Карьера - Кеннеди Дуглас - Страница 12

— Рассказывай, — обратился я к нему. Долински потупил взгляд, уставился на рабочий стол и сказал:

— Я только что потерял заказ от «Джи-Би-Эс».

Глава пятая

Я дернулся, будто от удара в челюсть. Айван заметил:

— Простите, виноват, слов нет, как сожалею…

Голос Долински вновь задрожал.

Я старался говорить успокаивающе. — Что именно произошло?

— А я знаю? Последние два-три месяца только и делал, что выстраивал отношения с этим Тедом Петерсоном из отдела по работе с рекламодателями, вчера ударили по рукам насчет шестистраничного вкладыша в апрельском номере, утром еду по шоссе Ай-95 на север, в Стэмфорд, в портфеле — бумаги на подпись Петерсону, и тут он звонит мне в районе Райа: «Слушай, извини, но у нас изменились маркетинговые стратегии на зиму. Так что пока продажа отменяется». Я чуть не съехал с трассы…

— Сколько «Джи-Би-Эс» был готов заплатить за рекламу? — спросил я.

— Сто восемьдесят девять. С учетом стандартной десятипроцентной скидки.

— Были какие-нибудь намеки на грядущее урезание бюджета? Или более выгодное предложение у конкурентов?

— Нед, я же сказал: Петерсон попросту заявил, что «кина не будет», и повесил трубку. За час пытался перезвонить в «Джи-Би-Эс» то ли пять, то ли шесть раз. На обратном пути в город названивал ему едва ли не через каждые десять миль. Урод всегда оказывался «на встрече».

— Ничего страшного, произошла маленькая неприятность…

— Нед, мы оба знаем: случилась долбаная катастрофа.

Прижимаю палец к губам:

— Сложное положение. И придется найти выход, но так, чтобы в компании никто не стал особенно распространяться на эту тему: нам не нужно, чтобы новое начальство заглядывало через плечо, можешь поверить. А потому необходимо продумать, какие есть варианты. Найдется подходящая замена?

— Неуверен… В «Эн-Эм-Ай» намекали, что, возможно, закажут двойной разворот, посвященный «Пауэрплан Дэсктопу» в майском номере.

— Сможешь уговорить их перенести заказ на месяц вперед?

— Стоит попытаться.

— Тогда действуй. Скинь двадцать процентов, пообещай четырехцветную полихромную печать. Уверен, к тому времени остальные сотрудницы из отдела телефонных продаж смогут найти заказы на остальные четыре страницы.

— Всё равно, хрень какая-то получится: куча паршивых восьмушек на лучшем месте. И все будут знать, что за это пространство отвечал я…

— Айван, главное, чтобы за страницы заплатили.

— Нед, больше такого не повторится. Обещаю.

— Айван, у тебя всегда отлично получалось, — соврал я. — Повторюсь: хоть мы и в жопе, но это не конец света. Иди и договорись с «Эн-Эм-Ай». И помни: ты — профи.

Долински кивнул, направился к двери. Как только дверь закрылась, я обхватил голову руками. Черт. Черт. Черт. Настоящий апокалипсис! Для меня. Если только….

Правило номер один действия в кризисных ситуациях: будь последователен. Исследуй каждую возможность выхода из тупика, в котором очутился.

Позвонил Джоелю Шмидту — директору по производству «Компу-Уорлда». Вопрос о том, нельзя ли отсрочить выпуск на пару дней из-за ситуации с «Джи-Би-Эс», спровоцировал настоящую бурю:

— Нед, ты что, спятил? Две минуты назад в мой офис заходит ледяная немецкая дева, представляется Уттой какой-то там, заявляет, что она — супервайзер печатных изданий «Клауса-Зандерлинга» и хочет узнать о нашей работе всё. Сказала, ей известно, что журнал пойдет в печать в пятницу, а расчеты показывают четырехдневное отставание от графика. Что, в свою очередь, приносит компании убытки и тэ дэ. Понял?

— Недружелюбный клиент попался?

— Недружелюбный?! У малышки в жилах — жидкий азот. Так что никаких тебе поблажек. Чтобы к пятнице принес — или окончательный макет, или твои cojones [6].

Вот и выиграл время, называется… Звоню в офис Теда Петерсона в «Джи-Би-Эс». Секретарша — настоящая душка. Едва заслышав название «Компу-Уорлд», заявляяет: Петерсон — на совещании, где, скорее всего, пребудет в течение ближайших пяти лет. По крайней мере, такое заключение делаю по голосу женщины.

— Если бы он уделил мне только пять минут своего времени…

— Мистер Аллен, сегодня у него не будет пяти минут, — бодро заявляет собеседница.

— Каждый способен найти немного времени….

— Передам, что вы звонили. Больше ничем помочь не могу… — И повесила трубку.

Тед Петерсон… Мы встречались в прошлом году, на одном из крупных шоу по продажам от «Гетца-Брауна». Типичное бельмо на корпоративном глазу. Тридцать два года, исполнен решимости дорваться до вожделенного поста вице-президента, как только стукнет тридцать пять. Полная нацеленность на результат.

На телефоне сумасшедше мерцают пять огоньков. Нажимаю на селектор:

— Что, Лили, пришли сообщения?

— Мистер Аллен, вам звонили не меньше двух дюжин раз.

— Лили, ты не могла бы озвучить весь список позвонивших?

— Легко, мистер Аллен. Ах да, чуть не забыла: звонила ваша жена, сказала, слышала новости. Хотела побыстрее с вами поговорить.

— Лиззи еще на связи?

— Нет — но на первой линии — мистер Мадуро, на второй — мистер Сирио, на третьей — мистер Блухорн…

Все основные агенты «в поле». И каждый испытывает вполне объяснимое беспокойство за свою работу.

— Соедини с Сирио. Остальным скажи, что скоро отзвонюсь.

— Будет сделано, мистер Аллен. Да, и еще: мне имеет смысл начать просматривать объявления по трудоустройству?

— Скажем так. Лили: я — спокоен.

— Поняла, босс.

Нажимаю на телефоне вторую кнопку.

— Здорово, Фил, — поприветствовал я агента, — извини, что заставил так долго висеть на связи.

— Без проблем, Нед. Говорят, денек выдался тяжкий.

Старина Фил. Мистер Немногословный. Стопроцентно надежный парень. С Филом работать проще, чем с любым другим специалистом из отдела продаж. Чуть больше сорока, непростительно полный, выращен и вскормлен в Квинсе, по-прежнему живет в его окрестностях (а точнее — в районе Озоун-парка), щеголь, предпочитающий двубортные костюмы цвета перламутра и совершенно не выносящий, когда парят мозги.

Фил занял почетное место лучшего продавца с тех пор, как Долински утратил былую хватку. Никогда за всю жизнь не видел более четкой работы. Сирио достаточно лить поднять телефонную трубку — и сделка готова. Среди клиентов ни одного внезапного отказа, ни единого перехода в стан противников (нередко я гадал: уж не вальяжное ли поведение Фила, напоминающее манеры мафиозо, заставляет клиентов хранить верность?). В отличие от других работников, вспахивающих ту же ниву, Сириро ни разу не хныкал, не стонал и не жаловался. Просто делал свое дело.

— Так значит, новости докатились и до тебя? — спросил я.

— Да. Слышал, с нами будут работать фрицы?

— Ну, по слухам — да.

Классный парень. Никакого беспокойства, никакой херни.

— Слушай, Фил, можно попросить тебя об одолжении?

— Валяй.

И я поведал о ситуации с «Джи-Би-Эс» и о том, как теперь приходится работать, чтобы заполнить шесть пустых страниц в апрельском номере.

— Этот свинодолб Петерсон так заподлил? — не поверил Фил.

— Боюсь, что да.

— Таких нужно кастрировать бензопилой. Хочешь, поговорю с ним?

— Он не отвечает на звонки. Можешь не сомневаться, я не раз пытался дозвониться.

— Понимаю. Но со мной-то уж Петерсон поговорит…

— С чего бы?

— Просто мне кое-что известно о Петерсоне.

— Например?

— Помнишь, как прошлой зимой на Больших Каймановых островах проводилось торговое мероприятие? В общем, выхожу в последнюю ночь из отеля, собираюсь прогуляться по пляжу, и вдруг откуда ни возьмись на улицу выбегает зареванная Джоан Плейстон, перепуганная до смерти, в полном шоке. Ты же знаком с Джоан?

— Из чикагского отдела телефонных продаж?

— Ну да. Классный продавец, да и ноги потрясающие. В общем, возле отеля, в полной истерике, она наскакивает на меня. Завожу девушку внутрь, сажаю в баре за свободный столик, угощаю виски, она немного успокаивается. Оказалось, была на приеме «Джи-Би-Эс», на пляже в Гранд-Хъятт, разговорилась с Петерсоном. Собралась уходить, а Петерсон разлюбезничался, предложил проводить до гостиницы. На полпути остановились посмотреть на волны. В следующую секунду Джоан почувствовала, как на нее навалился Тед. Но когда мистера Примерного Семьянина попросили отвалить, тот намека не понял, повалил девушку на песок и попытался раздвинуть ей ноги. Вот тогда-то Джоан и попала ему между ног — коленом. Угодила в самую точку, после чего побежала прочь и наткнулась на меня.