Рой - Крайтон Майкл - Страница 75

– Мы могли бы это сделать, – ответил Рики. – Но, боюсь, аппаратура от этого испортится.

– А можно включить кондиционеры на полную мощность, чтобы рой высосало оттуда?

– Кондиционеры уже работают на полную мощность, Джек.

– Использовать противопожарную систему ты тоже не хочешь…

Рики покачал головой.

– У нас огнетушители марки «Халон». Они не подействуют на наночастицы.

– Значит, мы никак не можем проникнуть на коммутатор.

– Насколько мне известно – да, не можем.

– А сотовые телефоны?

Рики снова покачал головой.

– Антенна ретранслятора управляется из этой комнаты. Все виды связи, какие у нас есть – сотовая, Интернет, пакетная передача данных, – все проходит через коммутатор.

Джулия сказала:

– Чарли знал, что эта комната закрывается герметично. Я уверена, он пошел туда для того, чтобы защитить всех нас. Он поступил отважно и очень благородно. Пожертвовал собой ради нас.

Она продолжала развивать эту теорию относительно Чарли, добавляя все новые подробности и красивые слова. Болтовня Джулии немного отвлекала меня от основной задачи – как открыть дверь и дезактивировать рой. Я спросил:

– В этой комнате есть другое окно?

– Нет.

– Значит, окно в двери – единственное?

– Да.

– Ну хорошо, – сказал я. – Тогда давайте затемним окно и выключим там свет. И подождем несколько часов, пока у роя не закончится энергия.

– Черт, я даже не знаю… – задумчиво произнес Рики.

– Что ты имеешь в виду, Рики? – вмешалась Джулия. – По-моему, это замечательная идея. Да, мы непременно должны это попробовать. Иди и сделай это – прямо сейчас.

– Да, да, хорошо, конечно, – засуетился Рики, немедленно подчиняясь Джулии. – Но тогда нам придется ждать целых шесть часов.

– Ты же раньше говорил – три часа, – напомнил я.

– Да, три, но я хочу выждать дополнительное время, прежде чем мы откроем дверь. Если рой вырвется оттуда, он нас всех убьет.

В конце концов так мы и решили сделать. Принесли черную ткань и завесили ею окно в двери, а сверху прикрепили кусок черного картона. Выключили свет в коммутаторной и заклеили выключатель скотчем в положении «выключено». Когда мы со всем этим управились, на меня снова навалилась усталость. Я посмотрел на часы. Было уже больше часа ночи. Я сказал, что пойду спать.

– Нам всем надо поспать, – сразу же подхватила Джулия. – А утром придем сюда опять.

Мы все пошли к жилому корпусу. Мае догнала меня и спросила:

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. Только спина немного болит.

Мае кивнула.

– Наверное, мне лучше взглянуть, что у тебя там.

– Почему?

– Просто дай мне осмотреть свою спину, прежде чем ляжешь спать.

– О Джек, дорогой! – закричала Джулия. – Мой бедненький!

– Что там такое?

Я сидел возле кухонного стола, без рубашки. Джулия и Мае стояли у меня за спиной и ахали.

– Да что там такое? – снова спросил я.

– Не бойся, ничего страшного, просто волдыри, – ответила Мае.

– Волдыри? – воскликнула Джулия. – Да у него вся спина…

– Кажется, у нас тут есть пластыри от ожогов, – перебила ее Мае и достала из-под мойки аптечку первой помощи.

– Да, я очень на это надеюсь. – Джулия улыбнулась мне. – Джек, дорогой, ты представить себе не можешь, как мне жаль, что тебе пришлось пройти через все это!

– Джек, может быть, сейчас немного пощипет, – предупредила Мае.

Я понимал, что Мае хочет поговорить со мной наедине, но у нас не было никакой возможности. Джулия явно не собиралась оставлять нас вдвоем ни на минуту. Она ревновала меня к Мае – это началось много лет назад, когда я только взял Мае на работу в свой отдел. И теперь Джулия соперничала с Мае за мое внимание.

Меня это совсем не трогало.

Мае наклеила пластыри. Сначала они показались мне прохладными, но почти сразу же начали нестерпимо жечь. Я поморщился.

– Не знаю, что тут у нас есть из обезболивающих, – сказала Мае. – У тебя довольно обширный ожог второй степени.

Джулия лихорадочно рылась в коробке с медикаментами, разбрасывая лекарства во все стороны. Тюбики и баночки раскатились по полу.

– Вот, я нашла морфин, – сказала наконец Джулия, протягивая ампулу. Она радостно улыбалась. – Думаю, это подойдет лучше всего!

– Я не хочу принимать морфин, – возразил я. Чего мне сейчас действительно хотелось – так это сказать Джулии, чтобы она шла спать. Ее поведение меня беспокоило. Ее резкие, порывистые движения действовали мне на нервы. И еще мне хотелось поговорить с Мае наедине.

– Но ничего другого нет, – заявила Джулия. – Только аспирин.

– Аспирин подойдет.

– Боюсь, это слишком слабое средство, его будет недо…

– Я сказал – аспирин подойдет!

– И вовсе не нужно на меня кричать.

– Извини. Я просто не очень хорошо себя чувствую.

– Ну, а я просто пытаюсь помочь, – Джулия отступила на шаг. – Но если вам хочется побыть вдвоем – вы так прямо и скажите.

– Нет, – сказал я. – Нам не хочется побыть вдвоем.

– Ну, я просто пытаюсь помочь, – Джулия повернулась к коробке с лекарствами и снова принялась в ней копаться. На пол опять полетели коробочки с таблетками и пластиковые бутылочки с антибиотиками. – Может быть, тут есть еще что-нибудь…

– Джулия, – попросил я. – Прекрати.

– А что я такого делаю? Что я делаю такого ужасного?

– Просто прекрати.

– Я только пытаюсь помочь.

– Я знаю.

Мае у меня за спиной сказала:

– Все, я закончила. До утра должно продержаться. – Потом она зевнула и добавила: – А теперь, если вы не против, я пойду спать.

Я поблагодарил Мае. Она вышла из комнаты. Я проводил ее взглядом. Когда я повернулся к Джулии, она протягивала мне стакан воды и две таблетки аспирина.

– Спасибо, – сказал я.

– Мне всегда не нравилась эта женщина, – призналась Джулия.

– Давай пойдем и поспим немного, – предложил я.

– Здесь только односпальные кровати…

– Я знаю.

Джулия придвинулась ко мне поближе.

– Джек, я хочу побыть с тобой.

– Я очень устал. Увидимся утром, Джулия.

Я пошел в свою комнату и рухнул на кровать, даже не раздевшись.

Как моя голова упала на подушку, я уже не помнил.

Спал я беспокойно. Меня всю ночь преследовали какие-то кошмары. Мне снилось, что я снова в Монтерее, снова женюсь на Джулии. Будто бы я стою перед священником, а Джулия, в белом подвенечном платье, подходит и становится рядом со мной, а когда она откидывает фату, меня поражает, как она прекрасна, молода, стройна. Джулия улыбается мне, и я улыбаюсь в ответ, чтобы как-то скрыть, что мне неловко. Потому что теперь я вижу, что она не просто стройная – она истощена до крайней степени. Ее лицо туго обтянуто кожей и похоже на голый череп.

Потом я поворачиваюсь к священнику, и оказывается, что это не священник, а Мае, она переливает из пробирки в пробирку разноцветные жидкости. Когда я снова посмотрел на Джулию, она разозлилась и сказала, что всегда не любила «эту женщину». Почему-то я чувствую себя виноватым. И винить во всем надо только меня.

Я ненадолго проснулся. Оказалось, что я весь вспотел, подушка промокла от пота. Я перевернул ее на другую сторону и снова заснул. И мне приснилось, как я сплю здесь, на кровати, а потом открываю глаза и вижу, что дверь в мою комнату открывается. Я вижу, что снаружи, в коридоре, горит свет. На мою кровать падает чья-то тень. Оказывается, что в комнату вошел Рики. Он стоит у моей кровати и смотрит на меня сверху вниз. Я не вижу его лица, потому что оно в тени. Рики говорит: «Я всегда любил тебя, Джек». Потом он наклоняется, чтобы прошептать мне что-то на ухо, но я понимаю, что на самом деле Рики хочет меня поцеловать. Он хочет поцеловать меня в губы, страстно, как любовник. Его губы чуть приоткрыты. Я вижу, как он облизал их кончиком языка. Я растерялся, совершенно не зная, что мне делать. Но тут в комнату вошла Джулия и сказала: «Что здесь происходит?» Рики сразу же отстранился и начал оправдываться. Джулия сильно разозлилась и сказала: «Не сейчас, дурак!» Рики снова что-то произнес, пытаясь оправдаться. Потом Джулия сказала: «Это вовсе необязательно. Оно само о себе позаботится». А Рики заявил: «В алгоритмах ограничения проявится действие коэффициента сжатия, если не выполнять периодическую глобальную оптимизацию». А Джулия сказала: «Оно не повредит тебе, если ты не будешь сопротивляться». После чего она включила в моей комнате свет и вышла.