Нэко - Матси Юлия - Страница 105

Самое сложное, но все же необходимое я оставила напоследок. Мои чувства к Максу изменились. В этом Фрейя была права, я его больше не любила. Но и уйти, не попрощавшись, не хотела и не имела права. И теперь, попрощавшись с родителями и пообещав им сделать все возможное, чтобы время от времени возвращаться на Землю, я ехала в городскую больницу, сдерживая внутреннюю дрожь и пытаясь выстроить хотя бы примерный монолог. Наверх меня не пустили, пришлось воспользоваться успевшим стать непривычным сотовым. И вот тут все заготовленные сценарии пошли прахом, потому что поприветствовал Макс меня следующим образом:

— Катюнь, ну ты даешь! Могла бы и пораньше прийти проведать. Я, конечно, понимаю, не каждый день выпадает шанс съездить на Байкал, но…

— Ась? — не слишком оригинально и уж вовсе неумно удивилась я, но потом нашла в себе силы спросить более связно: — Погоди, тебе сказали, что я на Байкал уехала? Кто?!

— Так Мака же… А ты что, не ездила? А почему телефон был недоступен?

Я нервно хихикнула. Да уж, ехала успокаивать убитого горем возлюбленного, а он, оказывается, вовсе не огорчен, а даже слегка на меня сердит. Интересно, с чего это у Лены-Маки такая забота о моем парне? Ну, уже не моем, но ей-то откуда это знать? Почувствовав, как в глубине души начала просыпаться собственница, я мысленно ее придушила и пожала плечами:

— Ну, будем считать так. Я вообще для другого приехала. Давай в уголок куда-нибудь уйдем, угу?

Рассказывать ему правду или даже полуправду я уже не собиралась. Просто сказала, что надолго уезжаю за границу, и предложила расстаться. Принял он новость слишком легко, чтобы мое самолюбие осталось неповрежденным. И хотя я успокаивала себя, что все дело в «сньur guйries», выпитом Максом вместе с предложенным соком, разум алхимика безжалостно утверждал, что так быстро зелье не подействовало бы. Похоже, он тоже был не слишком привязан ко мне.

Больше в этот день я домой возвращаться не собиралась. Прощание с прошлым и так затянулось, а убеждение, что долгие проводы приводят только к ненужным слезам, жило в глубине моей души давно. Вещи, которые я сочла нелишними в новой жизни, лежали в рюкзаке, Ксюхе я позвонила, придумав какую-то не слишком правдоподобную байку о недельном отсутствии и рассказав, что вот-вот уезжаю из города и страны.

Ворону я тоже позвонила, чтобы узнать новости о продаже «золотого запаса» и рассказать о согласии родителей принять деньги. В целом больше у меня дел в этом мире не осталось, поэтому я позволила себе на пару часов раньше срока войти в портал. Правда, привел он меня не в лабораторию, где я рассчитывала оказаться, а к странному колодцу Хаоса.

Первой меня встретила кошка Скорпи. Кажется, предательства с моей стороны в первую и последнюю нашу встречу она не простила, но на предложение почесать шейку милостиво согласилась.

— Ну и где же твой хозяин? — поинтересовалась я, когда животина окончательно разнежилась и развалилась на полу пузом кверху.

— По сторонам оглянуться не судьба? — раздался насмешливый голос из-за спины.

— Видимо, так, — обиженно отозвалась я, не собираясь сейчас доказывать, что осматривалась, и внимательно. — А почему я здесь, а не в «своем» мире?

— Это уже у тебя спрашивать надо. Портал подчинился твоему желанию. И кстати, «твой» мир, если ты еще не озаботилась этим знанием, тамошними магами именуется Тараон.

— Здорово, — неопределенно отозвалась я сразу на две новости. — Ну, раз уж я все равно здесь… Ты говорил, что, как только я выполню это ваше с Фрейей задание, мне можно будет организовать постоянный пропуск на Землю… Это еще в силе?

— Без проблем, — пожал плечами Артас. — Что, не получилось навсегда попрощаться?

— Вроде того. Переоценила я изменения, произошедшие в личности. Ну что же, если все в силе, то надо бы мне поторопиться. Ты позволишь?

— Действуй, — воплощенный Хаос усмехнулся и театрально прищелкнул пальцами. Последнее, что я увидела, — возмущенный взгляд крылатой кошки. А затем — полумрак собственной спальни в Мин-Йаршерисе.

— Вернулась? — первым меня встретил преданный демон.

— А куда бы я делась? — улыбнулась я, потрепав пушистый загривок. — Сколько времени прошло?

— Почти восемь дней. Твой ненаглядный раб, если ты именно его пытаешься выглядеть за дверью, жив, здоров, сейчас спит.

— Славно. Я тогда тоже посплю немного. Разбуди меня утром, хорошо?

Проснувшись, я развила бурную деятельность. Причем первым моим делом был разговор с Фрейей. Теперь, когда у меня имелся уже намоленный алтарь, общаться с богиней стало проще. Зажженные свечи, зелье, смешанное с кровью, дважды повторенный призыв…

— Эйлинарра, я рада тебя видеть, — она позволила мне приблизиться и обняла. — Артас рассказал мне о том, что случилось в темнице Лофта.

— И что ты об этом думаешь, богиня? Кто были эти существа и зачем им понадобился твой… этот бог?

— Я не знаю, — просто ответила она. — Те камни, что ты мне пожертвовала, несут на себе отпечаток силы, которой я еще не встречала. Я сделаю все, чтобы найти ее обладателей… Но, боюсь, моих возможностей здесь недостаточно.

Такие слова из уст возлюбленной богини должны были бы нанести немалую рану психике любого из народа нэко, но я, успевшая осознать разницу между богами класса Лофта и Арагорна и теми, что были равны Фрейе, ожидала услышать что-то такое.

— И что делать?

— Я велела всем алхимикам искать в мирах следы этих Незримых, но не думаю, что это что-то даст. Артас, конечно, тоже постарается их найти… Его задело такое вмешательство посторонних в планы Хаоса… Мне остается лишь надеяться, ну а тебе пока что предстоит посеять в этом мире Зерно Хаоса. Не отвлекайся на другие задачи.

— Как прикажешь, богиня, — покорно кивнула я.

— Я верю в тебя, Эйлинарра. Постарайся поторопиться.

Золотое божественное сияние покинуло комнату, а я приступила к выполнению пожелания Фрейи. То есть начала торопиться. Тем более что это соответствовало и моим желаниям. Постоянный пропуск на Землю казался мне сейчас чем-то совершенно необходимым, хоть я и не собиралась им чересчур часто пользоваться.

Выдвигаться слишком быстро я все же не стала, восстанавливая в лабораториях Магической Академии растраченные запасы зелий. А заодно решила применить и куароты, полученные от орка. Я не обманывала Кайра, когда говорила, что с их помощью собираюсь создать себе танк. Подобный замысел действительно возник в тот самый момент, когда я впервые увидела эти камни. И теперь я старательно претворяла мечту в реальность, начав собирать голема.

Первым этапом стал выбор подходящего материала. Стандартная для подобных созданий небоевого назначения глина меня не устраивала по вполне понятным причинам. Ну а делать достаточно крупного голема из одного лишь металла оказалось слишком дорого. В итоге пришлось комбинировать: на прочный стальной каркас наращивался слой глиняной плоти, который затем покрывался доспехами.

В качестве основы для творчества я взяла обычного научно-исследовательского голема, принципы создания которого хранились в памяти моей нэко. Однако пришлось внести немало изменений, укрепив и вооружив его. Броней, после мучительно долгих уговоров и огромных денежных посулов, моего голема обшили нджеры. Оружие пришлось заказывать уже у человеческих мастеров.

Гигантское подобие паука на шести взаимозаменяемых ходовых конечностях и с четырьмя пятипалыми манипуляторами, угрожающе поблескивающее алгерроковой чешуей, смотрелось довольно впечатляюще. В углублений на его спине на пружинных рессорах были установлены два ложа для наездников. Спереди и сверху это углубление было прикрыто пятислойным бронированным стеклом, которое я изготавливала самостоятельно, по рецептам алхимиков народа нэко. Такое стеклышко, гораздо более легкое и крепкое, чем земной многослойный триплекс, теоретически должно было с честью выдержать пулеметную очередь в упор. Жаль, что на практике это проверить мне так и не удалось.

Один из куаротов я разделила на несколько неравных частей с помощью специального зелья: другим способом эти камни разрушить почти невозможно. В получившиеся осколки маги вложили несколько заклятий по моему выбору. Второй был установлен в грудь создания, между его манипуляторами. Броня на этом месте имела возможность открываться, чтобы голема в любой момент можно было допрограммировать.