Хрустальная любовь - Уитекер Шерил - Страница 26

Впервые за целый месяц он прикасался к ней. Она почувствовала легкую дрожь и покалывание в ногах. Прикосновения Стэнли казались ей божественными ласками. Сейчас Кэтрин почти забыла о том, что это простой медицинский осмотр. Она видела перед собой прежде всего мужа и любовника. В ней росло желание, но она боялась, что он заметит это, и отвернула голову в сторону.

— Я думаю, что гипс уже можно снять, — сказал Стэнли.

— Это было бы замечательно. Я так устала от него.

Он аккуратно разрезал и снял гипс. Рука выглядела довольно жалко — очень худая и почему-то синяя.

— Как ты себя чувствуешь?

— Так, словно у меня нет руки.

— Сейчас такое ощущение абсолютно нормально. Через пару недель рука заработает, как и раньше. Но сегодня я попрошу тебя ее не беспокоить.

— Спасибо, — тихо проговорила Кэтрин и стала подниматься. Но Стэнли попросил ее пока не вставать.

— Раз ты оказалась здесь, давай проверим, как чувствует себя наш ребенок.

Прежние чувства любви и желания исчезли. Теперь она видела перед собой просто доктора.

Он сначала проверил пульс, давление, а затем прослушал живот.

— Наш ребенок в порядке, сердцебиение хорошее, — неуверенно проговорил Стэнли. — Вы в полном порядке миссис Пиккеринг.

Он нежно поцеловал живот жены, а потом приложил к нему ухо. В этот момент их взгляды пересеклись. В глазах у Стэнли явно прочитывалась тревога. Кэтрин заметила это.

— Что-то не так? — испуганно спросила она. Он отвел глаза.

— Если ты будешь делать все то, что я тебе говорю, с нашим ребенком все будет хорошо, — уклончиво ответил Стэнли, отходя от нее.

Кэтрин продолжала пристально смотреть на него.

— Ты что-то скрываешь от меня, — срывающимся голосом сказала она.

Стоя уже в дверях, Стэнли обернулся.

— Все в порядке. Просто я смотрю на тебя не как врач, а как муж. Сегодня ты как никогда желанна для меня. Я скоро вернусь. Мне нужно осмотреть моих больных.

Стэнли исчез за дверью. Он явно спешил, о чем говорило то, что он даже забыл помочь Кэтрин подняться со стола. Его поведение и последние слова показались ей весьма странными и загадочными. Но она постаралась лишний раз не накручивать себя, а дождаться Стэнли и выспросить все у него.

Через пять минут он вернулся. Вид у него был по-прежнему чрезвычайно озабоченным.

— Садись, Кэтрин, — повелительным тоном сказал Стэнли.

— Это звучит как приказ. Что-то все-таки случилось?

— Ничего серьезного. У тебя поднялось давление. Чтобы вернуть его на нормальный уровень, тебе следует исключить из пищи соль. А также придется покончить на время с отделкой интерьеров.

— Но... — попыталась возразить Кэтрин.

— Когда речь идет о твоем здоровье и здоровье ребенка, я не хочу слышать никаких «но». Ты можешь по-прежнему делать все, что делала и раньше, кроме обустройства домов. Кроме того, количество сна должно быть увеличено в два раза. Отныне ты должна отдыхать три раза в день.

— Но работу в доме повара я еще не закончила.

— Пока придется прекратить. Для тебя сейчас главное — отдых, — тоном, не терпящим возражений, произнес Стэнли. — Кстати, мои тетя и дядя приглашали нас в гости в ближайшие выходные. У дяди Джеймса — день рождения.

Новость о состоянии ее здоровья сильно расстроила Кэтрин. Когда же Стэнли сказал о приглашении своих родственников, все окончательно смешалось у нее в голове. В сложившейся ситуации она не хотела никуда ехать. К тому же, если Стэнли уедет один, она сможет воспользоваться его отсутствием и доделать до конца работу в доме повара.

Кэтрин молча смотрела на Стэнли, пожимая плечами.

— Я вижу, приглашение не кажется тебе очень заманчивым, — сказал он.

— Вовсе нет. Мне очень понравились твои родственники. Они замечательные люди, и я очень их люблю. Но думаю, что в моем положении лучше не совершать дальних поездок, тем более что ты сам только что говорил: мне нужно больше отдыхать.

Аргументы Кэтрин прозвучали для Стэнли неубедительно, и она это прекрасно понимала.

— Хорошо, — после паузы сказал он. — Я позвоню им и сообщу, что по ряду обстоятельств мы не сможем приехать.

— Ты можешь поехать. Я ни в коем случае тебя не удерживаю, — возразила она.

— До тех пор пока не родится наш ребенок, я не оставлю тебя одну. Мне нужно тщательно присматривать за тобой.

Кэтрин встала и направилась к выходу.

— Мне нужен отдых. Я очень устала, — тихо сказала она напоследок.

Покинув кабинет, Кэтрин услышала голос Стэнли, зовущего ее. Но ей было уже все равно. Ей больше нечего сказать. Жизнь снова казалась серой и неинтересной. Оставалось одно — лежать в постели, смотреть в потолок и ожидать рождения ребенка. На ее декоративных работах Стэнли ставил жирный крест. Все это жутко ее раздражало.

Я сама во всем виновата, говорила себе Кэтрин. Это я привязала его к себе этим ребенком. Он изо всех сил старается заботиться обо мне, но не любит меня.

Проходили дни, но в отношениях Кэтрин и Стэнли ничего не менялось.

Однажды на больничной кухне она пекла пирог для Нейтана и Нэнси. Кэтрин собиралась пригласить их обоих в гости и попотчевать этим фирменным произведением своего кулинарного искусства. Вдруг на кухню вбежала встревоженная Кэрол.

— Что случилось, Кэрол?

— Выйдем на минуту? Мне надо кое-что вам сказать.

— Да, сейчас. — Кэтрин убавила температуру в духовке.

— Не беспокойся, — благодушно проговорил Эдди. — Я послежу за пирогом. Все равно я готовлю ланч.

— Спасибо. Я скоро вернусь.

Кэтрин проследовала за Кэрол, и они вышли через запасную дверь на кухне.

— Доктор Пиккеринг уехал на лесопилку, — сообщила Кэрол.

Кэтрин очень не хотела, чтобы Стэнли туда ездил. Но он вынужден был выступать свидетелем в деле о собственности между Гансом Хубером и местной общиной. После того как Кэтрин познакомилась с Хубером, она слышала о нем много ужасных вещей. Ей он представлялся просто монстром, так что повод для беспокойства, по ее мнению, существовал. Так же, видимо, полагала и Кэрол. Но что можно было сделать?

Кэтрин решила пойти к Нейтану Хиллсу, чтобы посоветоваться. Нельзя ли что-нибудь предпринять, если Стэнли действительно угрожает опасность? Может, надо срочно послать на лесопилку еще кого-то из сотрудников в помощь ее мужу?

Она нашла доктора в одной из больничных палат. Нейтан, выслушав опасения Кэтрин, сказал, что ей надо прежде всего успокоиться: Хубер, какой бы плохой он ни был, не так глуп, чтобы усугублять свое сегодняшнее положение. Он не может нанести никакого вреда Стэнли.

Тревога в душе Кэтрин немного улеглась, и она решила ненадолго заскочить домой, чтобы посмотреть, не оставил ли Стэнли для нее записку. Он ушел очень рано утром, когда его жена еще спала. А в случаях, если ему предстояло куда-нибудь уехать, он обычно, чтобы не будить ее, писал ей записки, где сообщал о времени своего возвращения. Иногда Стэнли забывал предупредить ее заранее.

Поиски оказались тщетными — муж не оставил никакого сообщения. Кэтрин устало опустилась на стул, стараясь успокоиться и собраться с мыслями.

Когда она еще раз обвела взглядом комнату, на глаза ей вдруг попался одиноко лежавший на полке футляр с подаренной Стэнли скрипкой. Кэтрин захотелось взять ее в руки и услышать знакомый чарующий голос — то нежный, то волнующий, то жалобный, то гневный... Она встала, извлекла инструмент из футляра. Задумчиво глядя на него, ласково погладила по гладкому боку. Прижала к плечу, взяла в другую руку смычок и провела им по струнам... И заиграла! Кэтрин играла так, словно изливала всю свою беспокойную душу с ее тревогами, сомнениями, надеждами и светлой любовью. Скрипка полностью понимала ее и выражала накопившиеся чувства.

Кэтрин почти забыла о времени. А когда наконец очнулась, неожиданно услышала... аплодисменты. Они раздавались с улицы, из-за дверей дома. Кэтрин вышла за порог и увидела, что около крыльца собралась группа сотрудников больницы, которые громко хлопали в ладоши и приветливо улыбались. Она улыбнулась им в ответ и сделала небольшой шутливый реверанс. Обведя глазами собравшихся, она вдруг заметила Стэнли. Он стоял чуть поодаль и с интересом наблюдал за происходящим. Кэтрин ужасно обрадовалась, увидев его. Он был цел и невредим.