Полет на луну, рассматриваемый как выстрел по движущейся мишени - Козатик Павел - Страница 2

Инопланетяне предлагали землянам, чтобы они, вместе с другими инопланетными цивилизациями приняли участие в космических гонках между звездами и планетами Млечного пути. Кроме того, инопланетяне сообщали тайну: в галактике существует «Клуб десяти», элитное и закрытое товарищество цивилизаций, стоящих на вершине развития. Состоять в этом клубе очень выгодно, поскольку, каждый его член подключается к галактическому банку знаний и может пользоваться им неограниченное количество времени. В послании говорилось, что одна из состоящих в этом клубе цивилизаций некоторое время тому назад погибла, и остальные его члены, порядочно уставшие от собственное гениальности, постановили вместо конкурса на замещение вакансии устроить гонки.

Еще в послании сообщались условия гонок. Временем старта считается момент, когда послание дойдет до адресата и тот ознакомится с содержащейся в нем информацией. Также там были приведены точные координаты пункта прибытия. Тот кто попадет в этот пункт первым, станет десятым членом клуба, со всеми возможными привилегиями.

Кеннеди не очень понимал, для чего Денни дает ему читать эту вещь, поскольку, как и каждый молодой парень в округе, знал, что через двадцать минут на площади начнется танцулька, на которой будут играть. Тут Денни загадочно усмехнулся и подал Кеннеди густо усеянный цифрами листок бумаги. Получалось, перед тем как пригласить Джона и Джекки к себе, он вычислил пункт прибытия.

«ПУНКТ – ЛУНА!!!» – было написано в правом, верхнем углу листа, рядом с несколькими обведенными кружочком уравнениями.

Это было поразительно.

Получалось, инопланетяне выбрали пунктом прибытия Луну и тем самым дали землянам гигантскую фору. Когда все остальные претенденты будут лететь через миллионы и миллиарды космических лет, (Кеннеди не имел точного понятия о космических расстояниях), Землянам нужно преодолеть всего лишь четыреста тысяч километров. Четыреста тысяч километров!

«О, Юпитер!» – ужаснулся Кеннеди – «И через жутко холодный космос!».

– Джон, пойдем? – предложила ему Джеки.

– Подожди, – сказал ей Кеннеди.

– Сейчас начнут, не успеем, – заныла Джеки.

– Закрой пасть, дьявол тебя забери! – приказал ей Кеннеди.

Он думал. В послании очень точно описывалось место, на котором должны были встретиться участники межзвездной гонки. Судя по вычислениям Денни, это место находилось в нескольких милях к юго-западу от кратера Тихо. Все-таки, Кеннеди не мог отделаться от ощущения, что инопланетяне не очень хорошо знают Луну. Это было видно из постскриптума послания, в котором говорилось, что каждый участник гонок, оказавшись на Луне, чтобы его не перепутали с кем-нибудь другим, должен иметь за отворотом пиджака две белые розы.

Кеннеди продолжал думать. Даже сейчас он не сомневался, что послание прислали инопланетяне и учитывая, что его принял Денни, а также то, что он дал прочитать его именно ему, Кеннеди сделал вывод, что кто-то это подстроил. Значит, кто-то хочет, чтобы на Луну летел именно Кеннеди. Кто-то знает, что именно он, Кеннеди, способен это сделать. Стало быть, он действительно, должен это сделать.

– Если ты сейчас не пойдешь, я уйду одна, – предупредила его Джеки. Кеннеди махнул на нее рукой. Полет на Луну ни в какие сравнения не шел с танцульками. Вообще, ему не понравилось, что Джеки этого не понимает.

Ей и вправду не было до этого никакого дела. В то время очень немногие девушки из Бронкса интересовались космическими проблемами. Цель жизни Джеки была гораздо проще – ей хотелось спать с мужчиной, которого звали Элвис Пресли. Все ее подружки хотели того же самого.

Пресли был популярным певцом, который прославился шлягерами «мои голубые замшевые брюки» и «Hold Me Tight», что можно перевести как «Держи меня сильно», «Держи меня нежно» или же «Держи меня пьяно». Джеки не могла знать, что Пресли потихоньку склоняется к третьей, последней версии.

Последняя песня Пресли называлась «Way Down». Дорога вниз.

Забавно, но девичья мечта Джеки исполнилась. Произошло это через много лет, во Флориде, в маленьком отеле, в котором ночлег стоил всего лишь два с половиной доллара. Из этой ночи Джеки запомнился лишь крепкий запах пива и ощущение, словно бы по ней катается дорожный каток. В то время Пресли весил около ста двадцати килограммов.

Еще, Джеки запомнила, что Пресли всю ночь говорил. Он произносил одно единственное слово: «Хи». Глотнув из бутылки, он свалился на нее и до бесконечности повторял это слово. Этого Джеки никак не могла забыть. Еще долгое время у нее перед глазами стоял образ толстого мужика в ковбойских сапогах, а в ушах звучали его слова: «Хи, хи, хи, хи, хи, хи, хи, хи, хи:».

Между тем, космическое послание ввергло Кеннеди в состояние растерянности. Был пятьдесят восьмой год. Ни он, ни кто другой на Земле, не могли себе даже представить как можно попасть на Луну. Наконец, Джон решил, что нужно обсудить это с послом.

У Джека Кеннеди не нашлось для Джона много времени. Этим вечером он, как и каждый день, играл с президентом Эйзенхауэром в гольф. Вообще, Эйзенхауэр был забавным президентом: он не любил заниматься положенными ему по статусу делами. Его интересовало лишь как переправить как можно больше шариков в лунки. «Быстро в середину, быстро наружу» – странно усмехаясь, частенько говорил он. Годы, в которые президент Эйзенхауэр играл в гольф, были самыми спокойными для Соединенных Штатов Америки.

Это заметили даже несколько человек, которые высказали мнение, что неплохо бы переслать главам правительств всего мира клюшки для гольфа, бейсбольные биты и наборы « юный химик «, что было бы большей гарантией мира, чем всевозможные соглашения. Кстати, «юный химик « нашел себе поклонников, в основном среди диктаторов Латинской Америки. Авторы проекта разуверились в своем детище, после того, как один отставной капрал, который после переворота стал правителем свободной республики в Андах, благодаря « юному химику « составил взрывчатую смесь, используемую в базуках.

Посол добросовестно обдумал то, что сообщил ему Джон. Ему моментально пришло в голову, что тот, во время ежевечерней скачки с Джеки сошел с ума. «Чтобы в шестьдесят третьем году попасть на Луну, ему надо стать президентом Соединенных Штатов Америки – пробормотал он так, чтобы этого не услышал Эйзенхауэр.

А Кеннеди, все последующие дни много думал о Луне. Он позаимствовал у Денни кучу литературы по астрономии и селенологии и прочитал ее. Жаклин, окрыленная свободой и скучающая от безработицы, за короткое время стала самой популярной шлюхой Бронкса, мрачного и грязного района, наполненного насилием и преступлениями.

В конце концов, ее связи очень пригодились Джону, когда он, в 1959 году выставил свою кандидатуру на пост президента. Эйзенхауэр сообщил, что свою кандидатуру на третий срок он выставлять не будет, поскольку, намерен посвятить гольфу все свое время. В телевизионном интервью он сказал, что хотел бы принять участие в чемпионате Америки по гольфу, но до тех пор пока является президентом, этого сделать не может.

Расставшись с президентским постом, он наконец-то принял участие в этом чемпионате и занял всего лишь шестьдесят восьмое место. Тогда Эйзенхауэр попытался вернуться обратно в президентское кресло, но у него ничего не вышло, поскольку там уже сидел Кеннеди.

Пробиться в президенты Джону Кеннеди помогли альфонсы, воры и чистильщики ботинок из Бронкса, приятели его жены Жаклин, а также коллеги посла. Оказалось, что на самом деле, никто из них не был ни альфонсом, не вором или чистильщиком обуви, а все как один, они были богачами, хранившими в домашних сейфах целый кучи денег. Бедняками они притворялись, чтобы никто им не завидовал.

Конечно, Кеннеди не мог даже пискнуть о том, что мечтает полететь на Луну, поскольку, тогда его приятели альфонсы, воры и чистильщики обуви, не дали бы ему и пяти центов. Во время избирательной компании, он обещал повысить выпуск ботинок и перестать заботиться о дорогах, чтобы после дождя на них было как можно больше грязи. Ворам он обещал, что арестует и будет судить каждого, кто только попытается им помешать делать их работу. Альфонсам он обещал, что разрешить им заниматься своими делами легально и даже в столице. Став президентом, он поставил перед белым домом и памятником Линкольну ограду, которая должна была не пускать к нему коров, овец, муфлонов и лошадей Пржевальского, которые плутовски шевелили ушами. Конечно, ограда ему не совсем нравилась, но поскольку он дал слово, то должен был его выполнить.