Грядущая буря - Джордан Роберт - Страница 118

– Вперед, – сказал Мэт, поворачивая Типуна. – Нужно разыскать Тома и женщин.

Они поскакали дальше по боковой улице, которая должна была пересекать основной тракт, миновав группы мужчин и женщин, дерущихся в канавах. Какой-то толстяк с окровавленными щеками заслонил им дорогу, и Мэту пришлось сбить его лошадью. Вокруг было слишком много дерущихся по обеим сторонам дороги, чтобы рисковать своими людьми и пытаться объехать безмозглого беднягу. Мэт заметил даже детей, кусающих за ноги старших, душащих своих ровесников.

– Весь треклятый город сошел с ума, – мрачно пробормотал Мэт, когда их небольшой отряд вылетел на главную улицу и свернул к дорогому постоялому двору. Они заберут Айз Седай, а затем махнут на восток искать Тома. Выбранный им кабак был самым дальним.

К сожалению, главная улица оказалась даже хуже той, с которой выбрался Мэт. К этому времени уже окончательно стемнело. На самом деле, ему показалось, что темнота в здешних краях наступает слишком быстро. Неестественно. Вся улица была наполнена сражающимися тенями, визжащими, сцепившимися в яростной борьбе в сгущающемся мраке. В темноте каждая группа дерущихся порой походила на единое существо – ужасающего монстра с дюжиной извивающихся щупалец и сотней кричащих из тьмы глоток.

Мэт погнал Типуна вперед. Ничего не оставалось, только прорываться прямо по центру этого монстра.

– Свет! – завопил Талманес, мчась к постоялому двору. – Свет!

Мэт сжал зубы, склонился к шее Типуна, прижав копье к боку, и помчался навстречу кошмару. Ночную тьму потрясало рычание, по улице катались тела. Мэт содрогнулся от ужаса и выругался себе под нос. Казалось, сама ночь пыталась смять, задушить их и отдать на растерзание своим кровожадным чудовищам из тьмы.

Типун и другие лошади были хорошо вышколены, и четверо животных ринулись напролом прямо посреди улицы. Мэт чудом ухитрился не вылететь из седла, когда темные фигуры хватали его за ноги и пытались стащить вниз. Они кричали и шипели, словно легионы утопленников, пытающихся сбросить его с коня в глубокое, таинственное море.

Рядом с Мэтом конь Деларна внезапно встал, как вкопанный. Прямо перед ним возникли темные фигуры, и мерин от страха взвился на дыбы, сбросив седока.

Мэт натянул поводья, поворачиваясь на вопль парня, единственный членораздельный и человеческий в общем море криков.

– Мэт! – закричал Талманес, пролетая мимо. – Не останавливайся! Нельзя останавливаться!

«Нет», – решил Мэт, справляясь с паникой. – « Нет. Я никого не оставлю в этом кошмаре».

Он вздохнул поглубже, не обращая внимания на Талманеса, пришпорил Типуна и ринулся к темной куче тел, в которую свалился Деларн. Со лба ручьем тек пот, остужаемый на скаку встречным ветром. Казалось, все стоны, крики и шипение обрушились прямо на него.

Мэт заорал и соскочил со спины Типуна. Он не мог дальше ехать верхом из страха затоптать того, кого хотел спасти. Он ненавидел сражаться в темноте – зверски ненавидел. Он атаковал темные фигуры, чьих лиц не было видно, за исключением редкого отблеска зубов или безумных глаз в угасающем свете. Это внезапно напомнило ему другую ночь, во время битвы с созданиями Тени. Только эти фигуры, с которыми приходилось сражаться, не обладали грацией мурдраалов. Они не обладали даже координацией троллоков.

На секунду показалось, что он сражается именно с тенями, порожденными взвившимся пламенем, хаотичными и бешеными, но очень опасными, поскольку он не мог предугадать их удары. Ему едва не размозжили голову серией беспорядочных ударов. Днем подобные удары были бы смешны, но наносимые из темноты группой мужчин и женщин, которым было наплевать, кого, как и за что бить, эти удары были ошеломительными. Мэт чувствовал, что бьется за жизнь, вращая ашандарейпо широкой дуге и совершая им подсечки не реже, чем наносил смертельные удары. Если он замечал в темноте движение, он бил туда. Как, во имя Света, ему разыскать в этой сумятице Деларна!

Неподалеку метнулась какая-то тень, и Мэт внезапно узнал фехтовальный прием. «Крыса Грызет Зерно»? Вряд ли простому крестьянину он известен. Молодчина!

Мэт метнулся навстречу этой тени, рубанул две другие тени поперек груди и услышал стоны и вопли боли. Фигура Деларна повалилась под массой других теней. Мэт взревел, отказываясь принять поражение, и перепрыгнул через свалившиеся тела, широко взмахнув копьем. Там, где оно достигло теней, пролилась кровь – всего лишь еще один кусочек тьмы, и Мэт использовал пятку древка для того, чтобы сбить с ног других. Он нагнулся и поднял одну из теней на ноги, услышав в ответ проклятья. Это был Деларн.

– Пойдем, – сказал Мэт, подтолкнув его к Типуну, который, пофыркивая, смирно стоял в темноте. Атакующие словно не замечали животных, что было только на руку. Мэт потащил спотыкающегося Деларна к лошади, затем обернулся и контратаковал группу, которая, как он знал, наверняка бросится следом. И снова Мэту пришлось потанцевать с тьмой, вновь и вновь нанося удары, пытаясь расчистить путь, чтобы забраться в седло. Он рискнул обернуться и заметил, что Деларн сумел забраться на спину Типуна, но неуклюже осел, сгорбившись. Как тяжело он ранен? Похоже, что он едва может держаться прямо. Кровь и проклятый пепел!

Мэт развернулся к атакующим, вращая копье, пытаясь отогнать их дальше. Но они не боялись ранений и не понимали, насколько Мэт был опасен. Они просто продолжали идти, постепенно окружая! Они наступали со всех сторон. Проклятый пепел! Он развернулся как раз вовремя, чтобы заметить, как темная фигура напала со спины.

Что-то сверкнуло в ночи, отразив какой-то далекий свет.

Темная фигура за спиной Мэта повалилась на землю. Следующая вспышка и другая – впереди – тоже упала. Внезапно мимо пронеслась фигура на белой лошади, и в воздухе сверкнул третий нож, повалив третьего противника.

– Том! – крикнул Мэт, узнав плащ.

– Забирайся на лошадь! – донесся голос Тома. – У меня кончаются ножи!

Мэт взмахнул копьем, свалив еще двоих горожан, а затем бросился вперед и запрыгнул в седло, позволяя Тому прикрывать ему спину. И действительно услышал, как сзади кричат от боли. Мгновение спустя громовой топот на дороге возвестил о приближении группы всадников. Мэт как раз успел взобраться в седло, когда в черную массу, раскидывая горожан, вломились лошади.

– Мэт, ты идиот! – заорали с одной из лошадей голосом Талманеса. Он был едва видимым силуэтом в ночи.

Мэт благодарно ему улыбнулся, развернул Типуна и едва успел подхватить Деларна – тот готов был упасть. Краснорукий был жив, так как слабо шевелился, но на боку расплывалось пятно. Мэт старался удерживать парня перед собой, бросив в темноте поводья и управляя Типуном только коленями. Сам он не знал искусства управления конем в бою, но ему помогли эти треклятые воспоминания, и он обучил Типуна повиноваться.

Том проскакал мимо, и Мэт пристроил Типуна позади, удерживая одной рукой Деларна, а другой – копье. Талманес и Гарнан пристроились по бокам, пробиваясь сквозь коридор безумия к постоялому двору на другом конце улицы.

– Давай, парень, – шептал Мэт Деларну. – Держись. Айз Седай уже рядом. Они тебя подлатают.

Деларн что-то прошептал в ответ.

Мэт наклонился поближе: – Ты о чем?

– … и кости мы метнем, ну а потом скорей, на танец с Джаком-из-Теней… – шептал Деларн.

– Отлично, – пробормотал Мэт. Впереди были видны огни, и он заметил, что они горят со стороны постоялого двора. Возможно, они нашли во всем треклятом городке единственное место, где у людей ум не зашел за разум.

Хотя нет. Эти вспышки света были ему знакомы. Огненные шары, которые сверкали на верхнем этаже гостиницы.

– Что ж, – заметил слева от Мэта Талманес. – Похоже, Айз Седай еще живы. Хоть что-то хорошее.

Перед зданием толпились дерущиеся в темноте фигуры, изредка озаряемые вспышками в окнах верхнего этажа.

– Поворачиваем к задней двери, – предложил Том.

– Идем, – приказал Мэт, проскакивая мимо дерущихся. Талманес, Том и Гарнан не отставали от Типуна. Мэт поблагодарил свое везение, что они не свалились в яму или канаву, пока перебирались по рыхлой земле на задворки постоялого двора. Лошади легко могли оступиться и сломать ногу, из-за чего ужасающие последствия не заставили бы себя ждать.