Американец - Рожков Григорий Сергеевич - Страница 57

– А еще все время появляются немецкие десантники, – напомнил Кейв.

Его напоминание заставило меня передернуть плечами. Когда мы вечером стали изучать трофейное оружие, снятое с фальскримегерей, то все ахнули, – и больше всех ахнул я. У фашистов появились кое-какие новинки…

Во-первых, StG, оно же штурмгевер, – первый полноценный автомат под промежуточный патрон.

Во-вторых – самозарядная винтовка с вместительным 20-патронным магазином, внешне похожая на G-43, а начинкой – на СВТ-40.

В-третьих, ручной пулемет с ленточным питанием, представляющий собой пугающую смесь MG-34/42 и FG-42, и все это под промежуточный патрон.

Ну и самое сладкое, по моему личному мнению, – новая модификация «Маузера C96 М720» под девятимиллиметровый патрон. Пистолет ощутимо модернизировали – угол наклона рукоятки немного увеличен, боек теперь скрыт в удлиненном назад корпусе, кобура-приклад крепится не к рукоятке, а к корпусу чуть ниже затвора (уверен, оружие теперь стало послушнее при стрельбе), сам затвор теперь как у семейства американских винтовок М16–М4: передернул – и пока стреляешь, он не беспокоит, все подвижные детали спрятаны внутри. Питание из 25-патронных магазинов, кобура из легкого пластика с металлическим каркасом (я был в шоке, но мне понравилось), прицел упрощенный. Мне потом надо будет обязательно доложить, что у немцев оружие сильно убежало вперед!

Но об этом потом, сейчас дела насущные. И дела эти давят страшнее оружия…

– Именно по этим причинам мы не можем выходить малыми группами: нас просто перебьют поодиночке. Если уж прорываться, то всем и сразу. Нужен ударный кулак. Посыльный сообщил, что он был не единственным, кому дали указание доставить приказ на юг, то есть сюда. Кинг, ты отправил связного к капитану Дэвидсону? – Нельзя бросать соседа, тем более такого полезного и инициативного. Да и кто знает – вдруг до него посыльный из штаба не дошел.

– Да, сэр.

– Отлично. Вернемся к нашему вопросу. Если посыльных было много, значит, можно считать, что и все остальные соседи знают о приказе. Следовательно, надо объединять усилия и как можно скорее, пока нас не начали бить, выходить из города. Для начала давайте разберемся с лично нашим положением, потом подумаем о прорыве. Кинг, сколько у нас в строю солдат?..

Совещание перешло в иную плоскость. Теперь звучали цифры, данные, сводки.

И эти данные надо обрабатывать. В строю под моим управлением сейчас 100 человек, из них – 40 рейнджеров, 16 инженеров, 10 зенитчиков и 34 танкиста. С техникой дела обстоят просто шикарно: 5 грузовиков ЗиС-15, 2 автоцистерны, одна на базе пятнадцатого ЗиСа, другая трофейная немецкая, 3 бронеавтомобиля БА-25 – один «Лесник» и два инженерных, 1 бронированный подвозчик боеприпасов, 2 ЗСУ Б-7-3 «Занавеска», 6 САУ «Росомаха» (это если все эвакуированные машины восстановят), 1 легкий танк М3 Стюарт. С таким войском можно очень даже хорошо повоевать! Да, я совсем забыл про трофейные полугусеничные машины десантников – «Феркель» и автоматическую зенитку 2cm Flak 40 (похожую на Flak 38, но с новым легким лафетом, снабженным съемными складывающимися колесами, увеличенной скорострельностью и новым барабанным магазином на 51 выстрел). К зенитке прилагался неплохой запас снарядов.

Со стрелковым вооружением и боеприпасами к нему проблем нет, даже патронов к крупнякам более чем достаточно – зенитчики постарались и выбили себе по два с половиной БК на «Занавеску». Часть патронов они сразу загрузили себе на машины, а другую часть мы распределили на БАшки и в качестве НЗ для зениток. Снарядов к пушкам самоходок – примерно по полтора боекомплекта, а вот снарядов для «стюарта» нет. Для себя сделал заметку, что надо будет поговорить с Дэвидсоном по этому поводу, у него есть одна сорокапятка, и боеприпасы ему подвозили по заказу. Базук и ракет к ним у нас достаточно, но вот кумулятивных ракет относительно осколочно-фугасных ощутимо меньше. И наконец, все поняли, что за трубы на башне бронеавтомобиля инженеров – это базуки с поврежденными рукоятками, прикладами или прицелами, доставленные технарям на ремонт, но так и не восстановленные до стандартного состояния. По сей причине оставшиеся трубы гранатометов взяли да и закрепили на подвижном каркасе поверх башни БАшки. Получился неплохой по нынешним меркам ПТРК. В ближнем бою бронеавтомобиль стал серьезно опасен для танков противника.

С едой, как и с боеприпасами, проблем нет – днем нам подогнали рационов с расчетом на спокойный прокорм полутора сотен солдат в течение трех суток. И это сверх того, что у нас было.

Это все были положительные данные, но были и отрицательные. В ходе нашего совещания к штаб-сержанту Гэтри приходил один из его подчиненных с кратким докладом о ходе работ по восстановлению самоходок. Оказалось, инженеры не смогут починить две САУ, не разбирая одну на запчасти. И при этом, даже если они разберут на запчасти одну машину и начнут ремонт второй, потребуется много времени, которого нет.

– Вам же прислали два грузовика со всем нужным для ремонта, почему же надо разбирать одну самоходку для восстановления другой? – возмутился Кинг.

– К сожалению, некоторых деталей нам просто не прислали, сэр, – виновато пожал плечами Гэтри.

– А если разберете одну и используете детали для ремонта другой, то сколько вам потребуется времени, чтобы ввести САУ в строй? – Надо решать вопросы с ходу.

– Минимум сутки, сэр, – сказал как отрезал помощник Гэтри. Пришлось принимать соломоново решение.

– Ясно… Тогда делайте что требуется. Разбирайте одну машину, другую пока не ремонтируйте, а загоните на трейлер. Ее восстановлением займемся, когда прорвемся к соседям… – Гэтри отправил помощника решать вопрос, а я стал подводить итоги: – Итак, мы сохранили то, что было, и прибрали к рукам еще столько же. Это хорошо, но для самостоятельного прорыва таких сил нам точно не хватит. Надо взаимодействовать с соседями. Значит, так. Сейчас мы с первым сержантом Кингом и сержантом Райтом отправимся к капитану Дэвидсону, а затем вместе с ним поедем к танкистам на улице Пушкина. Если повезет, сразу сгоняем на север, к тридцать второму полку, хотя не знаю, что там у них. Черт, так мы до сих пор и не знаем, а кто у нас точно прикрывает южное направление?.. Ох, ладно, разберемся, когда будем уходить, или спросим у соседей. Так… Для тех, кто остается здесь, на базе, задача номер один – готовиться к отбытию. Проверить всю технику группы, загрузить боеприпасы, заправить и привести в боеготовое состояние. Каждому солдату выдать двойной боекомплект и рационов с расчетом на пропитание каждого в течение двух суток – это на случай, если во время прорыва кто-то отстанет и окажется оторванным от основной группы. А также прямо сейчас надо накормить всех солдат горячей пищей. Было бы здорово еще выкроить время поспать свободным от подготовки к прорыву бойцам. Даже лучше сделать так. После ужина распределить солдат на группы – одних отправить на работы, другим дать время поспать. Через полтора часа – поменять их местами. – Сержанты задумчиво покивали. – Всем все ясно? Если ясно, то совещание окончено. Работаем, джентльмены.

Сержанты отправились готовить нашу моторизованную группу к прорыву, а мы с Кингом и Райтом на бронеавтомобиле отправились по намеченному маршруту.

Ночная поездка по городу обернулась рядом приключений. На подъезде к расположению батальона капитана Дэвидсона неожиданно налетели на польскую разведку. Кинг не стал замедлять хода, когда в нас с двух сторон ударили из винтовок и автоматов. Я для острастки дал пару очередей по вспышкам у дороги – и конфликт сам собой прекратился.

Потом, уже когда мы забрали капитана и направились к танкистам на Пушкинскую, из-за поворота в свет фар броневика выскочил «Феркель» с пятью немецкими парашютистами. Крики, стрельба, ругань, опять скоротечные и без потерь с нашей стороны. А фрицам не повезло: когда наш броневик уже удалялся, второй очередью из 30-го калибра я удачно зажег «поросенка» и срезал одного из десантников, выскочившего в свет.