мы устроили привал в камышах на берегу пограничной реки Галат, отделяющей империю от территории афров. Отсутствие преследователей радовало, но одновременно и настораживало. Моя паранойя буквально вопила, что заговорщики готовят ловушку, но какая пакость ждёт нас на этот раз, мне было неизвестно. Корона магической связи, словно маяк в ночи, указывала на наше местоположение, хотя я и принял некоторые защитные меры. Готовясь к привалу, я прикапывал корону в стороне от лагеря, убедившись, что её излучение невозможно засечь с помощью поискового прибора. Алдар устанавливал несколько ловушек, и мы отправлялись отдыхать. Однако имперцы наверняка понимали, что без короны мы не уйдём, и, обложив район нашей стоянки дозорами, дожидались, когда мы снова отправимся в путь. Имперцы старались не вступать с нами в непосредственный контакт, но свежие следы говорили о том, что мы в лесу не одиноки. Меня не оставляла надежда сбить заговорщиков со следа, поэтому я решил скрыться от них под землёй, где излучение короны будет невозможно засечь.

Вечером, оставив Алдара за старшего, я отправился на разведку к своей бывшей усадьбе рядом с Шателье, из которой намеревался увести отряд в катакомбы под городом. Мне пришла в голову идея отсидеться пару дней в убежище Алоя Тёмного, дождаться, когда имперцы распылят силы, и только затем вызвать дельтапланы к определённому ориентиру. Однако эти планы рухнули, когда я вышел к обгоревшим развалинам усадьбы. Вход в подвал, из которого начинался путь в катакомбы, оказался завален обломками рухнувшего дома, и, чтобы их разобрать, требовалось не меньше недели. Я проверил другие входы в подземелье, находившиеся в окрестностях усадьбы, но все они также оказались непроходимыми.

Через час я вернулся в лагерь и повёл отряд к берегу озера Вортекс, обходя Шателье с востока. Нам как воздух нужен был баркас или рыбацкая лодка, без которой мой гениальный план спасения не стоил и выеденного яйца. К утру мы достигли цели и снова устроились на днёвку в камышах, в которые зашли со стороны озера, чтобы не оставлять следов.

Мы проскользнули в камыши тихо и незаметно, корону я утопил на верёвке, но спина буквально чесалась, чувствуя на себе взгляд прицелившегося лучника, настолько было велико чувство опасности. Видимо, фортуна перестала заботиться обо мне, любимом, и завтрашний день мог стать для нас последним в жизни. Ничего толкового в голову не приходило, поэтому я решил утром идти напролом и постараться опередить противника.

Почему-то мне было ясно, что уйти по-тихому не получится и завтра состоится новое побоище. Всю ночь я молил богов послать нам рыбацкую лодку, на которой собирался уплыть от берега и вызвать дельтапланы к острову Форос. Магия позволяла мне соперничать в скорости с любым кораблём имперцев, и я надеялся оторваться от преследования хотя бы на пару часов. После отлёта женщин мы с Алдаром зароем корону на острове и постараемся пробиться на территорию афров. Вот тогда пусть имперцы побегают за нами с Алдаром по джунглям, я думаю, скучать им не придётся. Однако сначала лодку нужно найти, а уже потом устраивать гонки на выживание. Побережье озера Вортекс мне было практически незнакомо, и есть ли поблизости пристань с лодками, я также не знал. Поэтому на совете отряда мы решили пробираться к рыбацкой деревушке Лир, где лодку найдём наверняка.

От лагеря в камышах до Лира было километров десять, и мы с первыми лучами солнца начали привычный забег по пересечённой местности, стараясь двигаться по возможности скрытно. Первое время нам на пути не встречалось серьёзных препятствий, а люди на побережье словно вымерли. Однако лодки на берегу нам тоже не попадалось, если не считать нескольких дырявых плоскодонок, брошенных хозяевами из-за их ветхости.

Через полчаса дорогу отряду преградило русло реки Галат, которую мы легко форсировали вплавь и выбрались, наконец, на песчаный пляж перед Лиром. Посёлок рыбаков оказался брошенным, а магическое сканирование не обнаруживало ни одной живой души в округе. Мы направились к пристани, рядом с которой на песке лежало несколько перевёрнутых вверх дном лодок и баркасов. Вот тут-то всё и началось.

Пока я с Алдаром переворачивал лодки и выбирал среди них наиболее подходящую для наших целей, женщины рыскали по посёлку в поисках вёсел. В этих заботах незаметно прошло около часа, но нам удалось найти только пару вёсел. Время поджимало, и мы приступили к спуску баркаса на воду, решив уже в дороге доделать недостающие вёсла из заготовок, найденных в лодочном сарае.

Я постоянно был начеку и регулярно сканировал округу на предмет появления противника, но всё, как всегда, произошло неожиданно. Магическое зрение обнаружило ауры множества людей, вынырнувших словно из-под земли и окружавших посёлок. Три отряда имперцев двигались к пристани, отрезая путь к бегству и прижимая нас к воде. Запас Силы у меня был больше половины, поэтому я не особо опасался предстоящего боя.

К тому моменту, когда наша лодка закачалась на воде, противник подошёл к нам на расстояние полукилометра, и я понял, что мы проиграли. На нас под прикрытием толпы малолетних детей двигалось три десятка смертников, а следом за ними около пятисот воинов. По озеру к пляжу приближались три баркаса с метателями на борту, которые тоже были битком набиты детьми. Стрелять в смертников и магов было бессмысленно, потому что в огне погибнут дети, а имперцы рассчитывали именно на это и не просчитались.

Из князя Ингара, как из воздушного шарика, выпустили воздух. Меня мгновенно охватила странная апатия и обречённая покорность судьбе. Я не боялся сражения в одиночку с объединенной армией Геона, но убивать детей был неспособен. Картины чудовищной ночи снова всплыли перед глазами, и я опустился на песок, обхватив руками разрывающуюся от боли голову.

Лодки с метателями всё ближе подходили к берегу, и скоро нас должны уничтожить взрывы файерболов или сжечь смертники. Первый же выстрел метателя ударил в качающийся на воде пустой баркас, и тот, расколовшись пополам, ушёл под воду. Путь к спасению был отрезан, однако я уже смирился с неизбежностью.

Викана что-то кричала мне в лицо, но я не слышал её слов и медленно проваливался внутрь своего сознания. Вдруг откат ментального удара повалил меня на землю, а затем я увидел, как два баркаса с имперцами превратились в щепки. Экипаж третьей лодки, спасаясь от неминуемой смерти, стал прыгать в воду, как ошпаренный кипятком. Это вступила в бой Лаура, взявшая на себя грех детоубийства.