Где таятся змеи - Харрис К. С. - Страница 47

– И она знает, что случилось с Хесси Абрахамс?

– По словам Мэгги, девица мертва.

* * * * *

Виконт решил ехать в своей городской карете. Голова раскалывалась, а тело, несмотря на принятую горячую ванну, то и дело сотрясал озноб.

– Не обижайтесь на мои слова, милорд, – заметил Калхоун, усаживаясь на переднее сиденье, – но выглядите вы, как черт-те что.

– Я и чувствую себя так, – чихнул Себастьян.

Спустившаяся ночь окутала город черным беззвездным покрывалом. Экипаж катил по улицам, подсвеченным мигающими каретными фонарями и светильниками бегущих перед экипажами факельщиков. Начавший моросить дождик покрыл брусчатку влажным блеском и загнал под крыши шумные толпы, обычно роившиеся у городских забегаловок.

Конечным пунктом их поездки было расположенное в глухом переулке в Степни подозрительного вида заведение под названием «Синий якорь», принадлежавшее скандально известной матушке Калхоуна.

Балки выступающего верхнего яруса посерели от ветхости. Проезжающие ломовые телеги пооббивали кирпичи с углов нижнего этажа, и строение напоминало старика, растерявшего половину зубов. Однако внутри оказалось тепло и уютно. Хотя древняя барная стойка, кабинки и деревянные панели  от времени стали черными, но в общей зале царил приятный дух пчелиного воска, смешанный с запахами эля и джина.

– Это и есть пресловутый «Синий якорь»? – снова чихнул виконт.

– Не совсем то, что ожидали, милорд? – подмигнул камердинер, направляясь в комнатку за лестницей. – Я на минутку.

Опустившись в одно из уютно вытертых кресел возле огня, Себастьян смежил веки и прислушался к буханью в голове. Тут же вернулся и Калхоун, неся стакан горячего ромового пунша для хозяина и ведя невысокую морщинистую женщину, с прилизанными седыми волосами, крупным носом и неожиданно яркими черными глазами.

– Ваша светлость, это Мэгги Маккуин, – объявил слуга, подталкивая старушку к креслу напротив виконта. – А теперь, Мэгги, расскажи-ка его лордству все, что рассказывала мне.

Старушка окинула Себастьяна проницательным взглядом и, похоже, сочла его вид несоответствующим титулу.

– Что, черт побери, с вами стряслося? – требовательно спросила она с явным выговором уроженки Ньюкасла.

– Случайно упал в реку, – не совсем правда, конечно, поскольку это река поднялась к нему, но сейчас было не до объяснений.

– Эка вы сглупили, – ухмыльнулась Мэгги. – Перебрали, небось?

– Боюсь, нет у меня такого оправдания.

Бабка снова осклабилась:

– Вот тут паренек сказывал, будто вам желательно знать, чего случилося в «Академии» в прошлую среду.

Виконт не сразу понял, что «паренек» относится к Жюлю Калхоуну.

– Очень желательно, – подтвердил Себастьян, потягивая горячий пунш. По телу разлилось покалывающее тепло.

– По правде, я-то так и не смогла толком расчухать, что к чему, – пробурчала собеседница, вытягивая из некоего потайного кармашка белую глиняную трубку и набивая ее табаком. – Да и навряд ли кто из тамошних докумекал, окромя тех двоих шлюх, что дали деру.

Себастьян прикинул, что сможет справиться с беседой, если будет держать в голове, что «я-то» означает «я», и что ньюкаслцы любят впихнуть в слово побольше гласных.

– Вы про Розу Флетчер и Ханну Грин?

– Угу. Пока не отыскались трупы, никто ни сном, ни духом не догадывался, что девок-то и след простыл.

– Трупы? – переспросил виконт.

Мэгги подожгла лучину и поднесла к трубке, раскуривая. С возрастающим нетерпением Себастьян дожидался, пока табак разгорелся, и старушка сделала пару затяжек, выпустив струю ароматного дымка.

– Трупы, – со смаком подтвердила она. С ньюкаслским говором это прозвучало как «тру-у-упы».

– Мужчин или женщин?

– Один мужика, а другой – бабы.

Девлин подался вперед, сжимая в ладонях стакан. Вдыхая благоухание гвоздики, корицы и горячего рома, он чувствовал, как буханье в голове стихает.

– Вы знаете, кто это был?

– Насчет парня ничего не знаю, окромя того, что клиент. А мертвячка как раз и была Хесси Абрахамс.

– Их нашли вместе?

– Не-а. Клиент лежал в китайской комнате, а Хесси – в подглядывальной, у черного хода.

– В подглядывальной?

– Для тех, кто за погляд деньги платит, – объяснила уборщица борделя без тени смущения.

Себастьян обменялся взглядом с Калхоуном. Расследование началось смертью одной молодой женщины, застреленной в проулке, но с тех пор количество мертвецов неуклонно возрастало.

– А тот мертвый мужчина в китайской комнате... он чьим клиентом был?

– Розиным, а что?

– Можете описать, как он выглядел? – медленно потянул питье виконт.

 Старушка вытащила изо рта трубку и задумчиво прищурилась.

– Молодо-ой, – подвергнув лицо Себастьяна недолгому осмотру, Мэгги добавила: – Ваших годков где-то. Может, самый чуток постарше или помоложе. Только светленький, вот навроде паренька, – глянула она на Калхоуна. – Ничего приметного не упомню, разве что шрам поперек живота был, вот такой, – и старушка чиркнула наискосок через собственный желудок.

– Он был голый?

Мэгги кивнула.

– Некоторые просто спускают штаны да и делают свое дело, но этот заплатил за целый час.

– А как он умер, не знаете?

– Зарезали, чай, – пожала плечами поломойка. – А то с чего бы кровищей всю комнату залило. Сто лет потом мыла да скоблила. Хотя пера не заметила, – поколебавшись, добавила она.

– Чего?

– Ножа, – объяснил Калхоун.

– Ага, – Себастьян подкрепился еще глоточком пунша. – А того клиента, который был у Ханны Грин, видели?

– Не-а. Но слышать слышала, да. Такую бучу поднял из-за того, что девка умотала и оставила его ни с чем, что мисс Лил пришлось денежки-то вернуть.

– Иэн Кейн тоже присутствовал?

– Хозяина тогда не было. Мисс Лил послала за ним, когда мертвяков нашли.

– И что он сделал? – поинтересовался заинтригованный виконт. – В смысле, с трупами?

– Чегой-то вы многовато вопросов спрашиваете для лорда-то, – выпустив из трубки колечко дыма, Мэгги Маккуин сузила глаза и метнула косой взгляд на Калхоуна. – Ты точно знаешь, что он лорд?

– Самый что ни на есть натуральный, – торжественно подтвердил слуга.

– Ну, так что хозяин сделал с телами? – допытывался Девлин.

– Утопил где-нибудь, – пожала плечами уборщица. – Че-е-рте зна-а де-е. А чего ему было еще с ними делать? Магистрата, что ли, кликнуть? – грубо хохотнула она.

– Че-е-рте зна-а де-е? – глянул Девлин на камердинера.

– Не знаю, где, – наклонившись, шепотом перевел тот.

– А-а, – протянул Себастьян, и, запрокинув голову, осушил стакан до дна. От резкого движения накатила дурнота, и только через несколько мгновений виконт сумел спросить:

– А тот, кто был с Хесси? Его вы видели?

– Не, не видала. Похоже, тот жив-здоров ушел. Я-то и мертвяка видела только потому, что помогала заворачивать его в парусину, чтоб Теккерей смог вынести труп из заведения, – пояснила старушка.

– Теккерей?

– Ага, тот, который из Фэнси.

– Ну да, ну да, – хмыкнул виконт, припоминая боксера с перебитым носом и изуродованным ухом. – Кажется, я встречался с мистером Теккереем.

Мэгги Маккуин покосилась на собеседника сквозь облачко табачного дыма:

– Видок-то у вас не ахти. Небось, частенько допоздна не ложитесь.

– Это точно, – согласился Себастьян. – А как хорошо вы знали Розу Флетчер?

– Знала? – скрипучий бабкин смешок сорвался в кашель. – Я-то поломойка. Чего у шлюх могет со мной быть общего?

– Но вы же знали, кто она.

– Угу, – затянулась бабка трубкой, – мамзель, у которой все время глаза на мокром месте были. Когда думала, что никто не видит. Да только старушка Мэгги подмечает поболе остальных.

– Как вы думаете, почему она плакала?

– А выкак думаете? – презрительно бросила уборщица. – Почему девки плачут?

Девлин посмотрел на яркие черные глаза собеседницы, ее иссушенное годами лицо и скрюченные тяжелым трудом руки.