Нэко - Матси Юлия - Страница 29

— Тебе нет нужды этого знать. Ни тебе, ни твоему хозяину, — добавляет она и вытягивает раскрытую ладонь к собеседнице. — Забудь.

От ладони начинает исходить золотистое сияние, складывающееся в необычный знак: одна линия, мучительно изломанная в четырех местах. Он мгновенно приближается к женщине, не успевшей хоть как-нибудь отреагировать на нападение, и впитывается в ее лоб. Темноволосая вздрагивает, будто проснувшись от тяжелого сна, а потом неуверенно произносит:

— Думаю, Артаса устроит такой спутник твоей ставленницы. Если же нет, я навещу тебя вновь.

И та, что называет себя Сказительницей, исчезает, растворяясь в полумраке залы. Фрейя несколько мгновений сидит тихо, размышляя о чем-то весьма неприятном, если судить по тонким морщинкам, уродующим гладкое чело. Затем она улыбается, видимо, придя к какому-то решению, и обращается к пустоте перед камином:

— Друг мой. Давно вы здесь?

— Я пришел в тот же миг, как услышал зов моей богини, — склоняется в глубоком поклоне высокий и широкоплечий человек с белоснежными волосами, уложенными в сложный хвост. Его ярко-аметистовые глаза смотрят на девочку-богиню со спокойствием, достойным старейшего из небожителей. Но это не бог, всего лишь маг.

Фрейя ежится под его взглядом и неожиданно меняет облик, становясь гораздо взрослее.

— Значит, вы слышали происходящее здесь. И видели обоих моих гостей. Что скажете о них?

Она делает движение, приглашающее мага сесть в кресло, и выжидательно смотрит на него, непроизвольно поглаживая то пеструю кошку с золотыми крыльями, то демона с двумя хвостами.

Человек в странном, невероятно чужеродном для этой залы одеянии послушно опускается на сиденье и задумывается.

— Первый гость. Он в панике, хотя и старается скрыть это. Его время утекает, точно вода из прохудившегося кувшина, и он пытается это исправить. Не думаю, что он последует совету прекраснейшей из богинь и предоставит свободу выбора той девочке.

Фрейя кивает каким-то своим мыслям, так и оставшимся непроизнесенными, а потом спрашивает:

— Что насчет гостьи?

— Она предпочла бы не иметь дела со светлой богиней. Она не доверяет прекраснейшей Фрейе. Впрочем, она не доверяет никому, даже себе самой. Ее натура — обман, и всех вокруг она видит окрашенными в цвета обмана. Моя богиня играет в очень сложную и опасную игру, выиграть в которой будет очень, очень непросто.

— Ты прав, друг мой. Но у меня нет выбора. Мой народ… — Она на мгновение запинается, а потом умоляюще смотрит на собеседника. — Наш народ может погибнуть, если все останется так, как есть. Я не могу этого допустить.

На глазах вечно юной богини появляются слезы, и ее собеседник, нарушая им же установленные когда-то правила вежливости, подходит к ней и мягко обнимает.

— Мы не допустим этого, моя богиня. Я помогу тебе.

— Правда? — Ожерелье на шее Фрейи мерцает невыносимо ярким золотом, на губах ее играет прелестная улыбка. — Я так рада этому. Тогда поспешите, друг мой. Это тело должно быть лучшим из всех, что вы когда-либо создавали.

Последний гость богини поспешно кланяется и уходит, а пестрая кошка с золотыми крыльями изумленно качает головой: так манипулировать людьми не умеет даже она.

Глава 10

Утро началось с возмущенного тявканья у меня над ухом.

— Хозяйка, если ты сейчас же не выведешь меня на улицу, сама будешь объяснять прислуге, откуда здесь дурно пахнущая лужа!

Я испуганно распахнула глаза, представила это объяснение и очень быстро оделась. Затем привычно выпила зелье маскировки, немного «почистив» вчерашнее платье и убрав тени под глазами. Интересно, слуги не удивились, что благородная госпожа не приказала им вычистить ее одежду и обувь? Или здесь это не принято?

Быстро собрав подсохшие цветы и снова укутав их в змеиную шкуру, я вышла на лестницу, сопровождаемая своим мелким сокровищем, вертящимся под ногами. Сейчас демон совершенно изумительно имитировал манеру поведения настоящего тойтерьера.

— Брат? — довольно громко позвала я и постучалась в соседнюю дверь.

— Сестра, ты уже проснулась. — Следопыт, вышедший из комнаты, тоже успел принять облик дворянина.

— Только что, — уже тише, рассчитывая лишь на одного слушателя, отозвалась я и жалобно спросила: — А здесь завтраком кормят?

— Конечно, кормят. — От его улыбки у меня перехватило дыхание, даже несмотря на то, что этот облик не имел практически ничего общего с настоящей внешностью Тиэна. — Я уже заказал завтрак и еды в дорогу.

— Это хорошо. Сейчас выгуляю Ксана, и будем завтракать.

— Ксана? — Глаза Тиэна изумленно расширились, потом он схватил меня за руку и рывком затащил в комнату, а потом и демона за шкирку туда же закинул, после чего захлопнул дверь. — Ты с ума сошла — с этим появляться на улице?

— А в чем дело? Это же просто собака, — изумилась я в ответ, потирая запястье. Хватка у следопыта была просто железная.

— Госпожа, в этом мире нет таких собак. Примут за тварь из тьмы и сожгут вместе с нами.

Я почувствовала, как мой хвост испуганно обвивается вокруг правой ноги. А если бы я просто вывела Ксана на улицу, вместо того чтобы будить «брата»? Кошмар!

— Но что делать? Ему надо выйти. — Я запнулась и послала следопыту выразительный взгляд, надеясь, что собеседник сам поймет причину.

— Пусть облегчится в ночную вазу, — флегматично отозвался тот. — Нам, как аристократам, предоставили их.

Я закашлялась, а демон, кажется, и вовсе потерял дар речи. Правда, ненадолго.

— Ты шутишь, человек? — злобно прошипел он в моем сознании. И, кажется, не только в моем. — Или издеваешься?

— Я абсолютно серьезен, — сказал следопыт. — Мне не хочется умереть только из-за того, что твоя гордость не позволяет тебе воспользоваться горшком.

— Но… Я же не могу все время таскать его в сумке. С этим надо что-то делать. Может быть, дать ему зелье маскировки? Держат же местные аристократы хоть каких-то собак?

— Мелковат он для собаки, — усмехнулся Тиэн, но одну склянку с голубой жидкостью все же вытащил.

Я заметила, что у него осталась еще одна. И две лежат у меня в сумке.

— У нас проблемы, да? Зелий осталось на сегодня, завтра и, если не тратить его на демона, послезавтра. За три дня мы не успеем добраться до Мин-Йаршериса.

— Нам надо попасть на корабль. Там будут действовать законы, установленные капитаном. А морские люди всегда проще относились к нечеловеческим расам. Даже имперские моряки торгуют и с драконами, и с эльфами, и с нджерами. Впрочем, за три дня мы не успеем и этого. Но не волнуйся, задолго до создания магических зелий были придуманы простые способы маскировки. Сделаем из тебя последовательницу Геалах, богини Ночи. Они ходят в просторных закрытых одеждах и носят головные уборы, которые скроют твои уши. Сегодня я зайду к портному и закажу одежду. Ты будешь Искательницей Истины из храма Арнада, одного из самых северных городов Империи, а я — сопровождающим тебя хранителем. На эту работу порой устраиваются обнищавшие аристократы.

— Искательницей Истины? Какой-то очень громкий титул. Чем они занимаются? — подозрительно спросила я, с беспокойством поглядывая на начинающего терять терпение Ксана.

— Да ничем особенным. Бродят по Империи и пытаются найти места, которые Геалах посещала во плоти. Не волнуйся, к искательницам относятся как к безобидным чудачкам. Считается низким их обмануть или обидеть. А еще существует поверье, что если посмотреть посвященной богине Ночи в глаза, то увидишь собственную смерть. В общем, идеальная для тебя маскировка.

Я кивнула, соглашаясь с этим.

— Тогда пусть сегодня Ксан побудет моим щенком. А когда мы снимем дом, он сможет прятаться там, ничем не рискуя.

Тиэн недовольно нахмурился, но согласился с этим предложением. Я проверила зелье на совместимость с кровью тоя и влила ему в рот. На самом деле в этом заключался определенный риск. Растения-лакмусы, ритомасу, были созданы для того, чтобы проверять реакцию различных существ не нэчьей крови на воздействие наших зелий. Однако зелье маскировки, в отличие от результатов работы алхимиков, содержало в себе немалую долю магии. А значит, стопроцентную гарантию совместимости отсутствие изменения цвета листка не давало.