Предсказание эльфов - Уайт Кирстен - Страница 9

Ее имя я узнала первым, когда мне было десять лет. Тогда мне сказали, что я не должна произносить его ни в коем случае, кроме самых безвыходных ситуаций, и рассказали о многочисленных видах смерти, которые меня ждут, если я ослушаюсь. Это была травма для детской психики — я не виновата, что забыла. Мне следовало спросить еще раз, но было слишком неловко признаться: Ракель бы это просто взбесило.

Девушка-эльф даже не взглянула на меня.

— У тебя есть координаты? — спросила ее Ракель.

Девушка кивнула. У нее были красно-рыжие волосы, резко контрастировавшие с молочно-белой кожей. Как и все эльфы, она обладала красотой, недоступной людям. Девушка вытянула руку и на секунду приобрела расплывчатые очертания, зачаровывая себя. Эльфы были обязаны пользоваться чарами — делать свой облик менее ярким во время перемещений, на случай если кто-то их вдруг заметит. Настоящее лицо эльфа невозможно забыть. В отличие от вампиров эльфы умели снимать и надевать облики по желанию.

Теперь волосы девушки приобрели мягкий золотисто-каштановый оттенок, а лицо — человеческие пропорции; глаза уменьшились и стали ближе друг к другу. Она все еще была красива, но теперь нормальной, земной красотой. Для всех, кроме меня, конечно, — я-то видела ее насквозь.

Я подошла к девушке-эльфу и взяла ее за руку: ладонь была теплой, но не такой, как у Рета. В пустой стене перед нами появился, как обычно, сверкающий дверной проем, и мы с эльфом одновременно шагнули в темноту. Я двигалась вперед, стараясь сосредоточиться на ощущении руки эльфа в своей руке. Внезапно девушка заговорила — я удивилась, потому что эльфы обычно не снисходят до бесед со смертными. Если, конечно, они не пытаются тебя похитить.

— А, ты та самая, что принадлежит Рету, — сказала девушка, узнав меня. Ее голос звучал резко и странно, но даже приятно — он напоминал звон стекла, разбивающегося о бетонную поверхность.

Я оступилась, чуть не споткнувшись. Рука эльфа не дрогнула.

— Никому я не принадлежу!

Мне и так было не по себе из-за перемещения, а тут еще такое. Откуда она это взяла?

Девушка только рассмеялась: снова раздался звон стекла. Но внезапно мне в лицо подул ночной ветерок, и я открыла глаза. Мы стояли на грязной аллее между двумя старыми каменными зданиями. Я отпустила руку эльфа и вытерла ладонь о джинсы. Девушка улыбнулась мне, сверкая сквозь чары своими настоящими глазами, но в ее улыбке было что-то такое, что заставило меня поежиться. Она показала на начало аллеи:

— Ты найдешь это существо вон там, на рынке.

— Большое спасибо, — пробормотала я, поворачиваясь и направляясь в сторону рынка. Я надеялась, что для обратного перемещения за мной пришлют другую другого эльфа. Хотя лучше бы, конечно, они прислали вертолет: меня достали эти путешествия с эльфами, они становились с каждым разом все более назойливыми.

Рынок раскинулся прямо под открытым небом. Он был битком набит людьми. Воздух манил запахами разных специй, попробовать которые мне явно не светило.

— Отлично, — вздохнула я, представив, насколько может затянуться это задание. К счастью, тут была куча туристов, так что я не слишком выделялась.

Я начала бродить по рынку и рассматривать людей, притворяясь, что изучаю прилавки. Такие задания мне нравились гораздо больше, чем прогулки по кладбищу. Вообще-то у вампиров нет никаких причин проводить столько времени на кладбищах: они просто идут на поводу у массовой культуры. Да и потом, на кладбищах одиноко и нечем заняться. А тут я могла просто гулять и наблюдать за людьми. Люди — нормальные, прекрасные люди — меня просто завораживали. Причудливая смесь из туристов и местных жителей, джинсов и шелка, бейсболок и черноволосых голов. У нас в Агентстве тоже работали люди, но они были глубоко погружены в паранормальные дела, а это совсем не то. Что мне нравилось еще больше, так это ходить на задания одной. Раньше со мной всегда посылали кого-то (чаще всего оборотня), но последние пару лет на простые задания меня стали отправлять одну. Теперь, когда я хорошо знала свое дело, вампиры не были для меня так уж опасны. А если что-то случится, мне всегда вышлют помощь.

Какой-то парень за прилавком с драгоценностями обратился ко мне на ломаном английском. Это был юный турок, явно страдающий от мук переходного возраста, но симпатичный. Я уже хотела остановиться и сделать вид, что хочу что-то купить, как вдруг заметила нечто. Нечто, определенно не являющееся человеком. Я с сожалением улыбнулась молодому турку, развернулась и поспешила вдогонку за существом. Мне хватило одного взгляда, чтобы убедиться: под густыми темными волосами мужчины скрывались жалкие остатки его настоящих волос, свисающие с иссохшего черепа, покрытого старческими пятнами.

На вид не было похоже, чтобы вампир высматривал жертву: он целенаправленно двигался по рынку. Я почти бежала, чтобы не отстать от него, но вдруг он вошел в заброшенное здание в самом конце рынка. Я подождала около тридцати секунд и вошла вслед за ним. В конце узкого коридора виднелась единственная дверь. Я выхватила Тэсси и рывком распахнула ее, врываясь в комнату. Вампир, за которым я шла, обернулся и посмотрел на меня — и то же сделали еще двадцать вампиров в комнате.

— О, бииип, — прошептала я.

Глава седьмая

Дом, милый дом

С одним вампиром я бы справилась. Да что там, я могла бы одолеть и пятерых — иссохшие тела мертвецов и все такое. Но двадцать вампиров против одной меня? Мои шансы были невелики. Что случилось, вампиры всегда были одиночками… Все это было странно. И очень, очень плохо.

Я изобразила смущенную улыбку. Вампиры не смогли бы догадаться, что я вижу их насквозь.

— Ой, я искала театр. Наверно, ошиблась зданием.

Может, мне и удалось бы проскочить обратно к выходу, но вдруг послышался щелчок. Четыре вампира оказались у двери раньше меня и заперли ее. Я нажала кнопку тревоги на коммуникаторе, болтавшемся на поясе, и вытащила Тэсси.

Набрав побольше воздуха, я сделала каменное лицо:

— Вы находитесь под арестом согласно статье номер 3.7 Международного соглашения по управлению паранормальным, Постановление о вампирах. Вы обязаны явиться в ближайший центр по обработке…

— Ты из МАУП? — спросил один из вампиров. Остальные явно занервничали.

— Да. Прошу вас выстроиться в одну линию, чтобы я могла вас зарегистрировать.

Честно говоря, я ожидала, что они начнут смеяться.

— А ты не убьешь нас? — спросил тот же вампир, подозрительно оглядывая меня.

— Почему меня все об этом спрашивают?

Нет, правда, разве я похожа на сумасшедшего маньяка? Может, их пугают мои розовые кроссовки или сережки в форме сердечек?

Вампиры повернулись друг к другу и начали шепотом совещаться. Я незаметно подвинулась ближе к двери, прижимая к себе Тэсси и продолжая нажимать кнопку тревоги. Лиш заметит. Она пришлет помощь. Она никогда не подводила меня, но если мой сигнал останется без ответа, скоро мне придется сделать кое-что, о чем я потом пожалею.

Когда какие-то полметра отделяли меня от свободы, вампиры внезапно повернулись в мою сторону. Тот, который говорил со мной, — высокий вампир в облике симпатичного кудрявого парня — покачал головой.

— Извини, — он оскалил клыки в извиняющейся ухмылке. — Мы рады, что ты не та, кто нас убивает, но мы не дружим с Управлением. И мы очень, очень голодны.

— И что, никакого флирта? — Я старалась выиграть время. — Вы даже не попытаетесь соблазнить меня? Только подумайте, как расстроятся все фанатки вампиров. — Я достала серебряный кинжал. Похоже, стоило уделять больше внимания тренировкам с ножами. — Вот что я предлагаю. Отпустите меня, а я никому не скажу, что вы не такие уж классные.

— Извини, детка.

— Ну, как хотите. — Я взяла кинжал в одну руку, а Тэсси в другую. — Тогда, кажется, мне придется вас убить.

Только бы мне удалось прорваться к двери. Достаточно просто опередить их, и я на свободе.

Трое сразу накинулись на меня, и я начала лихорадочно отбиваться. Двоих я отправила в нокаут, и они рухнули на пол. Третий попытался схватить меня за руку, но я полоснула его кинжалом, и он отскочил назад, завывая от боли. Я рванулась к двери, но она была заперта. Мне ничего не оставалось, кроме как повернуться и прижаться к двери спиной.