Рой - Крайтон Майкл - Страница 79

Я не мог все время отказываться от поцелуев. Рано или поздно Джулия догадается, что я что-то знаю. А может быть, она уже догадалась. Потому что, даже изображая из себя сексапильную девочку, она казалась более резкой и напряженной, чем когда-нибудь раньше. У меня сложилось впечатление, будто она ничего не упускает, все замечает. Рики вызывал у меня такое же чувство. Они оба были как будто «на взводе», очень настороженные и внимательные.

И еще меня очень беспокоило то, что мы с Мае увидели в записях с наблюдательных видеокамер. Черное облако как будто появилось у Джулии изо рта. Действительно ли я видел это на видеозаписи? Потому что, насколько я знал, рои убивали свою добычу при первом же контакте. Смерть наступала безжалостно и неотвратимо. А теперь оказывается, что внутри Джулии живет рой. Как такое возможно? Может быть, у нее выработался какой-то иммунитет? Или же рой почему-то терпит Джулию, не убивает ее специально, по каким-то своим причинам? И как обстоит дело с Рики и Винсом? У них что, тоже иммунитет?

Пока мне Было ясно только одно: Джулия и Рики не хотят, чтобы мы кому-нибудь сообщали о том, что здесь происходит. Они намеренно изолировали нас в пустыне, зная, что у них осталось всего несколько часов До тех пор, пока прилетит вертолет. Значит – очевидно – больше времени им и не требовалось. Но для чего? Для того чтобы нас убить? Или заразить? Но опять-таки, для чего?

Я шел по коридору рядом со своей женой и чувствовал себя так, будто рядом со мной совершенно незнакомый человек. Человек, которого я совсем не знаю. И этот человек невероятно опасен.

Я посмотрел на часы. Вертолет должен прилететь меньше чем через два часа.

Джулия улыбнулась.

– Опаздываешь на свидание?

– Нет. Просто думаю, что пора позавтракать.

– Джек, – спросила Джулия, – зачем ты меня обманываешь?

– Я тебя не обманываю.

– Нет. Ты думаешь о том, когда прилетит вертолет.

Я пожал плечами.

– Через два часа, – сказала Джулия. И добавила: – Уверена, ты будешь несказанно счастлив убраться отсюда подальше. Правда?

– Да, – ответил я – Но я не уеду отсюда, пока все не будет закончено.

– А что, разве осталось сделать что-то еще?

Мы уже подошли к жилому корпусу. Я почуял запах жареного бекона с яичницей. Из-за угла выглянул Рики. Увидев меня, он радостно улыбнулся.

– Привет, Джек! Как спалось?

– Нормально.

– Правда? Ты выглядишь немного усталым.

– Мне снился плохой сон.

– Да ну? Плохой сон? Бедняга.

– Такое иногда случается, – заметил я.

Мы все вошли на кухню. Бобби готовил завтрак.

– Сегодня у нас омлет с луком и сливочным сыром, – объявил он. – Какие тосты вам сделать, ребята?

Джулия попросила пшеничный тост, Рики захотел английскую булочку. Я сказал, что не хочу ничего. Глядя на Рики, я снова поразился тому, какой он сильный и мускулистый. Под тонкой футболкой перекатывались большие, прекрасно очерченные мускулы. Рики заметил, что я на него смотрю.

– Что-то не так?

– Да нет. Просто любуюсь твоими бицепсами.

Я старался держаться естественно, но на самом деле мне было очень неуютно находиться на кухне вместе с ними. Я все время вспоминал Чарли и то, как быстро они на него набросились. Есть мне не хотелось. Мне хотелось отсюда уйти. Но я не знал, как это сделать, не вызывая подозрений.

Джулия подошла к холодильнику, открыла дверцу. Бутылка шампанского все еще была там.

– Ребята, может быть, отпразднуем сейчас?

– В самом деле, – поддержал ее Бобби. – Замечательная идея – немного шампанского с утра…

– Не вижу ничего замечательного, – возразил я. – Джулия, прошу тебя, отнесись к этому серьезно. Мы здесь не на загородной прогулке с барбекю. Сюда следует вызвать армию, а мы не можем даже позвонить в Пентагон. Сейчас не время распивать шампанское.

Джулия надула губы.

– Джек, ну зачем ты все портишь…

– Ни черта я не порчу. Ты ведешь себя нелепо.

– О-о-о, мой лапочка, не сходи с ума, просто поцелуй меня, поцелуй… – она снова выпятила губы и наклонилась ко мне через стол.

Похоже, мне не оставалось ничего другого, кроме как разозлиться.

– Да какого черта, Джулия! – сказал я, повысив голос. – Все эти кошмарные неприятности случились по одной-единственной причине – потому что ты с самого начала не восприняла проблему всерьез. У тебя сбежал в пустыню рой уже сколько – две недели назад, да? И вместо того, чтобы его сразу уничтожить, ты начала с ним играть. Ты дурачилась с ним до тех пор, пока рой полностью не вышел из-под контроля, – и в результате уже погибли три человека. Какого черта ты собираешься праздновать, Джулия? Нечего тут праздновать! Это катастрофа. И я не собираюсь пить никакое шампанское, пока мы отсюда не выберемся, и все остальные тоже не будут его пить! – Я схватил бутылку и разбил ее о мойку. Потом повернулся к Джулии: – Все понятно?

Джулия с каменным лицом проговорила:

– Это было совсем необязательно.

Я заметил, что Рики смотрит на меня как-то очень задумчиво. Как будто решает, что делать дальше. Бобби повернулся к нам спиной и занялся приготовлением еды, как будто ему стало неловко из-за семейного скандала, который я тут устроил. Может, они уже добрались и до Бобби? Мне показалось, я заметил у него на шее тонкую черную полоску, но я не был уверен, а присматриваться не решился.

– Не обязательно? – произнес я, вне себя от гнева. – Эти люди были моими друзьями. И твоими друзьями, Рики. И твоими, Бобби. И я больше не желаю слышать ни о каких праздниках! – Я развернулся и вышел из комнаты.

Когда я выходил, мне навстречу попался Винс.

– Не стоит так нервничать, парень, – сказал Винс. – Ты сам себя накручиваешь.

– Отвали, – буркнул я.

Винс удивленно поднял брови. Я прошел мимо него.

– Твои выходки никого не обманут, Джек! – крикнула мне вслед Джулия.

– Я знаю, из-за чего ты так бесишься!

У меня внутри все похолодело. Но я не остановился и даже не оглянулся.

– Я вижу тебя насквозь, Джек! Я знаю – ты идешь к ней!

– Да, черт возьми! Ты совершенно права! – крикнул я в ответ.

Неужели Джулия в самом деле беспокоилась только из-за Мае? Я не поверил этому ни на одну секунду. Она просто пыталась сбить меня с толку, чтобы я расслабился и не был готов… к чему? Что они собираются со мной сделать?

Их было четверо. Нас – только двое. По крайней мере, если они еще не добрались до Мае.

В биологической лаборатории Мае не было. Я осмотрелся и заметил, что боковая дверца открыта – а за ней была лестница на подземный уровень, туда, где располагались ферментационные чаны с бактериями. Я спустился туда. Вблизи чаны оказались гораздо больше, чем я себе представлял, – огромные сферы из нержавеющей стали, около шести футов в диаметре. Чаны окружала путаница труб с клапанами и вентилями, проводов, приборов для контроля температуры. Здесь было очень тепло и очень шумно.

Мае стояла возле третьего чана. Она сделала какие-то пометки в блокноте и перекрыла вентиль. На полу у ее ног стоял контейнер с десятком пробирок с образцами культур. Мае посмотрела на меня, потом быстро взглянула на потолок – туда, где была вмонтирована камера видеонаблюдения. Мае обошла вокруг чана, я последовал за ней. Там чан заслонил нас от камеры.

Мае сказала:

– Они спят с включенным светом.

Я кивнул. Я тоже понимал, что это значит.

– Они все заражены, – сказала Мае.

– Да.

– И они от этого не погибли.

– Да, – согласился я. – Но я не понимаю, почему.

– Наверное, рои приспособились к существованию внутри человеческого организма.

– Так быстро?

– Эволюционные изменения появляются очень быстро, – сказала Мае. – Ты ведь читал об исследованиях Эвальда.

Да, я читал об этом. Поль Эвальд исследовал холеру. Он обнаружил, что холерный вибрион очень быстро видоизменяется, чтобы эпидемия не угасала. В местах, где нет запасов обеззараженной воды, только грязная канава посреди деревни, откуда население набирает воду, возбудитель холеры очень вирулентен и агрессивен и поражает множество народу. Заболевшие люди умирают сразу, в огромных количествах – от массивной, изнуряющей диареи. В их испражнениях содержатся миллионы холерных вибрионов, которые попадают в источник воды и заражают всех остальных жителей деревни. Таким образом холера распространяется дальше, и эпидемия продолжается.