Нэко - Матси Юлия - Страница 26

Спустя некоторое время ход стал ровнее, и я рискнула открыть глаза. Оказалось, мы уже выбрались на дорогу и теперь мчимся по ней, быстро приближаясь к всаднику с заводной лошадью. Им, естественно, оказался Тиэн. Поравнявшись с ним, Ксан затормозил столь резко, что меня бросило вперед, и присел, недвусмысленно намекая, что больше не собирается изображать верховое животное. Я съехала по нему, как по детской горке, а потом с трудом поднялась на ноги, приходя в себя.

— Спасибо, милый, что не убил, — не сумела сдержаться я и потрепала демона по пушистому загривку.

— Госпожа, выпей это. — Тиэн протянул мне ставшую привычной порцию зелья маскировки. — Только теперь мы станем обнищавшими, но не утратившими достоинства дворянами. Госпожа по-прежнему будет моей сестрой, урожденной Эйлиной Эайдор. Теперь тебе придется высокомерно молчать, односложно отвечая на прямые вопросы. Следи, чтобы к тебе обращались не иначе как «высокородная госпожа» или «седжонде Эайдор». Все другие обращения игнорируй, а если вдруг посмеют назвать «лани» или «кесион», возмущайся и обещай наглецу все смертные казни, какие только сможешь придумать.

— Ну, — я усмехнулась, — придумать можно многое. Вот только я понятия не имею, как должны выглядеть эти седжонде. И кстати, что означают все эти слова?

— Седжонде — это обращение к незамужней аристократке, не имеющей прямых родственных связей с божественным Императором. Кесион — обращение к незамужней горожанке, а лани — к деревенской девушке.

— А за замужнюю горожанку меня принять не могут? — скептически осведомилась я.

— Нет, конечно. На тебе же нет ошейника, — изумился следопыт, но тут же опомнился: — Госпожа, я все объясню потом. Но сейчас пора двигаться. Мы должны въехать в Оссору хотя бы за два часа до заката.

— Это понятно. Непонятно только, как я приму облик, который не представляю.

— Здесь я могу помочь, — ангельским голоском вмешался в наш разговор демон. — Если, конечно, Тиэн доверится мне настолько, что даст прочитать его мысли.

В его красных глазах проскользнуло непонятное мне выражение. Да и следопыт как-то странно напрягся. Хотя его я понимаю: я ведь тоже боялась открывать свой разум демону.

— Ксан, даже если он разрешит, ты не будешь лезть глубоко в разум: только считаешь представленный образ и передашь его мне. Ясно?

— Конечно же ясно, — почти пропел этот рыжий нахал. — Я и не предполагал ничего другого.

Я обернулась к потомку дракона:

— Тиэн? Ты позволишь?

Он колебался всего несколько секунд:

— Хорошо. Раз другого выхода нет.

— Отлично. — Демон метнулся к человеку так быстро, что я не уловила движение. Он просто внезапно оказался рядом с потомком дракона и прижал один из хвостов к его лбу.

— Ксан! — Я рванулась к ним, вспомнив про ядовитые жала, но тут же замерла: Аксандр вернулся в исходное положение и принялся вылизывать переднюю лапу, а Тиэн ошарашенно мотал головой, приходя в себя. — Но… Твой яд, — надо как-то поработать над способностью связно излагать мысли.

— Что яд? — удивился демон, но, к счастью, тут же все понял. — Ну ты даешь, хозяйка! Хорош бы я был, если бы каждый, к кому мой хвост прикоснется, тут же умирал. Естественно, я могу регулировать уровень собственной ядовитости. Держи лучше.

Я получила четкий мыслеобраз и, зафиксировав его, одним глотком опорожнила склянку. Жидкость огненной волной пробежалась по пищеводу, ухнув в желудок, а я в очередной раз подумала, что такими темпами мне скоро придется лечиться от гастрита и язвы.

Теперь я выглядела как бледная, стройная девушка лет двадцати, одетая в когда-то красивую, но сейчас выцветшую и потертую амазонку. Тиэн озаботился даже грязными пятнами по подолу и тенями под глазами. Сам он также выпил зелье. Его костюм, сшитый из тонкой, неизвестной мне кожи и парчи, носил следы тяжелых времен, но рукоять трофейной сабли, которую мужчина нацепил на пояс, блестела как новенькая. Вот только цвета и рисунок металлических и костяных накладок на ножнах кардинально изменились.

После этого следопыт подвел ко мне лошадь, на самом деле оказавшуюся рослым тонконогим жеребцом, и предложил помочь сесть. Не скажу, чтобы это вызвало во мне прилив энтузиазма. За всю свою человеческую жизнь я ровно дважды садилась на лошадь. Первый раз в памяти не отложился (ибо было мне тогда не более пяти лет), оставив как свидетельство своего бытия лишь полароидную фотографию. Второй же произошел уже в практически сознательном возрасте семнадцати лет. Двухчасовая прогулка неторопливым шагом на предельно смирном жеребце, носящем гордую кличку Рено, одарила массой положительных эмоций, безбрежным морем восторга и дико болящими, полустертыми ногами.

Память нэко сохранила большее количество поездок на этих чудных животных, вполне удачных, но… Мне все равно было страшновато.

— Госпожа, надо торопиться, — мягко намекнул следопыт.

— Знаю, — печально согласилась я и, мысленно благодаря богов за уже изобретенные здесь стремена, забралась на коня. На удивление, получилось это довольно легко. Конь стоял смирно, Тиэн очень вовремя приподнял меня за талию, и в седло я практически взлетела. Вот дальше было хуже: стоило только жеребцу сделать пару шагов, как я покачнулась, испугалась и вцепилась в луку седла когтями, к счастью, не задев ими шкуру животного. Следопыт, встревоженный жалобным поскуливанием, непроизвольно вырвавшимся из глубин моего существа, тут же оказался рядом.

— Госпожа, успокойся. Ты не умеешь ездить на лошади, да? — печально осведомился он.

Я покаянно кивнула. Он зажмурился на пару мгновений, а потом начал спокойно говорить:

— Расслабься. Не натягивай так сильно поводья — ты делаешь коню больно. Зафиксируй ноги в стременах так, чтобы они не соскальзывали. Да-да, можешь зацепиться каблуком, это достаточно удобно. У этой породы лошадей плавный ход, думаю, ты быстро освоишься.

Он легко запрыгнул в седло второго, гораздо более массивного и даже на вид могучего коня и сделал пару кругов вокруг меня, показывая правильную посадку.

— Проедем немного шагом, чтобы у тебя было время попривыкнуть.

— Хорошо, — кивнула я и, припомнив свой и нэко опыт поездки на четвероногих непарнокопытных, потянула за повод, поворачивая животное.

— Эй, гордые всадники, вы ничего не забыли? — раздался возмущенный возглас. Я вздрогнула и оглянулась на еще одного члена нашей маленькой команды.

— Ксан! Тебе же нельзя появляться в таком виде на глаза людям.

— Не может быть! — саркастически «удивился» демон.

Сдержав рвущийся с языка ничуть не менее язвительный ответ, я опасно наклонилась, вцепившись одной рукой в луку седла, и перевернула ошейник. А затем растерянно посмотрела на тоя, оставшегося где-то далеко-далеко внизу. Его же надо взять к себе, а для этого придется слезть с лошади.

— Сейчас. — Тиэн подскакал к крошечному зверенышу и каким-то невероятно ловким, быстрым движением подхватил Ксана на руки, не спускаясь на грешную землю. — Держи, госпожа.

— Спасибо. — Я усмехнулась, принимая демона, а потом засунула его в небольшую полупустую сумку, висящую у седла.

— Чувствую себя вещью, — печально протелепатил Ксан и протяжно, с присвистом захрапел.

— Поехали, — потомок дракона, начавший проявлять признаки нетерпения, развернул коня. — Госпожа, держись чуть впереди меня, я буду за тобой присматривать.

— Ладно, — я неуверенно ткнула каблуками бока своего неожиданного транспорта и покрепче сжала бедра, стараясь с него не свалиться.

Спустя полчаса я попривыкла к происходящему и даже умудрилась найти в себе силы на болтовню со спутником.

— Тиэн, а откуда ты знал, что в лагере должны быть лошади? И почему именно боевые? — Я довольно ловко пристроила своего грациозного скакуна рядом с его коренастым собратом и с интересом посмотрела на следопыта.

— Сабля, — спокойно отозвался мужчина и, получив в ответ непонимающее молчание, продолжил: — Такое оружие может принадлежать только сиджонда, сыну одного из благородных домов. И если он до сих пор не продал оружие, то коня, хотя бы одного, тоже должен был сохранить. Для аристократа нет большего позора, чем остаться без коня. Хотя я и не ожидал, что там будут оба.