Спроси себя - Мур Агата - Страница 28

— Ты прав. Здесь не место для разговора по душам.

Она развернулась и бросилась к двери, но он схватил ее за руку и притянул к себе.

— Ну, уж нет, — услышала она его вкрадчивый голос. — На этот раз ты не уйдешь.

В глазах Сюзан заблестели слезы.

— Чего ты хочешь? — Ее голос задрожал. Этьен почувствовал, что не в силах дольше мучить ее.

— Ты винишь меня за то, что я воспользовался завещанием Майка? — мягко спросил он. — За то, что я не упустил возможности поправить то, что захотела разрушить Лиза? — На мгновение он замолчал, а потом добавил: — Потому что ты понимаешь, что те чувства, которые мы испытываем друг к другу, не удастся просто так забыть. — Он отпустил ее руку. — Мне хотелось, чтобы ты поняла, почувствовала, что ты для меня единственная. Чтобы каждый раз, когда мы вместе, ты знала, что происходящее между нами не просто физическое влечение, не просто секс. Это настоящая любовь, которую ничто не сможет победить.

Ведь она это знала и чувствовала, чувствовала всем сердцем! В ее подсознании давно сидела эта мысль, только она не хотела себе признаться, что любит Этьена и не может жить без него. А любовь — это доверие. Нужно было прислушаться к своему шестому чувству, а не сидеть развесив уши и внимать Лизе Шеридан.

— Лишь однажды, — продолжал Этьен, — все было иначе. В ту ночь, когда я притащил тебя из отеля.

Он ударил кулаком по ладони. От резкого звука Сюзан вздрогнула: ее нервы были на пределе.

— Меня вывела из себя очередная судебная проволочка. Я вернулся домой и обнаружил, что ты исчезла… Ведь я был так близок к тому, чтобы покончить с Лизой раз и навсегда. А когда ты посмеялась надо мной, я вышел из себя. — Этьен махнул рукой. — Потерял самообладание… и разочаровал тебя.

— Нет, почему же. Мне было интересно видеть тебя в гневе. Ведь ты всегда держишь себя в руках. Та страсть, которую ты проявил тогда, была из ряда вон выходящей. Сногсшибательной. — Сюзан решила наплевать на свою гордость и добавила: — Я так тебя любила. — Все, что она может сказать. Ведь это лишь слова. Но они искренни, они идут из глубины души!

Его взгляд смягчился. Он провел костяшками пальцев по ее щеке.

— А сейчас?

— Ничто не изменилось, — просто сказала она.

— Спасибо. — Этьен знал, чего ей стоило признаться в этом. Он прижал палец к ее губам, почувствовал, что она вот-вот расплачется, и улыбнулся. — Тебе и правда тяжело?

— Да.

Теперь Сюзан была с ним полностью откровенна. Сколько времени ей понадобилось, чтобы понять, что он желает ей только добра.

Он гладил ее щеки, затем его рука опустилась ниже, коснулась ямочки на шее, потом он прижал ее к себе и поцеловал. Она затрепетала в его объятиях, затрепетала от радости, от сбывшихся надежд, от ощущения чего-то прекрасного, чего она и сама не в силах была объяснить.

Раздалось дребезжание. Интерком! Это, должно быть, секретарша.

— Да. — Этьен говорил резким голосом. Секретарша, вероятно, недоумевала: что произошло с ее покладистым боссом?

Сюзан отстранилась от него, но он тут же обхватил ее за талию и прижал к себе.

Ну и вид у него! Волосы растрепаны, галстук съехал набок, рубашка расстегнулась. Да и у нее, скорее всего, не лучше. Всегда безупречно одетая Сюзан! Посмотрели бы на нее сейчас в офисе!

— Так перенесите на завтрашний вечер!

У секретарши, похоже, глаза полезли на лоб. Сюзан услышала доносившееся из трубки верещание. Босс переносит встречу с потенциальным деловым партнером из-за каких-то семейных дрязг! Ну и дела!

— Плевать мне, под каким предлогом!

Из трубки снова послышался взволнованный голос секретарши.

— Я же ясно сказал: перенесите. В конце концов, для них эта сделка важнее, чем для нас, — раздраженно бросил Этьен и положил трубку.

Сюзан попыталась успокоиться. Да что там!

— Мне нужно идти, — пролепетала она.

— Нам нужно идти, — поправил он ее. Он провел пальцами по ее груди и неохотно принялся застегивать пуговицы блузки. Затем быстро застегнул свою рубашку, заправил ее в брюки, поправил галстук и криво улыбнулся. — Идти туда, где нам никто не помешает.

— Но у тебя важная встреча.

— Я ее только что отменил.

В ее глазах вспыхнули веселые искорки.

— Я слышала.

Он поцеловал ее, отпустил, и они под руку вышли из кабинета.

Сюзан была готова поклясться: от изумления Патти Дженнифер медленно сползла с сиденья.

— До свидания, мисс Дженнифер, — попрощался с ней Этьен.

— Всего доброго, — сказала Сюзан.

— До свидания! — выдавила Патти, старательно делая вид, что не заметила ничего особенного.

Выйдя в коридор и плотно закрыв за собой дверь, Этьен и Сюзан в один голос расхохотались.

Они решили поехать на его машине. Она и просторнее, и выглядит более солидно. Сюзан сидела рядом с ним. Этьен лавировал, пробираясь сквозь заторы и пробки, а она смотрела на него. Вдыхала его особый запах — запах дорогого одеколона и еще чего-то непередаваемого, присущего ему одному.

Он обладал какой-то непостижимой сексуальностью, против которой она не могла устоять. Рядом с ним она чувствовала себя просто женщиной, которая жить не может без этого мужчины и целиком и полностью принадлежит ему одному.

— В гостиницу? — спросила она.

— Ты же не хочешь развращать слуг!

Сюзан улыбнулась в ответ.

— Ты прав, наверное не стоит.

Вот и роскошный отель. Пока Этьен передавал машину в распоряжение служащего, Сюзан уже выскользнула наружу, подождала его, и они вместе вошли в вестибюль.

Ее мысли были заняты совсем другим, но все же она не могла не отметить великолепия окружающей обстановки. Огромная хрустальная люстра, свешивающаяся с потолка, бархатные портьеры, стол для регистрации из красного дерева. Роскошная атмосфера, переносящая вас в начало двадцатого века. Такие отели теперь стали редкостью, в них селятся лишь самые богатые люди.

Зарегистрировавшись, они с Этьеном вошли в лифт. Сюзан приходилось сдерживать себя: ей ужасно хотелось прикоснуться к нему, приласкать его, столько сказать. Впрочем, это подождет. А то, чего они так хотят друг от друга, ждать не может.

Этьен распахнул перед нею дверь номера, вывесил табличку «Не беспокоить», вошел, запер дверь изнутри и обнял ее.

Один слой одежды следовал за другим, пока наконец они не предстали друг перед другом полностью обнаженными. Он понес ее в ванную, наполнил джакузи и опустил в искрящуюся пенную воду. А сам пошел к бару за шампанским.

Бокалы на высокой ножке необычно, таинственно переливались, то и дело бросая яркие снопы света. Почему-то это напомнило Сюзанн о Рождестве. Может, потому, что сейчас у нее так же радостно было на душе.

Этьен погрузился в джакузи рядом с ней.

— За тебя.

Бокалы соприкоснулись. Раздался мелодичный звон.

— За тебя, — улыбнулась Сюзан.

— За нас.

Бокалы снова звякнули.

Сюзан сделала маленький глоток. Вино приятно защекотало язык, нёбо. Она наслаждалась напитком, как настоящий знаток, вдыхала «букет», глядела, как искрится вино в бокале.

Впрочем, накатившие на нее чувства были совсем иного рода. Она чувствовала такую любовь, которую нельзя победить и которой можно только подчиниться. Ни один человек никогда не займет в ее сердце место Этьена.

Она знала, чувствовала это всей душой.

Этьен провел пальцем по ее щеке. Она опустила глаза. Их губы слились.

— Спасибо, — прошептала Сюзан. Он слегка изогнул бровь.

— За что, хотелось бы знать?

— За то, что ты есть.

За то, что он рядом, за то, что любит ее и за то, что она не может жить без него.

Какая боль — даже на мгновение представить, что он бросит ее!

— Я люблю тебя, — сказал Этьен. — Ты моя. Я никого так не любил, как тебя.

Как она могла сомневаться в нем! Какая же она дура! Позволила обвести себя вокруг пальца. А какая же негодяйка Лиза! С каким трепетом она сообщила ей, что беременна от Этьена! Как подсовывала все новые доказательства, что Этьен отец ее ребенка! Сюзан поежилась. Страшно подумать: ведь Лиза почти выиграла!