Горький шоколад (СИ) - Ринка Кейт - Страница 31

  - Не угостишь сигареткой? - спросил он.

  Но Ева проигнорировала вопрос и задала свой:

  - Почему ты не сказал мне, что твоя Вера тоже будет сегодня здесь?

  - Извини, упустил этот момент. Как-то, знаешь ли, не до этого было, - съязвил он.

  Ева фыркнула, обхватила сигарету губами и сделала затяжку. Его вопрос она будто и не слышала. Потому, Алан просто подался вперед, решив отобрать у нее сигарету, несмотря на то, что своя пачка лежала в кармане. Догадавшись о его намерениях, она отдернула руку в сторону и грозно прошипела:

  - Не трогай.

  Алан вскинул бровь, удивляясь такой наглой смелости.

  - Сейчас отберу всю пачку, - предупредил он по-хорошему.

  Ева улыбнулась, только улыбка вышла слегка грустной из-за общего настроения девушки, а потом она дерзко ответила:

  - Отбирай. Если сумеешь.

  - Не провоцируй меня, - предупредил он, ощущая, что их разговор идет совсем не в то русло, на какое он рассчитывал.

  Ева хмыкнула, поднося сигарету к губам, и, смотря ему в глаза, снова затянулась... вызывающе, дразняще, сексуально.

  - Дай сюда, - перехватив ее запястье, Алан дернул на себя и просунул вторую руку в свободный карман джинсовой юбки, которая не давала ему покоя всю дорогу на дачу.

  - Нет! - выкрикнула девчонка, пытаясь сопротивляться.

  Извиваясь, она сползла вниз, под Алана, утягивая его за собой. Острые ноготки впились в руку, которая была уже в ее кармане. И тут Алана бросило в жар. Он замер над Евой, врезавшись взглядом в ее взволнованное личико, и замечая, как участилось дыхание девушки. И Ева сорвалась, дернувшись вверх, к нему. На его счастье, поза не позволила ей дотянуться до желаемого, и сладкие губы застыли под ним у самого рта. Вслед за жаром по телу Алана прокатилась дрожь, но он прикрыл глаза на несколько секунд, чтобы удержать самообладание и не преодолеть такое мучительно короткое расстояние между ними.

  Ева разочарованно заныла, но не выдала ни слова.

  - Значит так, - произнес он, открывая глаза, - ты сейчас докуриваешь свою сигарету, берешь себя в руки и возвращаешься вниз. Не нужно расстраивать мать. И я тебя очень прошу, веди себя прилично в присутствии Веры, ссоры не нужны никому из нас. В любом случае, я рядом, и все будет хорошо, ты поняла меня?

  Ева опустилась спиной на пол, и от ее взгляда у Алана защемило в груди, вызывая желание поступить по-другому, хотя бы чуть нежнее. Но он прекрасно понимал, что стоит ему поддаться, и их снова ничего не остановит, ЕГО не остановит. А он не хотел нагнетать и без того непростую ситуацию.

  - Скажи, что для тебя значило это утро? Обычный трах или что-то большее? - спросила она, видимо, тот вопрос, что не решилась задать утром.

  Алан уставился на Еву, не зная, как ответить. Что он должен тут сказать? Скажи, что большее, и это поселит в ее душе надежду.

  "Вот же гадство... Это становится уже едва выносимым..." - выругался он про себя.

  - И какого ответа ты от меня ждешь?

  Ева судорожно выдохнула.

  - Хорошо, я поняла, - кивнула она, закрывая глаза. - Отпусти. И убирайся с моего балкона.

  - Только не вздумай снова реветь, - предупредил он.

  - Даже не собираюсь, - фыркнула она, снова устремляя на него взгляд. - Слишком много чести для тебя.

  - Вот и правильно, - ответил он, отпуская Еву.

  - Сволочь, - тихо произнесли ее губы, вызывая на его лице ухмылку.

  - Согласен. Только не забывай, что ты значишь для этой сволочи.

  - Этого недостаточно.

  - Но это все, что я могу дать.

  Закончив фразу, Алан встал и поспешил уйти с балкона, пока еще мог держаться. Ругань на самого себя начинала входить в привычку. Ему уже тридцать с небольшим, а он все продолжает совершать глупые ошибки. Ошибки... Стоит ли то, что было с Евой, называть ошибкой? - нет, даже близко. Тем не менее - он был неправ.

  Выйдя на улицу, Алан достал сигарету, сетуя на то, что сегодня не пьет, потому что вечером предстояло садиться за руль и ехать в клуб. А его взгляд остановился на запястье, где от острых ноготков остались глубокие отметины в виде полумесяцев, словно яркое напоминание того, как сильно Ева в нем нуждалась. И от понимания этого, от их вида, Алана снова бросило в жар.

  ***

  Ева сидела на диване-качалке, бездумно раскачиваясь взад-вперед. Ее взгляд то и дело притягивало к милой и ненавистной ей парочке, которая сидела за столом. И если бы она умела убивать глазами, то Алан и Вера уже давно были бы мертвы. Ее ощутимо трясло от осознания всей ситуации - вот он Алан, любимый, а рядом с ним его счастливая невеста, которая притворно и гадко всем улыбается. И вот она сама, которая еще утром занималась с ним первым сексом, а теперь просто сидит и смотрит издалека, не имея возможности ни подойти, ни обнять, ни поцеловать. Даже проблемы с полицией отходили для нее на второй план. Но подобная ситуация была не впервые, и Еве сразу вспомнились прошедшие годы, когда она была еще глупой, несовершеннолетней и безответно влюбленной девчонкой. Только сейчас все было по-другому, она была уже другой, более выносливой, на долю сдержанной, и значительно уверенной в себе. И пусть от горечи хотелось истерить и плакать, но злость иссушала все слезы, а усталость вселяла лень.

  "Провались они пропадом" - думала она, образно махая на них рукой, и все равно сидела и смотрела на милую пару. А Алан смотрел в ответ, выкуривая сигарету за сигаретой, явно чем-то недовольный, но при этом старающийся этого не показывать. Но Ева слишком хорошо его знала, чтобы не улавливать его настроение в напряженной позе, чуть резких движениях и порой хмуром взгляде.

  - Хватит жевать трубочки, - произнес рядом Фирс, отбирая у нее пустой бокал и всовывая в руку другой, наполненный новым коктейлем, по виду похожий на "Пино-Коладу".

  - Спасибо, - ответила она, засовывая в рот трубочку свежего напитка.

  Фирс сегодня тоже был приглашен, только в роли личного бармена, и именно он привез Веру. Кроме них приехали две подруги именинницы, причем одна была с мужем, а вторая с сыном, которого звали Кирилл. Это был парень тридцати одного года, вполне приятной внешности, далеко не глупый, но до отвращения учтивый, или даже скорее - правильный. Еве он показался скучным - не пил, не курил, и даже матом не ругался. Хотя, особое внимание она обратила на него только после слов матери, которая откровенно предлагала ей присмотреться к этому "перспективному молодому человеку". В тот момент Еве захотелось застрелиться.

  - Он работает в каком-то банке - забыла название - начальником целого управления, - шепотом расписывала его мать, когда Еву угораздило согласиться помочь ей на кухне. - Очень хороший и добрый парень...

  - Ма-а-ама, - вымученно протянула Ева.

  "Можно подумать, мне вот сейчас в жизни не хватает такого зануды, как этот Кирилл" - бурчала она себе под нос.

  - Что "мама"? Ты долго в девках ходить будешь, я, между прочим, внуков хочу.

  В этот момент на кухню зашел Алан, попав матери на глаза.

  - Алан, иди-ка сюда, - сказала неугомонная женщина, притягивая того к себе за руку. - Вот скажи мне, что ты думаешь о Кирилле?

  Алан перевел подозрительный взгляд на Еву, потом обратно на мать:

  - Что конкретно интересует?

  - Ну вот, как человек, как он тебе?

  - Да нормальный, толковый парень.

  - А сгодился бы он в мужья для нашей Евы, как думаешь?

  - Мам! - возмутилась Ева.

  - А ну тихо, - шикнула на нее та. - Я не с тобой говорю.

  Алан снова перевел взгляд на Еву, и в этот раз взгляд затянулся.

  - Не уверен.

  - Почему? - спросила уже из любопытства Ева.

  - Он не в твоем вкусе.

  - Боже ж мой, - всплеснула руками Галина Сергеевна. - Какая нынче избирательная молодежь пошла. Ева, ну ты же его совсем не знаешь. Сходила бы с ним на свидание, может он тебе понравится. Такой мальчик хороший, холостой, обеспеченный, из благополучной семьи. И ты ему нравишься. Ева?