Прыжок - Коул Мартина - Страница 99

Алан вольно откинулся на спинку стула и начал излагать перипетии событий, связанных с личностью известного лондонского сводника… Донна вскоре поняла, что первое волшебное впечатление от дома и его обитателей больше к ней не вернется. Она грустно вздохнула и отпила глоток кофе, всматриваясь в красивый пейзаж за стеклянными дверями.

Глава 27

Тимми неподвижно лежал на койке. Полное, лунообразное лицо его было печальным. Джорджио явственно ощущал гнетущую атмосферу страха, царившего в камере, — чуть ли не запах такового, исходивший от Тимми.

— Ты уверен, что ты не хочешь пойти в комнату отдыха, Тим? Поиграть там в карты или еще во что-нибудь?

— Не-а, — покачал головой Тимми. — Ты иди, Джорджио. Со мной все будет в порядке. Я просто хочу полежать и подумать.

Джорджио вышел из камеры, переводя дух после бьющего в нос запаха от зловонных носков Тимми. Он вошел на кухню как раз в тот момент, когда оттуда выходил Сэди.

— Я поставил пирог в духовку, — суетливо сказал Сэди. — Тимми любит пирог с ревенем. А ты куда идешь?

— А как ты думаешь? — указал рукой в направлении коридора Джорджио. — В комнату отдыха. Я не могу больше сидеть в этой камере. А почему бы и тебе не прийти туда, хотя бы ненадолго? Через минуту по четвертому каналу начнется фильм «Парень из Винслоу». Тебе надо передохнуть, Сэди.

Сэди бросил взгляд в сторону камеры Тимми, секунду поколебался и пошел вслед за Джорджио в комнату отдыха. Он обожал старые черно-белые картины.

В комнате отдыха стоял оглушающий шум. Чоппер с Рикки играли в какую-то игру, и обычное в таких случаях чувство соперничества постепенно перерастало в жгучую взаимную ненависть. Другие заключенные с суеверным страхом следили за ними, одновременно играя в пул, в карты или в каракули. Бенджамин Дейвс, как всегда, развлекал всех шутками. Джорджио уселся за свободный столик и принялся наблюдать за Лероем — номером вторым в команде Рикки. Лерой аккуратно отбирал и вырывал снимки голых женщин из журнала «Парад».

— Я никогда раньше не замечал, сколько в журналах женщин-блондинок. Вот уж странно, не правда ли? — изумленно бормотал себе под нос Лерой. — Меня раньше не привлекал такой тип на стороне, у меня всегда в городе была своя птичка. А теперь мне становится весело, когда я смотрю на эти картинки. Они на вид довольно страстные, черт бы их подрал! Правда? — Он швырнул журнал на стол и вздохнул. — Хочешь, сыграем в шахматы, Джорджио?

— А ты играешь? — удивился Джорджио.

Лерой громко расхохотался.

— Играю ли я? Да ты смотришь на чемпиона «Холландси Бэй Борстал», приятель! И запомни: это было легко, потому что все они играли в шахматы будто в шашки. Я принесу доску…

— Этот пирог воняет, как собачьи яйца, Сэди. Можно мне будет попробовать кусочек, когда он приготовится? — громко пропел Бенджамин.

— Ну ты и прорва! Как только тебя твоя мать прокармливала? — по-девичьи захихикал Сэди.

Бенджамин цыкнул зубом.

— Моя мать вообще никогда не готовила, Сэди. Только и делала, что шаталась с разными типами. Говорила, что, мол, готовка — только для кастрюль. А это меня не устраивало, скажу я тебе. Я провел первые пять лет жизни на консервах с тушенкой. Теперь терпеть не могу эту гадость, правда… Ну, давай же, Сэди, выдели мне кусочек! Мне нравится, как ты готовишь.

Сэди кокетливо округлил глаза.

— О, ну, тогда ладно. Эх, не сломал бы Гаррисон ненароком видео! Мне хотелось бы записать этот фильм.

«Парень из Винслоу» начался, и Сэди вместе с шестью другими мужчинами уставился в телевизор, стоявший на высоте в десять футов на маленькой полке, прикрепленной к стене.

Бенджамин обратился к Джорджио:

— Ты слышал рассказ про маленького мальчика, который пришел в школу и сказал: «Простите, что опоздал, мисс, мой отец сгорел сегодня утром»? «Это ужасно, — ответила учительница. — Он сильно обгорел?» На что ребенок сказал так: «Они там, в крематории, не заботятся об этом, мисс, мать их!»

Буквально все в комнате отдыха разразились хохотом.

— Ты чокнутый, Дейвс! — весело сказал Рикки. Бенджамин пожал плечами и по-детски захихикал.

— Если не будешь смеяться, сойдешь с ума, не так ли? А как насчет этого? Вот!.. — Он принялся рассказывать следующий анекдот.

Спустя минуту все снова громко захохотали. Когда шум стих, Сэди громко и властно сказал:

— Если ты не прекратишь шуметь, Бенджамин Дейвс, не получишь пирога. Я хочу смотреть фильм!

Дейвс ссутулился и округлил глаза, изображая испуг. Это вызвало новый взрыв смеха.

— Я тебе сказал, Дейвс!..

Теперь в комнате отдыха стоял сладостный аромат от готовящегося пирога, и Сэди знал: еще до того, как пирог будет готов, те, кто надеялся получить хотя бы кусочек, станут предлагать ему сигареты, чай, кофе.

Чоппер и Рикки по-прежнему злобно таращились друг на друга, а остальные мужчины все так же следили за ними. Разговоры смолкли, наступила вязкая тишина. Джорджио начал играть в шахматы с Лероем.

— Похоже, между этими двумя вот-вот начнется ссора. Левису вряд ли это понравится, — тихо проговорил Джорджио.

Лерой пожал плечами и взял черную пешку Джорджио.

— Пускай сами разбираются. Если Рикки понадобится помощь, то я здесь, рядом, как и весь черный контингент. Но пока не впадай в истерику, Джорджио. Левис может и не вернуться. Мы же не знаем, что там происходит.

— А что будет, если он вернется? — раздраженно спросил Джорджио.

— Тогда будем держать ушки на макушке. Ты сосредоточишься, наконец, на игре? Пожалуйста, возьми себя в руки. Я серьезно отношусь к шахматам. Не оставляй, к примеру, свою королеву без прикрытия, как ты делал, когда играл с Левисом. Я-то не упущу такого шанса…

Джорджио стиснул зубы от такого прозрачного намека. И сделал ход. Неожиданно воздух разрезал пронзительный вой пожарной сирены. Обратив лицо к потолку, Джорджио почувствовал легкий запах дыма. Сэди вскочил со стула.

— О, мать его за ногу, это пирог подгорает! — Он бросился из комнаты.

Остальные, успокоившись, расселись по своим местам. Но вой сирены все так же разносился по всему крылу.

— Выключите эту проклятую штуку! Мы пытаемся сосредоточиться! — проревел Лерой.

И тут в комнату проникла более плотная волна запаха. Сэди пронзительно закричал. Все в рекордное время катапультировались со своих стульев, и коридор вдруг оказался заполнен людьми.

Джорджио только теперь заметил одну странность: тюремщиков нигде не было видно. Черный дым валом повалил из блока камер. И прежде чем заключенные попали туда, все поняли, что произошло…

Тимми горел, как чучело Гая Фокса. Его тело без движения распростерлось на койке. Стоял сильный запах резины и еще какой-то густой смешанный смрад. Джорджио сморщил нос, пытаясь вспомнить, где он раньше слышал такой запах. И, бросив взгляд на то, что еще недавно было лицом Тимми, он вспомнил… Кто-то надел ему на голову резиновую маску, и теперь резина сгорала вместе с кожей.

Сэди был вне себя и пронзительно кричал. Рикки сильно ударил его по лицу, чтобы тот замолк.

Теперь в коридоре стало тихо, если не считать потрескивания, исходившего от тела Тимми, которое все больше охватывал огонь. Даже пожарный колокол умолк. Руки Тимми были объяты огнем — они на глазах скрючивались в языках пламени.

Джорджио догадался, что Тимми еще жив, но каким-то образом парализован.

Он подбежал к дверям в торце коридора и начал колотить в них, выкрикивая:

— Войдите сюда и приведите этих долбаных пожарных! Он еще жив! Он еще жив!

…Всем показалось, что прошла вечность, прежде чем в коридор беспорядочной толпой ворвались четыре тюремщика с принадлежностями для тушения. Теперь они казались здесь совершенно неуместными, и все удивленно уставились на них. Эти так называемые пожарные были зачем-то вооружены.

— Сейчас же расходитесь по камерам! Ну давайте! Нам не нужны из-за вас неприятности.

Заключенные уставились на тюремщиков, потом посмотрели друг на друга.