Дилемма любви - Дэнтон Кейт - Страница 20

— Тогда мне пора. Спасибо за угощение. Все было очень вкусно. — Она направилась через холл к входной двери, Гордон — за ней.

— Позвольте, я поухаживаю за вами, — сказал он, снимая с вешалки ее жакет. Когда она продела руки в рукава, Гордон повернул ее лицом к себе. Не говоря ни слова, он наклонился и поцеловал ее. Этот поцелуй не обжигал огнем страсти и не подавлял своей властностью. Этим поцелуем Гордон как бы примеривался, присматривался к ней. Подняв голову, он заглянул ей в глаза. — Хо-ро-шо! — растягивая слово, с удовольствием проговорил он.

— Да, — едва слышно ответила она, внезапно пожалев, что должна с ним расстаться.

— Он пригласил тебя к себе, и ты согласилась приехать? — Темные глаза Торики округлились от удивления. — Девочка моя, с тобой все в порядке? — Торика закрыла дверь и села рядом с Мэкки.

— Я не собираюсь с ним встречаться. Вчерашняя встреча — простая случайность! — Хотя Мэкки была довольна, как прошли выходные, теперь ее одолевали сомнения.

— Ты встречаешься с Гэллоуэем?! Уму непостижимо! — воскликнула подруга.

— Я же говорила тебе, что он очень видный, привлекательный мужчина. Ты же сама подзуживала меня!

— Мечтать — это одно, а встречаться с мужчиной — совсем другое! Представляю, что тебя ждет! — с тревогой проговорила Торика.

— Что ты! Все совсем не так, как ты думаешь, — возразила Мэкки, махнув рукой.

— В самом деле? Тогда что это было? Ты провела выходные с парнем. По-моему, у вас завязались какие-никакие, но отношения. Причем отношения обещают быть довольно драматическими. Не забывай, что у него ребенок!

Мэкки вздохнула. Чего она ожидала? Что подруга поддержит ее?

— Послушай, Торика, я же не собираюсь за него замуж… — Мэкки задумчиво посмотрела куда-то вдаль, — несмотря на то, что он замечательный человек и любая женщина мечтает именно о таком муже.

— Ха! Еще бы! Столько «зеленых» в его бумажнике! — задорно сказала Торика.

— Ну и что? Большинство женщин ценят мужчин именно за деньги.

— А большинство мужчин ценят в жизни только деньги. У меня есть несколько знакомых парней, которые пошли бы на все, лишь бы заполучить пятьдесят миллионов, — сказала Торика запальчиво.

— Конечно, есть и такие. Но Гордон не только очень привлекательный, но очень умный и порядочный. И я все больше убеждаюсь, что он замечательный человек. Если в нем и была злоба и ожесточенность, то в этом виновата одна Бет.

— Мэкки Смит, ты сошла с ума, — торжественно объявила Торика.

— Говорю тебе, это простая случайность. Я зашла в «Мир книги», чтобы купить себе что-нибудь почитать на выходные, он — чтобы купить Эшли детские книжки. Он увидел меня и подошел. Потом он пошел по своим делам, я — по своим. Вот и все.

Торика покачала головой.

— Мэкки, с одной стороны, я рада, что ты наконец познакомилась с парнем, который тебе нравится. С другой стороны, я за тебя беспокоюсь, так как это вызовет пересуды в нашей конторе.

— Знаю. Я уже думала об этом. Я всегда тщательно оберегала свой авторитет адвоката, а эта история может подорвать его.

— Не расстраивайся! Поговорят, поговорят и перекинутся на кого-нибудь другого. Если тебе действительно нравится Гордон, то ты не должна обращать внимания на сплетни. Уверена, ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь. Но мне кажется, вы не подходите друг другу. Скажи, ты будешь и дальше встречаться с ним?

Мэкки неопределенно пожала плечами. Будь это любой другой мужчина, она бы ответила «нет», но в отношении Гордона затруднялась с ответом. Ею овладели смятение и растерянность. Торика только укрепила в Мэкки чувство, что она не должна влюбляться в Гордона… Во всяком случае, не раздувать тот огонек, который уже загорелся.

Осознав, что ее безумное увлечение Гордоном надо как-то остановить, Мэкки решила порвать с ним… но не резко, а постепенно. Когда он позвонил в среду утром, предложив пообедать вдвоем, это не застало ее врасплох. Она заранее знала, что должна отказаться.

— Боюсь, сегодня мне придется ограничиться пакетом йогурта. Я должна за два часа написать краткое изложение одного судебного дела.

— Ладно, работайте, — сказал Гордон.

— Да, так будет лучше. Работа сама собой не делается. Пока.

Гордон позвонил снова во второй половине дня.

— Ну как, закончили? — спросил он.

— Закончила и передала в суд, — отчиталась Мэкки.

— Вот и прекрасно. Может, по пути домой вы заедете ко мне? Мы могли бы отметить окончание рабочего дня… Я бы что-нибудь приготовил на скорую руку. Эшли к восьми уже заснет, так что у нас останется время и на телевизор, и на приятные пустячки.

— Приятные пустячки? Вы и на это мастер? — насмешливо спросила Мэкки.

— О, у меня много скрытых талантов! Я готов их вам продемонстрировать, — рассыпался в любезностях Гордон.

Решимость Мэкки прекратить любые отношения с Гордоном стала ослабевать. «Сейчас или никогда, — сказала она себе. — Еще минута, и я соглашусь».

— Пока я писала краткое изложение судебного дела, у меня скопилось несколько неотложных бумаг, — нашла отговорку Мэкки. — Даже не знаю, когда с ними управлюсь. Давайте встретимся дня через два.

— Понятно, — сказал Гордон. Чувствовалось, что он расстроен. — Хорошо. Я вам позвоню.

Положив трубку, Мэкки устало откинулась на спинку стула, уставившись в пустой экран компьютера. Она была в отчаянии. Почему так трудно совершать благоразумные поступки? Потому что Гордон Гэллоуэй сумел завладеть ее воображением, потому что она привязалась к нему всей душой.

Зазвонил телефон. Это был Гаррис. Он пригласил ее завтра поужинать с ним. Мэкки восприняла это как знак судьбы, говорящий, что она на правильном пути. Гаррис уезжал на симпозиум кардиологов, и они не виделись с посещения галереи.

— Я так соскучился по тебе, Мэкки.

— Я тоже, — машинально произнесла она. «Ох, Мэкки, будь честной хотя бы сама с собой! Ведь ты ни разу не вспомнила о Гаррисе Нельсоне!» — Мне не очень хочется куда-нибудь идти, — продолжила она. — Давай поужинаем у меня дома!

— Да, только ты особенно не убивайся с готовкой, — предупредил ее Гаррис. Он слишком хорошо ее знал.

— Я постараюсь, — ответила Мэкки.

— В таком случае скажи, во сколько мне прийти и какое вино ты предпочитаешь — белое или красное?

Когда «Божоле» было выпито, Мэкки с грустью признала, что напрасно провела вечер в компании Гарриса. Ужин был очень вкусный — и больше ничего. Для нее Гаррис был остроумным, приятным человеком, душой компании, умеющим развеселить. И все.

Желая развлечь гостя, Мэкки рассказала Гаррису случай из своей практики — дело Гордона Гэллоуэя и Эшли, — разумеется не упоминая имен действующих лиц и не вдаваясь в подробности.

— Очень трогательная история, — сказал Гаррис. — Отец этого ребенка взял на себя огромную ответственность. — Гаррис поднял бокал вина и чокнулся с Мэкки. — Выпьем за то, чтобы такое не случилось с нами!

Гаррис знает, что говорит. Они уже давно стали взрослыми, и время, когда они совершали необдуманные поступки, давно прошло. Теперь их удел — тихие ужины с дорогим вином под приглушенную музыку Гершвина вместо кока-колы и хот-догов. Еще взрослым свойственно делать пустые заявления.

— Я никогда не зарекалась иметь детей, — будто защищаясь, проговорила Мэкки, ставя свой бокал на кофейный столик.

— Уж не ослышался ли я? — воскликнул Гаррис, обнимая ее за плечи. — Новые времена — новые песни? — Он откинулся назад, внимательно смотря на нее. — Уж не хочешь ли ты сказать, что старые, давно остановившиеся часы вдруг пошли?

— Мне не нравится, когда так говорят, — сказала она, нахмурившись. Ей надоело это слушать — сначала от Гордона, теперь от Гарриса.

— О, кажется, я затронул больную тему. А я-то был уверен, что Мэкки Смит целиком посвятила себя карьере преуспевающего адвоката!

— Одно другому не мешает. Я не утверждала, что не хочу иметь детей.