Башни полуночи - Джордан Роберт - Страница 134

- Способные направлять говорят, что работают на пределе своих сил, - объяснял Гаул, вместе с Перрином осматривавший лагерь. - Но на то, чтобы осмотреть всех, потребуется несколько дней.

Солнце клонилось к горизонту, но, похоже, многим предстояла длинная ночь в заботе о раненых. Пострадавших были тысячи, хотя большинство ран, к счастью, были несерьёзными. Были и потери. Даже слишком много, возможно столько же, как от укусов при нашествии змей.

Перрин хмыкнул. У самого Гаула рука была забинтована и висела на перевязи на груди; он справился со всеми копьями, и только одна стрела чуть его не убила. Каменный Пёс остановил её собственным предплечьем. Когда Перрин спросил, как это случилось, тот лишь засмеялся и ответил, что уже много лет не попадал в себя собственными стрелами. Айильский юмор.

- Есть ли вести от Белоплащников? - спросил Перрин, поворачиваясь к Аравайн, которая шла с другой стороны.

- Да, - ответила она. - Но ничего особенного. Их командующий сказал, что подумает о том, чтобы дать нам время.

- Ну, это же не ему придется принять решение, - сказал Перрин, направляясь к лагерю майенцев, чтобы проверить людей Берелейн. - Я не рискну давать сражение, когда четверть моих людей ранены, а Аша’маны смертельно устали от Исцеления. Суд состоится, когда я скажу, и если Дамодред не согласен, он может напасть прямо сейчас.

Гаул пробормотал что-то в знак согласия. Он, как обычно, был вооружён копьями, однако, как заметил Перрин, сегодня они были связаны гораздо сильнее, чем всегда. Аравайн несла фонарь, хотя необходимости в свете ещё не было. Она тоже предполагала, что им предстоит долгая ночь.

- Дай мне знать, когда Тэм и Илайас вернутся, - сказал Перрин Гаулу.

Перрин послал каждого из них в близлежащие деревни, чтобы убедиться, что люди в них - те, что не прибились к проходящей армии - не пострадали от пузыря зла.

Берелейн успокоилась, рука у неё была перевязана. Она отчиталась лично, в своём шатре, рассказала, сколько её солдат было ранено, и поимённо перечислила потери. В её лагере - только шесть человек.

Покидая её шатёр, Перрин зевнул; он послал Аравайн проверить Айз Седай. Гаул убежал помогать переносить раненых, и Перрин обнаружил, что на пути к лагерю Аллиандре он остался один.

Его молот не пытался убить его. Насколько ему было известно, молот оказался единственным оружием, на которое не подействовал пузырь зла.

Что бы это значило?

Он покачал головой, затем, услышав, как кто-то догоняет его по тропинке, временно оставил эту мысль и задержался. Он учуял запах Тэма и, повернувшись, увидел приближающегося крепкого мужчину.

- Перрин, сынок, - сказал запыхавшийся от бега Тэм. - Только что произошло нечто необычное.

- Пузырь зла поразил и те деревни тоже? - встревожено спросил Перрин. - Люди пострадали?

- Нет-нет, - ответил Тэм. - Я не про это. В деревнях всё в порядке. Они даже ничего странного не заметили. Я о другом.

От Тэма пахло странно. Задумчивостью и обеспокоенностью.

Перрин нахмурился.

- Что? Что случилось?

- Я… в общем, мне нужно уйти, сынок, - сказал Тэм. - Покинуть лагерь. Я не знаю, когда вернусь.

- Это…

- Это никак не связано с Белоплащниками, - сказал Тэм. - Меня просили не рассказывать. Но это связано с Рандом.

Цвета закружились. Ранд шёл по залам Тирской Твердыни. У него было мрачное выражение лица. Опасное.

- Перрин, - сказал Тэм, - думаю, я должен это сделать. Это связано с Айз Седай, и я должен покинуть тебя прямо сейчас. Я не могу рассказать. Они заставили меня поклясться.

Перрин заглянул в глаза Тэма и кивнул:

- Тогда всё в порядке. Помощь нужна? С тобой кто-нибудь пойдёт туда, куда ты собрался?

- Со мной всё буде хорошо, - ответил Тэм. От него пахло смущением. Что же происходит? - Я постараюсь привести помощь, сынок.

Он положил руку Перрину на плечо:

- Ты всё делаешь правильно. Я горжусь тобой, и твой отец тоже гордился бы. Продолжай в том же духе. Если раньше не выйдет, тогда увидимся на Последней Битве.

Перрин кивнул в ответ. Тэм поспешил в сторону своей палатки, видимо, пошёл собираться.

Довольно трудно сохранять величественный вид, когда тебя несут на носилках по городской стене Кэймлина, но Илэйн старалась изо всех сил. Иногда лучше пожертвовать производимым впечатлением, но добиться того, что тебе нужно.

Постельный режим! Для королевы! Ха! Чтобы отвязаться от Мелфани, она дала слово, что не встанет на ноги. Но не обещала, что останется в спальне.

Четыре Гвардейца, высоко подняв носилки, несли их на плечах. Илэйн в тёмно-красном платье удобно устроилась между подлокотниками. Её волосы были аккуратно уложены, поверх них покоилась андорская Корона Роз.

День был душный, стало жарче, но небо по-прежнему было затянуто тёмными облаками. На какое-то мгновение она почувствовала себя виноватой за то, что заставляет бедных людей в форме нести её по такой жаре. Но эти люди за неё готовы броситься в бой, поэтому могут справиться и с тёплой погодой.

В конце концов, Гвардейцам не так часто выпадает честь нести собственную королеву.

Бергитте шагала рядом с носилками, и, судя по чувствам, доходящим от неё по узам, всё происходящее её забавляло. Илэйн опасалась, что женщина будет настроена против этой прогулки, но вместо этого та лишь посмеялась. Бергитте, похоже, была уверена, что дневная прогулка, хоть наверняка и расстроит Мелфани, не станет угрозой для Илэйн и её детей. Для Стража это означало возможность посмотреть, как Илэйн носят по всему городу, и она выглядит дура дурой.

Илэйн поморщилась. Что скажут люди? Королева до внешней стены путешествует в носилках? Что ж, Илэйн не позволит возможным слухам помешать ей лично увидеть испытания, и не даст тирану-акушерке над собой издеваться.

Со стены открывался неплохой обзор. Слева от неё раскинулись поля, простирающиеся до Арингилла; справа - шумный город. Поля для этого времени года были слишком бурыми.

Со всего королевства приходили неутешительные отчёты. Девять полей из десяти не дали всходов. Гвардейцы поднесли Илэйн к одной из крепостных башенок, но столкнулись с трудностями, поняв, что повернуться с длинными носилками на лестнице в башне не получится. Предполагалось, что смотр будет проходить на верху башни. К счастью, на такой случай были предусмотрены дополнительные короткие ручки. Носильщики заменили ручки и продолжили движение.

Пока её несли наверх, девушка отвлекалась, раздумывая о Кайриэне. Все Благородные Дома с нетерпением ждали её прибытия и восхождения на трон, но всё же кроме довольно вялых попыток никто не предлагал своей поддержки. Даэс Дей’мар в действии, и маневрирование для восшествия Илэйн на трон - или для неудачи в этом деле - началось тогда, когда Ранд впервые упомянул, что намеревается передать ей трон.

В Кайриэне сотни различных политических течений двигались в сотнях различных направлений. У неё не было времени на то, чтобы изучить их все, прежде чем она займёт трон. Кроме того, если кто-то решит, что она в игре, значит она та, кого нужно обыграть. Нужно найти способ захватить Солнечный Трон, не слишком сильно вмешиваясь в местные интриги Домов.

Носилки Илэйн поскрипывали при подъёме, наконец, показался край башенки.

Алудра стояла наверху рядом с образцом дракона. Бронзовая труба оказалась довольно длинной и была закреплена на деревянном основании. Это был прототип, только для показа. Второй работоспособный дракон стоял на следующей башне. Она находилась достаточно далеко, так что если что-то пойдёт не так, Илэйн будет в безопасности.

Казалось, стройной тарабонке даже не приходила в голову мысль, что она передаёт королеве иностранной державы оружие, способное изменить мир. Похоже, всё, чего хотела Алудра, как объяснил Мэт, - это отомстить Шончан или что-то вроде того. Путешествуя со зверинцем Люка, Илэйн провела какое-то время с этой женщиной, однако, до сих пор не была уверена в том, насколько ей можно доверять. Ей нужно попросить мастера Норри за ней проследить.