Грядущая буря - Джордан Роберт - Страница 173

Была ли она в свое время предупреждена о планах Элайды сместить Суан? Галина и Алвиарин были Черными, и они были двумя из главных зачинщиц, так что остальные Черные, вероятно, были предупреждены. Были ли бегство половины Башни, сбор в Салидаре и последующие ожидания и обсуждения частью плана Темного? А собственно возвышение Эгвейн? За сколько ниточек, привязанных к ней, дергала Тень, а она и не знала?

«Эти рассуждения ведут в никуда, – твердо сказала она себе. – Не стоит идти по этому пути». Даже без книг Верин, Эгвейн предполагала, что раскол Башни – дело рук Темного. Конечно, в его интересах было разбить Айз Седай на две группировки, а не видеть их объединенными, ведомыми одним лидером. Просто сейчас это было более… личным. Эгвейн чувствовала себя испачканной, одураченной. На мгновение, она почувствовала себя той деревенской девочкой, которой многие её и считали. Если Элайда была пешкой в руках Черных, то и сама Эгвейн была такой же. Свет! Как, должно быть, смеялся Темный, видя двух соперничающих Амерлин – и у каждой преданные ему слуги – стравливая их между собой.

«Я не могу быть в точности уверена, чего он хочет и почему он хочет именно этого,– сказала Верин. – Даже после стольких лет изучения. Я не могу быть уверена».Кто знает, может ли Темный смеяться? Она вздрогнула. Каким бы ни был его план, она будет бороться. Сопротивляться. Плюнет ему в глаза, даже если он победит, как говорят Айил.

– О, что за видок, – сказал голос Суан.

Эгвейн обернулась, с досадой обнаружив, что платье Амерлин сменилось на полный боевой доспех. В руке она держала пару айильских копий.

Сосредоточившись, она избавилась от доспехов и копий и вернула себе платье.

– Суан, – коротко сказала она, – тебе может понадобиться создать себе стул. Кое-что произошло.

– Что? – нахмурилась Суан.

– Во-первых, Шириам и Морайя – Черные.

– Что? – изумилась Суан. – Что за чушь? – она застыла. – Мать, – добавила она с запозданием.

– Это не чушь, – сказала Эгвейн. – Боюсь, что это истинная правда. Есть и другие, но их имена я назову тебе позже. Мы пока не можем взять их под стражу. Мне нужно время, чтобы подумать и все спланировать – возможно, до вечера. Мы ударим уже скоро. Но прежде я хочу, чтобы за Шириам и Морайей наблюдали. Не оставайся с ними наедине.

Суан недоверчиво покачала головой.

– Насколько ты уверена в этом, Эгвейн?

– Вполне уверена, – сказала Эгвейн. – Присмотри за ними, Суан, и подумай, что можно сделать. Я хочу услышать твои предложения. Нам нужен способ взять их тихо, а затем доказать Совету, законность своих поступков.

– Это может быть опасно, – Суан потерла подбородок.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Мать, – она выделила последнее слово.

– Если я ошибаюсь, – сказала Эгвейн, – то ответственность ляжет на меня. Но я так не думаю. Как я уже сказала, многое изменилось.

Суан склонила голову.

– Ты все еще в заключении?

– Не совсем. Элайда… – Эгвейн запнулась, нахмурившись. Что-то пошло не так.

– Эгвейн? – забеспокоилась Суан.

– Я… – начала было Эгвейн, но вздрогнула. Что-то затягивало ее разум, затуманивая его. Что-то…

Тянуло ее назад. Тел’аран’риод,моргнув, пропал, и Эгвейн открыла глаза в своей комнате, где испуганная Николь трясла ее за плечо.

– Мать, – повторяла она, – Мать!

На щеке девушки алел кровоточащий порез. Эгвейн резко села, и буквально в этот момент сама Башнясодрогнулась, словно от взрыва. Николь схватила ее за руку, визжа от страха.

– Что происходит? – потребовала ответа Эгвейн.

– Отродья Тени! – разрыдалась Николь. – В воздухе, змеи, изрыгающие пламя и плетения Единой Силы! Они убивают нас! О, Мать. Это Тармон Гай’дон!

Эгвейн охватил приступ первобытной, почти неконтролируемой паники. Тармон Гай’дон! Последняя Битва!

Она услышала крики вдалеке, а затем возгласы солдат или Стражей. Нет… Нет, она должна сосредоточиться! Змеи в воздухе. Змеи, направляющие Единую Силу… или находящиеся на них всадники, направляющие Единую Силу. Эгвейн отбросила одеяло и вскочила на ноги.

Это не Тармон Гай’дон, но лишь немногим лучше. Шончан все-таки напали на Белую Башню, как Эгвейн и Предсказывала.

А она даже свечу зажечь не в состоянии, не говоря уже о том, чтобы сражаться.

Глава 40

Башня сотрясается

Суан вздрогнула и проснулась. Что-то пошло не так. Что-то пошло совсемне так, как должно было. Она вскочила со своего соломенного тюфяка и тут же заметила движение темной фигуры на другом краю палатки; металл заскрежетал по металлу. Суан замерла, машинально обняв Источник и создав световой шар.

Встревоженный Гарет Брин стоял, держа наготове обнаженный меч со знаком цапли. Он был в одном белье, и Суан пришлось сделать над собой усилие, чтобы не смотреть на его мускулистое тело – таким мог похвастать далеко не каждый мужчина даже вдвое моложе его.

– Что случилось? – напряженно спросил он.

– Свет! – воскликнула Суан. – Ты что, спишь в обнимку с мечом?

– Всегда.

– Эгвейн в опасности.

– В какой опасности?

– Я не знаю, – призналась она. – Мы разговаривали, и она внезапно исчезла. Я думаю… Я думаю, вдруг Элайда решила казнить ее. Или, по крайней мере, вытащить ее из камеры и… что-то с ней сделать.

Брин не стал выспрашивать подробности. Он просто вложил меч в ножны и принялся надевать штаны и рубашку. Суан все еще была в синей юбке и блузке, теперь помятых – она обычно переодевалась после встреч с Эгвейн, когда Брин уже крепко спал.

Она испытывала необъяснимое беспокойство. Почему же ей так тревожно? Любого человека может что-то разбудить, когда он видит сон.

Но Эгвейн не такая, как остальные. Она виртуоз Мира Снов. Если бы ее что-то неожиданно разбудило, она бы разобралась с этим, а потом вернулась, чтобы успокоить Суан. Но она не вернулась, несмотря на то, что Суан прождала, казалось, целую вечность.

Брин подошел к ней. На нем теперь были плотные серые штаны и форменная куртка с наглухо застегнутым высоким воротником, тремя звездами слева на груди и золотыми эполетами на плечах.

Снаружи раздался встревоженный возглас: «Генерал Брин! Милорд Генерал!»

Брин глянул на Суан и повернулся ко входу в палатку.

– Войдите!

Молодой солдат с ухоженными черными волосами ворвался в палатку и коротко отсалютовал. Он не извинился за позднее время – люди Брина знали, что могут будить его в случае необходимости.

– Милорд, – сказал он. – Разведчики докладывают. В городе что-то происходит.

– «Что-то», Тидс? – переспросил Брин.

– Разведчики не уверены, милорд, – ответил тот, поморщившись. – Тучи сгустились, ночь очень темная, в подзорную трубу ничего не видно. Около Башни заметили вспышки света, как на представлении Иллюминаторов. И черные силуэты в воздухе.

– Отродья Тени? – спросил Брин, выходя из палатки. Солдат и Суан, сопровождаемая светящимся шаром, последовали за ним. Месяц едва народился, и из-за этой вечной облачности было сложно что-либо разглядеть. Палатки офицеров казались дремлющими сгустками темноты на темном же фоне, и единственный различимый свет исходил от сторожевых костров караульных у ворот частокола.

– Это могут быть Отродья Тени, милорд, – сказал солдат, поспешив за Брином. – Рассказывают о созданиях Тени, которые летают так же, как эти. Разведчики не могут точно описать, что они видели. Но вспышки света они видели хорошо.

Брин кивнул, направляясь к кострам.

– Поднимай ночной караул. Я хочу, чтобы они вооружились и были наготове, на всякий случай. Пошли гонцов к городским укреплениям. И добудь мне более точные сведения!

– Да, милорд, – солдат отсалютовал и убежал.

Брин глянул на Суан – его лицо осветил шар света над ее ладонью.

– Отродья Тени не посмели бы напасть на Белую Башню, – сказал он. – Разве только с мощной наземной поддержкой, а я искренне сомневаюсь, что на ближайших голых равнинах прячется сотня тысяч троллоков. Так что же, испепели меня Свет, происходит?