Дочь крови - Бишоп Энн - Страница 56

Повелитель скривился, но покорно взял опостылевшую палку. Он слегка обнял девочку за плечи одной рукой, и они вместе вышли из кабинета, миновали нижние, грубо вырезанные в толще скалы коридоры, вышли в верхний лабиринт переходов и наконец достигли двойных передних дверей. Сэйтан провел Джанелль в обход зала к Святилищу, где размещался Алтарь Тьмы.

— А что, рядом с Залом есть Алтарь Тьмы? — поинтересовалась девочка, с интересом оглядываясь по сторонам.

Сэйтан тихо рассмеялся, зажигая четыре черных свечи в надлежащей последовательности.

— На самом деле, ведьмочка, этот Зал был построен возле Алтаря.

Ее глаза расширились, когда каменная стена за Алтарем превратилась в туманную дымку.

— Ух ты, — благоговейно прошептала она. Сэйтан никогда не слышал, чтобы дерзкая девчонка так говорила. — А почему так происходит?

— Это Врата, — ответил Повелитель, немало озадаченный вопросом.

— Врата?

Ему потребовалось сделать изрядное усилие над собой, чтобы ответить:

— Врата между Королевствами.

— Ух ты-ы…

Его разум был парализован. Поскольку Джанелль уже несколько лет в свое удовольствие путешествовала между Королевствами, Сэйтан пребывал в полной уверенности, что она знала, как открываются Врата. Но если девочка не знала даже об их существовании… Каким, во имя Ада, образом она все это время попадала в Кэйлеер и Ад?!

Сэйтан не мог задать этот вопрос. Не стал этого делать. Если он спросит, а Джанелль расскажет, ему придется ее придушить.

Вместо этого Повелитель просто протянул руку:

— Иди прямо через туман. К тому времени, когда ты медленно досчитаешь до четырех, мы уже минуем Врата.

Как только они оказались на другой стороне, Сэйтан вновь провел ее вокруг Зала к передним дверям.

— Где мы? — спросила Джанелль, изучая призмы, создаваемые высокими арочными окнами, забранными свинцовым стеклом. Они находились прямо над дверью.

— Это Зал Са-Дьябло, — мягко отозвался Сэйтан.

Джанелль медленно повернулась к нему и покачала головой:

— Это не Зал.

— Он самый, ведьмочка. Мы прошли через Врата, помнишь? Это Зал в Царстве Теней. Мы в Кэйлеере.

— Значит, Царство Теней существует на самом деле, — пробормотала Джанелль, открывая одну из дверей и заглядывая в комнату.

Уверенный, что это замечание не предназначалось для его ушей, Сэйтан не стал его комментировать. Он просто дополнил мысленный список других беспокоивших его вопросов, на которые пока не было ответов — слишком уж много тайн и загадок окружали его светловолосую Леди. Сэйтан теперь испытывал двойное облегчение оттого, что решил наконец познакомить ее с Залом в Кэйлеере.

Задолго до продолжительного исчезновения девочки он понял, что будет лучше не пускать ее больше в Ад. Повелитель прекрасно понимал, что Джанелль это не остановит, и по-прежнему будет навещать Чара и остальных килдру дьятэ, как и Тишьян, но Геката в последнее время была слишком активна, то и дело попадаясь ему на глаза или замышляя очередную каверзу вместе с небольшой группой мертвых демонов-ведьм, которых она называла своим ковеном. Разумеется, ее целью было зацепить Сэйтана, привлечь его внимание. Самодовольные улыбки и обильные словесные излияния бывшей супруги наполняли его ужасом, который постепенно начал кристаллизоваться в ледяной гнев. Каждый день он, как мог, пытался защитить Джаннель, обеспечить ее безопасность.

Между тем девочка закончила осматривать комнаты Великого Зала и вприпрыжку вернулась к Сэйтану. Она раскраснелась, глаза ярко сверкали.

— Какое замечательное место, Сэйтан!

Он снова обнял Джанелль за плечи и поцеловал ее в макушку.

— А еще где-то среди этих коридоров затерялась кухня и великолепная повариха по имени миссис Беале.

Они оба подняли глаза, услышав звонкие шаги, которые целеустремленно приближались из крыла прислуги на другом конце большого коридора. Сэйтан улыбнулся, узнав знакомое цоканье. Хелена решила посмотреть, что за гости посетили «ее» дом. Он начал было рассказывать Джанелль, с кем ей предстоит познакомиться, но, взглянув на нее, умолк, пораженный.

Ее лицо превратилось в холодную, ровную и угрожающую маску. Никогда еще Сэйтан не видел ничего подобного. В сапфировых глазах клубились вихри дымки. Сила, заключенная в ней, не разливалась вокруг, как произошло бы с любой другой разозлившейся ведьмой. Эта волна служила бы предупреждением для всех, кто приближался к ней. Однако сила Джанелль устремлялась внутрь, по спирали спускаясь к самой сердцевине ее существа, откуда можно было затем повернуть ее вовне — и достичь ужасающих результатов. От нее веяло все большим холодом, все сильнее, сильнее и сильнее, а он был совершенно беспомощен. Сэйтан не мог преодолеть пропасть, неожиданно разверзшуюся между ними. Она вывернулась из его рук с грацией, которой мог бы позавидовать любой хищник, и заскользила вперед.

Сэйтан покосился на коридор. Хелена может войти в Зал в любую минуту — и встретить смерть. Он призвал силу своего Камня, собрал все свое могущество до последней крупицы. Все решится здесь и сейчас.

Он выбросил вперед правую руку, на которой ослепительно пылал Черный Камень, остановив Джанелль.

— Леди, — властным голосом произнес Сэйтан.

Девочка посмотрела на него. Он содрогнулся, но руку не опустил.

— Согласно Кодексу Крови, если Верховный Князь обращается к своей Королеве с официальной просьбой, она милостиво снисходит к тому, чтобы исполнить ее, — за исключением тех случаев, когда правительница больше не желает, чтобы указанный служил ей. Я прошу вас довериться моему суждению в выборе тех, кто прислуживает нам в Зале. Я прошу разрешения представить вас экономке, которая сделает все, что в ее силах, чтобы вам было удобно. Я прошу, чтобы вы позволили мне проводить вас в столовую, где мы сможем перекусить.

Он ничего не говорил ей о Кодексе, о тонких гранях равновесия силы и власти, принятых Кровью. Он полагал, что Джанелль уже успела понять основные его положения через повседневную жизнь и наблюдения за другими. Сэйтан считал, что у него еще будет время обучить девочку наиболее ярким и тонким точкам соприкосновения, существующим между Королевами и мужчинами, носящими темные Камни. Теперь это был единственный козырь, на котором он мог сыграть. Если она ничего не ответит на эту просьбу…

— Пожалуйста, ведьмочка, — прошептал он в то мгновение, как Хелена вошла в Великий Зал и замерла на пороге.

Вокруг него вихрем закружилась Тьма. Мать-Ночь! Он ни разу в жизни не испытывал ничего подобного!

Джанелль долгое мгновение смотрела на его правую руку, а затем медленно накрыла ее своей. Сэйтан содрогнулся, не в силах справиться с собой, узрев на мгновение открывшуюся истину. Наконец девочка милосердно закрыла барьеры своего сознания.

— Это моя экономка, Хелена, — произнес Сэйтан, не отрывая взгляда от глаз Джанелль. — Хелена, это Леди… — Он заколебался, не зная, как именно представить гостью. «Леди Джанелль» прозвучало бы слишком фамильярно.

Девочка устремила взгляд своих глаз, в которых кружился вихрь силы, на экономку, которая сжалась в комочек, но, подчиняясь велениям инстинкта самосохранения, не тронулась с места.

— Анжеллин.

Это слово прокатилось по комнате шепотом полуночи.

— Леди Анжеллин. — Сэйтан покосился на Хелену, надеясь только на то, что она сохранит спокойствие. — Дорогая моя, вы не могли бы узнать, что миссис Беале приготовила нам сегодня?

Хелена вспомнила о своих обязанностях и сделала книксен.

— Разумеется, Повелитель, — с достоинством ответила она и, повернувшись, вышла из Великого Зала ровной, размеренной походкой.

Сэйтан мысленно поаплодировал ее самообладанию.

Джанелль отодвинулась от него, понурив голову и сгорбившись.

— Ведьмочка? — мягко позвал ее Сэйтан.

Глаза, которые встретились с его испытующим взглядом, были полны боли и страха, а также горечи и тоски, от которых его сердце сжалось. Он не знал, что вызвало эти чувства, — или, может быть, наоборот, прекрасно понимал.