Дикое правосудие - Боннэр Хиллари - Страница 11

К двум часам дня нехватка действия привела его адреналин более-менее в норму, и Майк начал ощущать последствия бессонной ночи. В усталую голову прокралась мысль: в конце концов, узнает ли он что-нибудь еще, сидя тут у Филлипсов?

Потом зазвонил телефон.

Лилиан Филлипс тут же бросилась к нему. Как бросалась при каждом звонке, с тех пор как пропала Анжела. И всякий раз это оказывались друзья, родственники или журналисты, но было совершенно очевидно, что она не теряла надежду услышать на другом конце провода голос исчезнувшей дочери.

На этот раз казалось, что Лилиан, прильнув к трубке, замерла.

— О господи, да, да. Как? Да, — лепетала она. — Подождите, пожалуйста, не вешайте трубку. С моей девочкой все в порядке? Могу я поговорить с ней?..

С Филдинга вмиг слетела вся усталость. Он бросился через кухню, где за старым сосновым столом сидела вся семья, и выхватил у Лилиан трубку. Но оттуда доносились только гудки. Повернувшись к Лилиан Филлипс, детектив попросил ее подробно пересказать весь разговор, уже догадываясь, что услышит.

Приглушенный голос сообщил матери Анжелы, что, если она хочет увидеть свою дочь живой, семья должна заплатить выкуп в пятьдесят тысяч фунтов стерлингов.

«И еще — передай легавым, пусть сворачивают поиски. Они все равно никогда ее не найдут».

Звонивший пообещал связаться с ней на следующее утро, чтобы она подтвердила, что у семьи есть нужная сумма наличными. Тогда же он даст дальнейшие указания, где оставить деньги.

Филдинг чуть слышно выругался. Он и его коллеги меньше всего ожидали, что здесь похищение с целью выкупа. Иначе они никогда бы не стали связываться с прессой. Похищение с целью выкупа — крайне редкое преступление. Шансы на успех у похитителя минимальны. Филдинг знал, что профессиональный преступник решится на похищение ребенка только при исключительных обстоятельствах, а у любителя едва ли хватит способностей предусмотреть все. У полиции не было совершенно никаких оснований подозревать, что похищение Анжелы выльется в требование выкупа. Обстоятельства, при которых она исчезла, заставляли предполагать исключительно преступление на сексуальной почве. Телефон на ферме «Пять вершин» не прослушивался. Но кто бы мог подумать! Похищение с целью выкупа! Господи!

Филдинг заставил себя лихорадочно соображать. Так ли обстоят дела в действительности? Полной уверенности, конечно, нет. На свете еще полно идиотов, кому в удовольствие вот так «пошутить», позвонив в семью пропавшей девчонки. Доказать, что этот звонок — не чья-то дурная шутка, практически невозможно.

Ошеломленное молчание Лилиан Филлипс сменилось нервными всхлипываниями, нарушившими раздумья Филдинга.

— Ну ладно тебе, милая, не плачь, — услышал он Билла Филлипса, успокаивавшего жену. — Теперь мы хотя бы знаем, что она жива. Наша девочка жива, Лил, и, обещаю, мы обязательно вернем ее.

Лилиан вдруг перестала плакать:

— Да, Билл, ты прав. Она жива. Конечно. Слава Богу. Она жива.

«Я бы не был так уверен в этом», — подумал Филдинг, но оставил свое сомнение при себе.

Не прошло и часа, как на ферму приехали Парсонс и Тодд Маллетт. К этому времени Джереми Томаса уже отпустили, но подозрения с него окончательно еще не сняли. Во всяком случае, пока не выяснится, что требование выкупа — не розыгрыш. Джереми по-прежнему настаивал на своем и ни разу не сбился в показаниях, да и двадцать четыре часа, разрешенные для задержания, уже почти истекли.

— Я подумал, что Тодд хорошо знает местность и это может нам пригодиться, — сказал Парсонс.

Филдинг что-то проворчал, не выражая особого восторга. Но как бы то ни было, он признавал, что контакт с этой семьей у Тодда был намного лучше, чем у него. Или у Парсонса: его сильным местом были планирование и разработка операций, но не общение с людьми. Зато он отлично выступал перед прессой и везде представлял их полицейское управление.

В Маллетте было что-то обнадеживающе основательное. Филдинг надеялся, что по-своему он тоже основательный, просто не обладает внешней надежностью. С появлением Маллетта Филлипсы немного успокоились.

— Первым делом следует убедиться, что ваша Анжела в самом деле находится у этого шутника, — разъяснил он им. — Вы же понимаете, звонок может оказаться розыгрышем.

Такого Филлипсы даже не предполагали. Замечание Маллетта несколько охладило их пыл.

Парсонс до этого по большей части молчал, позволяя Тодду разрядить ситуацию, но теперь выступил вперед и принялся отдавать распоряжения в своей резкой, деловой манере:

— Так, когда этот человек снова позвонит, попросите у него доказательства, что ваша дочь в самом деле находится у него. Хорошо? Вряд ли для него это станет неожиданностью. Не должно быть. И если он представит их вам, соглашайтесь на выкуп. Когда он даст вам указание, где оставить деньги, потяните время, скажите, что вам потребуется день-два, чтобы собрать нужную сумму наличными, или что-нибудь в этом роде…

— Не будем вилять, когда речь идет о жизни моей дочери, — прервал его Билл Филлипс. — Если цена ее возвращения пятьдесят тысяч фунтов стерлингов, значит, я плачу. И немедленно.

— Вас никто не просит вилять, мистер Филлипс, — остановил его Парсонс, как всегда уверенный в своих действиях. — Просто примите к сведению, что за долгие годы работы мы все-таки научились разбираться в том, чем занимаемся. Если звонил похититель, то он не ждет от вас слишком быстрых действий. Он даже заподозрит неладное, если вы будете готовы заплатить немедленно. Для нас важно перехватить у него инициативу и не позволить, чтобы он навязал свои условия. Нам необходимо узнать, где вы должны оставить деньги, и подумать, почему именно там. И еще придется продумать, как сделать так, чтобы он не улизнул с вашими деньгами, не вернув вам дочь. Если мы будем действовать поспешно и позволим ему заполучить деньги без гарантий, что он вернет Анжелу, ну, может случиться все, что угодно…

Парсонс уже закончил говорить, но никто не проронил ни слова. Затем Лилиан Филлипс тихонько застонала. Муж крепко сжал ее руку. И через несколько секунд он произнес:

— Ладно, просто скажите, что мы должны делать.

Звонок, как и было обещано, раздался следующим утром. К этому времени телефон уже поставили на прослушивание.

Билл Филлипс решил, что говорить по телефону будет он. Его жена с радостью согласилась. Майк Филдинг слушал разговор по параллельному телефону, специально установленному для этого случая.

Сначала Билл строго следовал инструкции.

— Вы должны представить мне доказательства, что моя дочь у вас, — сказал он звонившему.

Последовало недолгое молчание, затем в трубке раздался голос девушки, слабый и испуганный:

— Папа, мама, это я, Анжела, прошу вас, дайте ему все, что он хочет. Прошу вас. Я хочу домой. Я не вынесу… — Голос резко оборвался.

Полицейский услышал щелчок — это остановили пленку.

Билл Филлипс, как и следовало ожидать, ничего такого не услышал.

— Анжи, девочка моя, — жалобно запричитал он, — милая, с тобой все в порядке? — Но ответом ему была только тишина. — Конечно, дорогая, я дам ему все, что он хочет. Я все сделаю, чтобы ты вернулась домой. Все, что смогу.

В трубке снова раздался приглушенный голос:

— Сегодня в полночь положите пятьдесят тысяч фунтов неновыми десятками в рюкзак и оставьте у сосны в Фернвортском лесу. И пусть это сделает твой сын. Лично. И никаких легавых. Вообще никого. Ты же хочешь снова увидеть своего сынка, верно? А начнешь дурить со мной, так и его тоже лишишься. Скажешь ему ехать по дороге вокруг карьера. Она заканчивается тупиком. Там оставит машину и пройдет пешком на запад, в лес, около ста пятидесяти ярдов. На стандартной карте квадрат OL28, координаты 8390.6574. Дерево помечено красным крестом. Девчонка будет рядом. Найдете ее.

— Но у меня нет дома такой суммы, а собрать ее я смогу только завтра утром.

— Скажи легавым, чтоб не совались, куда их не зовут. Я знаю, что сейчас они рядом с тобой, и знаю эти их подходцы. Сегодня… или твоя драгоценная Анжела умрет. А умирать ей тяжело и долго.