Врунишка - Полоцк Илан Изекиилович - Страница 15

— Молли Кларк? — юная секретарша просунула голову в двери.

— Да, — сказала Молли. — Я здесь.

— Вас к телефону, — сказала секретарша. — Из главного офиса, — добавила она, стараясь говорить спокойно и небрежно, словно такие звонки раздаются у нее каждый день. — Это Кевин Донован.

Молли обратила внимание, что в комнате наступила мертвая тишина, и все внимательно проводили ее взглядами, когда она направилась вслед за секретаршей.

— Говорите с этого аппарата, — сказала та, показывая на телефон на своем рабочем столе. — А я пойду выпью кофе.

Молли уставилась на телефон, как птичка на змею. Она не имела представления, который из двух Кевинов Донованов на другом конце линии и что любой из них мог бы сказать ей.

— Алло? — еле прошептала она, чувствуя себя подобно школьнику, которого пригласили в кабинет директора, где его будут отчитывать за какое-то непонятное преступление.

— Миссис Кларк? Молли Кларк?

То был настоящий, тот самый элегантный голубоглазый плейбой. С чувством внезапного облегчения Молли осознала, что он вызывает у нее меньше опасений, чем другой.

— Да, мистер Донован?

— Очутившись в своем кабинете, я обнаружил нечто странное. Вы посылали мне на неделе письмо?

Молли торопливо проглотила комок, застрявший в горле.

— Я… да, наверно, так оно и было, — прошептала она, пытаясь создать впечатление, что она постоянно рассылает дюжины писем и речь может идти об одном из них.

— В нем заключалось что-то важное?

Молли охватила волна почти невероятной надежды.

— О нет, — сказала она. — Отнюдь. Мне кажется, в нем было… что-то вроде отчета о том, как прошел недавний День святого Валентина, вот и все.

— Тогда я очень рад. Видите ли, моя секретарша получила письмо, но оно каким-то образом исчезло до того, как я его прочел, и мы нигде не можем его найти. Секретарша не исключает, что случайно выкинула его вместе с бумажным мусором в среду днем.

Молли испытала головокружительное чувство облегчения.

— В таком случае… это просто прекрасно! — сказала она, представляя, как ее непрочитанное письмо погребено под грудой разного сора.

— Простите?

— Я хочу сказать, — смутилась Молли, — что очень любезно с вашей стороны дать мне знать о пропаже письма.

— Найти вас оказалось несколько сложновато. Ваш заведующий отделом не имел представления, что вы отправились по делам в другой город.

— Но я оставила записку, — сказала Молли.

В самом ли деле она оставила ее? Или у нее уже окончательно крыша поехала?

— Но в любом случае, — мягко продолжил Донован, — не произошло ничего страшного. Моя секретарша позвонила вам домой, и ей сообщили, где вы находитесь, после чего она дала знать вашему руководству. Как долго вы предполагаете быть в Орегоне, миссис Кларк?

— Наверное… скорее всего, до конца следующей недели. До возвращения я хотела бы закончить на месте все подготовительные работы, потому что нас сразу же ждет много дел в главном магазине.

— Хорошо. Мы ждем вашего возвращения. И еще, миссис Кларк…

— Да?

— Если в том письме было нечто важное, пожалуйста, не стесняйтесь, не сочтите за труд написать мне еще одно.

— Благодарю вас. — Молли перевела дыхание, сжимая трубку телефона. — Мистер Донован?

«Кто он?» — готова была заорать Молли. Кто тот человек с красивым рисунком рта и веселыми карими глазами, тот мужчина, который обнимал меня, целовал и заставил весь мой привычный мир перевернулся вверх ногами? Вы должны знать, как его зовут! Скажите мне, кто он такой. Объясните, почему он так поступил со мной. Пожалуйста, прошу вас…

— Миссис Кларк?

— Ничего. Прошу прощения. Будьте здоровы, мистер Донован, — только и проговорила Молли.

Она повесила трубку и медленно вернулась в конференц-зал, где ее встретили заинтересованные взгляды коллег.

8

Молли на машине вернулась домой в пятницу днем, испытывая нескрываемое облегчение при мысли, что ее ждут горячая ванна, сон в своей постели после девяти дней вне дома и тихий уик-энд в кругу родных перед возвращением к привычным рабочим обязанностям.

Хотя уик-энды вряд ли можно было назвать тихими, подумала она, рассматривая большой дом, где она жила, как бы со стороны, когда ей пришлось остановиться за фургоном, припаркованным у обочины. Дом выглядел как-то странно, еще более обветшавшим, словно она была в отлучке не несколько дней, а год. Но она дважды звонила домой, и Чарли заверил ее, что все в норме, поэтому она надеялась, что за время ее отсутствия не произошло ничего особенного.

Молли вылезла из старой машины, открыла багажник, чтобы взять сумку и, подняв глаза, удивленно воззрилась на голову в ярко-красной вязаной шапочке, которая вынырнула из-за конька крыши. Рядом с ней появилась и другая, в бейсболке. Головы о чем-то совещались между собой, пока Молли, открыв рот, глазела на них.

— Алло! — окликнула она их. — Эй, алло!

Две физиономии, повернувшись, уставились на нее.

— Кто вы? И что вы делаете на моей крыше?

— Сдираем покрытие, — крикнул ей тот, что был в шапочке с козырьком.

— Ни к черту не годится, — весело добавил другой в вязаной шапочке. — Совершенно поизносилось.

— Но вы не можете… почему вы… — растерянно озираясь, стала путаться в словах Молли.

Постепенно взгляду ее открылось и кое-что другое. На борту грузовика, стоящего по другую сторону улицы, красовалось название строительной компании, а рядом с домом был аккуратно сложен новенький кровельный материал коричневого цвета.

— Ох, Боже мой, — ничего не понимая, пробормотала она, хватая свою сумку и направляясь по дорожке к дому. — Что тут происходит?

Оказавшись за входной дверью, Молли торопливо миновала прихожую и остановилась в полном изумлении. На диване в гостиной сидела Селма Кларк, попивая чай из кружки, украшенной цветочной росписью. Она была облачена в элегантный твидовый костюм. На ней были ее лучшие перламутровые украшения, волосы завиты и уложены в прическу, губы подкрашены, лицо припудрено.

Напротив нее сидела светловолосая женщина в зеленом платье, на коленях которой лежал планшет с подколотыми к нему листами бумаги, а пара длинноволосых молодых людей в джинсах нацеливала телевизионную камеру на Селму, которая демонстрировала, как изящно она пьет чай.

Увидев застывшую на пороге дочь, она слегка кивнула ей и вернулась к своим занятиям. Появилась Грейс в шелковой блузке, улыбнулась в камеру и с царственной непринужденностью села на диван.

Камера, уделив внимание и Грейс, вернулась к Селме.

— Миссис Кларк, каким образом вы пришли к своим идеям? — спросила блондинка.

Сверху донесся ужасающий скрежет, эхом разнесшийся по всему дому, вслед за которым последовал ряд глухих ударов где-то высоко над головой.

— Мама, там на крыше какие-то люди, — торопливо прошептала Молли. — Кто они такие?

— Стоп! — сказал один из молодых операторов.

Все, повернувшись к Молли, уставились на нее.

— Это кровельщики, дорогая, — спокойно объяснила Селма. — В комнате Чарли протекает крыша. Уолтер сказал, что покрытие прохудилось, так что я попросила их явиться и заняться ремонтом.

Молли перевела взгляд на блондинку в кресле, на молодых людей с телекамерой, а затем уставилась на бесстрастное лицо тети.

— Так. И кто же будет платить за все это? — осведомилась она, стараясь говорить как можно спокойнее.

— Я, — ответила Селма. — И надеюсь, я не сделала никаких ошибок, дорогая, — обеспокоенно добавила она, увидев, как ошеломлена Молли всем происходящим. — Просто комната Чарли настолько отсырела, что я решила поберечь здоровье бедного малыша.

— Не могу поверить. — Не обращая внимания на присутствие в комнате чужих людей, Молли поставила сумку на пол и направилась к матери. — Новая крыша обойдется в несколько тысяч долларов, мама, — прошептала она. — Как ты могла себе позволить…

— Твоя мать продала свою книгу, Молли. — Грейс взяла руку Селмы и с искренней теплотой пожала ее.