Шалун в ее постели - Джеффрис Сабрина - Страница 31

И вдруг все остальное, кроме этой женщины, — и разговоры с Джорджем, и пивоварня его отца, и всё, что было связано с этой пивоварней, — все перестало его интересовать; сейчас для него существовала только Аннабел, смотревшая на него так, словно призывала к безумству.

Не в силах удержаться, Джаррет провел пальцем по ее губам, и губы тотчас приоткрылись, словно для поцелуя. Джаррет же чувствовал, что с каждым мгновением все сильнее возбуждается; соблазн был слишком велик, и он не мог ему противиться. Когда же Аннабел обвила руками его шею, Джаррет возликовал. Мужчины внизу по-прежнему переговаривались, но он уже их не слышал; впившись поцелуем в губы Аннабел, он мысленно восклицал: «О Господи, какая же ты соблазнительная, какая сладостная!» Но, как ни странно, в ее поведении совершенно не было девичьей робости, и он, Джаррет, ничего подобного не ожидал от девственницы. Да, было совершенно очевидно, что она не пыталась скрывать свое желание, и это еще сильнее его распаляло.

Прервав наконец поцелуй, Джаррет на мгновение прижался губами к ее шее, затем, приподняв голову, заглянул ей в глаза. После чего потянул за концы шнуровки на ее влажном платье, спустив его вниз вместе с корсетом, под которым оказалась сорочка.

И Аннабел нисколько не противилась — даже тогда, когда он сквозь тонкую ткань сорочки принялся целовать ее груди. Когда же он коснулся языком ее соска, она тихонько вскрикнула. Однако руки ее еще крепче обхватили его шею. Да, она хотела большего. И он, конечно же, хотел того же.

Чуть отстранившись, Джаррет потянул тесемки на ее сорочке. И тотчас же спустил сорочку вниз, обнажая груди. «Как же ты прекрасна!» — воскликнул он мысленно.

Как он и предполагал, у нее были очень красивые полные груди с большими темно-розоватыми сосками, и груди эти, казалось, молили о том, чтобы их целовали, ласкали, поглаживали…

Наклонив голову, Джаррет лизнул сначала один сосок, потом другой, погладил их пальцами. Аннабел тут же застонала, и Джаррет тотчас почувствовал, что теперь уже до предела возбудился — ничего более эротичного, чем этот стон, он никогда не слышал.

— О, Аннабел… — Прохрипел он, содрогаясь от желания.

Тут голоса внизу внезапно умолкли, и Джаррет в испуге подумал, что их услышали. Но в следующую секунду послышался скрип двери мужчины вышли из сарая.

Аннабел же вдруг оттолкнула его и пробормотала:

— Может, теперь ты меня… отпустишь?.. — Но оправлять на себе одежду не торопилась.

— Ни за что, — заявил Джаррет.

Ее глаза расширились.

— Почему?

Он тихо рассмеялся.

— А ты сама как думаешь?

Он тут же снова опустил голову и прижался губами к одному из сосков, Аннабел со стоном содрогнулась и прошептала:

— Но мы не должные. Джаррет, мы не должны…

— Почему же, дорогая? — Он приподнял подол ее платья, — Разреши мне поласкать тебя.

Она снова застонала.

— Да, Джаррет… Хорошо…

Разумеется, Аннабел понимала, что поощрять этого мужчину чрезвычайно опасно, ведь она вполне могла оказаться в той же, ситуации, в какой оказалась тринадцать дет назад — с той лишь разницей, что Джаррет, сделав ей ребенка, еще и разобьет ее сердце. Переспав с ней, он на другой же день ее забудет, а вот она… О, она не сможет после близости с мужчиной тут же выбросить его из головы.

Но с другой стороны… Ах, к ней так давно не прикасались! А Джаррет — он распалил ее до крайности! К тому же он наговорил ей столько приятных слов… Руперт никогда ей ничего подобного не говорил. А она оказывается, очень нуждалась в таких словах.

В конце концов, никто ведь не знал, что они находились здесь вдвоем. И никто не знал, чем они здесь занимались. Так почему бы не дать себе волю?

— Обещаю, что не испорчу тебя, — прошептал Джаррет.

«Не испортит? — удивилась Аннабел. — О чем он? Ах да, ведь он думает, что я девственница…»

Но рядом с этим мужчиной она и впрямь ощущала себя девственницей. По крайней мере женщиной, почти забывшей, что такое интимная связь.

— Да, хорошо, — пролепетала Аннабел.

— Я просто хочу, чтобы ты получила удовольствие, — сказал он, скользнув рукой ей в панталончики.

Ее глаза широко распахнулись.

— Что?..

— Знаешь, дорогая, вот уже три ночи я лежу в постели и представляю, какая ты будешь, если я тобой овладею. И теперь я хочу увидеть, совпадает ли это с моими представлениями. Нет-нет, я знаю что не могу тобой овладеть, — добавил он поспешно. — Но зато я могу доставить тебе удовольствие.

Он коснулся ее самого интимного места, и Аннабел тут же застонала. Джаррет же улыбнулся и проговорил:

— Милая, тебе уже приятно, верно? Но я хочу, чтобы ты получила настоящее удовольствие.

«Неужели он назвал меня «милая»? — думала Аннабел. — Или я ослышалась?»

— Надеюсь все будет… в порядке. — пробормотала она.

— В порядке? — переспросил он со смехом. — Обещаю, моя дорогая фея, все будет гораздо лучше, чем в порядке.

Он еще выше задрал подол ее платья, и тут же спустив панталончики, уткнулся лицом меж ее ног.

— Что ты делаешь? — прошептала Аннабел в изумлении.

— Хочу попробовать тебя на вкус.

— Но как же… — В следующее мгновение она почувствовала, как губы Джаррета коснулись се дона. — О Боже!.. — воскликнула она и тут же громко застонала. Ну кто бы мог предположить, что мужчина… способен на такое? Ведь это просто возмутительно! И необычайно приятно.

Джаррет же еще шире раздвинув ее ноги, продолжал свои удивительные ласки, и Аннабел, не удержавшись, вскрикнула. Столь острых и сладостных ощущений с Рупертом она никогда не испытывала. Впрочем, ничего удивительного… Ведь Руперт был неопытным провинциальным юношей, а Джаррет… Уж он-то прекрасно знал, как воспламенять женщин. И наверное, не было ничего плохого в том, что она ему это позволила. Когда еще представится ей шанс стать такой… свободной и неистовой? Когда еще представится шанс почувствовать столь жгучее желание?

И желание ее с каждым мгновением усиливалось — столь острого желания она никогда не испытывала, и даже не догадывалась что такое возможно. Едва сознавая, что делает, Аннабел приподняла бедра навстречу его ласкам и в очередной раз застонала. А Джаррет, чуть приподняв голову, с усмешкой спросил:

— Тебе нравится?

Она молча кивнула.

— А так? — Он лизнул наиболее чувствительное место, и ей показалось, что она вот-вот лишится рассудка от этой сладостной пытки. — Так как же? Так тоже нравится?

— Ты ведь знаешь… что нравится, — пролепетала Аннабел, задыхаясь.

Тут Джаррет вновь принялся ее ласкать, и она, содрогаясь всем телом, вновь застонала. Правда, теперь стоны вырывались из ее горла один за другим.

«О Господи, Господи!..» — мысленно восклицала Аннабел. Ох, что же он с ней делал?! Ее воспоминания о близости с Рупертом не шли ни в какое сравнение с тем, что она испытывала сейчас. Тогда было лишь удовольствие и чувство нежности, а сейчас… О Боже, ей казалось, что она вот-вот умрет от наслаждения.

— О, Джаррет!.. — простонала она, запуская пальцы в его влажные о т дождя волосы. — Джаррет, прошу…

— Сейчас, дорогая, сейчас — пробормотал он в ответ. — Сейчас ты получишь то что хочешь.

В следующее мгновение Аннабел пронзительно вскрикнула и вновь содрогнулась. И в этот момент ей почудилось, что она воспарила куда-то высоко-высоко… О Господи всемилостивый, какое волшебство, какое чудо!.. Ничего подобного она прежде не испытывала и даже представить не могла, что такое возможно.

Какое то время Аннабел лежала тяжело дыша и ни о чем не думала в эти мгновения она даже не вполне понимала, где находится — лишь чувствовала, что только что пережила нечто необыкновенное, чудесное, сладостное…

Когда же наконец к ней вернулась способность мыслить, она, собравшись с духом, приподнялась и взглянула на Джаррета. Оказалось, что он смотрел на нее с улыбкой, а на щеках его играли очаровательные ямочки.

— Ты такая прелестная в моменты наслаждения, — проговорил он и, поцеловав ее в шею добавил: — необычайно страстная.