Любовный марафон - Кистлер Джули - Страница 22

Одна Стеффи в этом не участвовала. Она помахала Кайлу со своего места и коротко буркнула:

— Привет.

— Не рано ли ты начал ходить на костылях? Ведь у тебя обе ноги в гипсе, — спросила Кайла мать.

— На правой ноге небольшая трещина, и там наложен специальный гипс, который позволяет передвигаться. — Кайл сел на стул и отдал костыли Яну. — Боже мой! Как дома-то хорошо! — радостно воскликнул он.

— Дорогой, мы все так счастливы, что ты опять с нами. — Майра Макинтош обняла и поцеловала сына, однако мистер Макинтош велел садиться за стол, иначе они никогда не поужинают.

Подали суп, потом салат из огурцов, запеченный лосось, зеленый горошек и молодой картофель. В столовой стоял невообразимый шум, поскольку говорили все сразу. Джессика расшалилась и стала бросаться через весь стол в Яна зеленым горошком.

Только Стеффи сидела молча, надувшись. Она заговорила, лишь когда подали десерт.

— Вы весь вечер не обращаете на меня никакого внимания, — повысив голос, заявила она. — А между тем я ваша гостья! Как это невежливо с вашей стороны!

Все замолчали, и в комнате повисла гробовая тишина.

Люси уже собралась извиниться за неподобающее поведение члена семьи Уэбстер, но миссис Макинтош ее опередила.

— Стеффи, мне жаль, что ты не радуешься вместе с нами, — мягко проговорила она. — Наверно, со стороны мы выглядим слишком шумными, но постарайся нас понять и простить нам наше приподнятое настроение.

— Все и так поняли, кто здесь по-настоящему невежливый, — тихо проговорил Ян, смерив Стеффи недовольным взглядом.

Все молча ели десерт, пока Джессика не свернула в шарик листок мяты, украшавший его, и не бросила его брату в стакан с водой. Кайл не остался в долгу — свернул свой мятный листик и бросил в сестру. Люси, видя, что братья наступают, свернула свой листочек и отдала его Джессике, как боевое подкрепление.

Воспользовавшись неразберихой, Стеффи поднялась из-за стола и вышла из столовой.

Когда она отошла на достаточно большое расстояние, Майра Макинтош наклонилась к своему младшему сыну.

— Кайл, мы с отцом все думаем, в чем мы ошиблись, когда растили тебя? Что-то мы определенно упустили, иначе ты не выбрал бы себе в жены эту девушку.

— Мама, я думаю, мы вызволим Кайла из неволи, — уверенно проговорил Ян.

— Я пыталась относиться к ней по-дружески, доброжелательно только ради тебя, Кайл, — продолжала хозяйка дома. — Я старалась изо всех сил, но, как оказалось, все напрасно.

Мистер Макинтош и Джессика согласились с ней.

Люси удивила откровенность, с какой они единодушно выразили презрение к Стеффи.

— Я предлагаю тост за здоровье Кайла, — предложила Джессика, и все дружно подняли бокалы.

— А я предлагаю тост за мое скорейшее избавление от Стеффи, — объявил Кайл.

— А я предлагаю тост за Люси, — предложила Майра Макинтош. — За красивую и обаятельную девушку, которая нисколько не похожа на свою сестру!

— Единокровную сестру, — поправили ее хором Ян и Люси.

Со смешанным чувством грусти и благоговения смотрела Люси на счастливые лица членов семьи Макинтош. В ее сознании семья представала прежде всего в образе изумительной, эксцентричной матери, которая могла забыть приготовить ужин, но зато разрешала маленькой Люси сидеть допоздна перед экраном телевизора с миской поп-корна.

Люси не помнит, чтобы в семье ее отца были такие же непринужденные отношения. Все члены семьи Макинтош казались какими-то необыкновенно спокойными, уверенными в себе и счастливыми.

Не позволяй себе слишком привязываться к ним, охладила свои восторги Люси. Ты им совершенно чужая, и ты попала в их семью на время, а оно, как известно, летит стрелой.

Но пока она с ними, она разделит их радость и веселье. Люси подняла свой бокал и откашлялась.

— Можно тост? — спросила она.

— Тише, теперь очередь Люси, — установил тишину за столом Ян.

— Прежде всего я хотела бы выпить за всех вас, проявивших доброе отношение ко мне — совершенно незнакомому вам человеку…

Ее слова вызвали бурю протестов, но Люси подняла руку.

— Я еще не все сказала. Итак, я предлагаю тост за всех вас и за Яна, который познакомил меня с вашей замечательной семьей.

Она посмотрела на него с благодарностью и симпатией.

— За Яна! — сказала она с улыбкой.

Он не улыбнулся ей в ответ, но его глаза смотрели на нее с затаенным жаром предвкушения.

— Мне кажется, Кайл очень устал, — вдруг проговорила Майра Макинтош, глядя на Люси и Яна. — Уже поздно, почти ночь.

— Мама, я еще не хочу спать, — заявила Джессика.

— Нет, уже пора. Помоги нам с отцом проводить Кайла до его комнаты. Дорогой, мы проводим тебя на первый этаж, в комнату, где всегда останавливается тетя Сильвия. Не волнуйся, Стеффи я разместила в противоположном крыле дома.

Они ушли. Люси и Ян остались одни.

Ян взял ее за руку и повел вверх по лестнице. Когда они прошли половину коридора, Люси вдруг остановилась.

— Я догадываюсь, куда ты меня ведешь, но я все еще не считаю…

— Что? Что мы должны жить в одной комнате? — с усмешкой спросил он и, обхватив Люси за талию, закружил ее так быстро, что юбка у нее стала развеваться, как флаг на ветру. — Думаю, мы можем обойтись и без спальни с постелью.

Он прижал ее спиной к стене и, подняв ей руки над головой, начал щекотать, доведя ее щекоткой до такого состояния, что она едва стояла на ногах.

— Отпусти меня! — взмолилась Люси, но он словно не слышал. Она уже не могла смеяться и только икала. — Мы все равно не будем проводить ночи вместе. Можешь держать меня здесь сколько вздумается — все равно ты пойдешь в свою комнату, а я — в свою! — проговорила она наконец.

Ян наклонил голову и поцеловал ее в щеку, постепенно подбираясь к губам. Продолжая держать ее за руки одной рукой, другой он забрался ей под сарафан, потом под блузку, затем под эластичный бюстгальтер и стал поглаживать упругую грудь.

— Ян…

— Я придумал, как можно обойтись без спальни, — прошептал он, обжигая ей ухо. — Можно предаваться любви и здесь, в коридоре.

— Нет, нельзя.

— Можно, — прохрипел он.

Навалившись на нее всем телом, он отпустил ее руки и приподнял ее над полом. Она не собиралась отвечать ему поцелуем. Она не собиралась обвивать его шею руками и прижиматься к нему всем телом. Это вышло само собой.

Расстегнув на нем рубашку, она стащила через голову сарафан и бросила его на пол. Ян уставился на ее полные округлые груди глазами голодного хищного зверя.

Зажатая между Яном и стеной, Люси уже предвкушала немыслимое удовольствие, но тут…

— Постой! — Затаив дыхание, она положила руки ему на плечи и пристально посмотрела в его синие глаза. — Мы не можем вот так, в коридоре… Вдруг кто-нибудь придет?

— Кроме нас, здесь никого нет. Комната родителей в другом конце дома, Кайл и Джесси внизу. Мы здесь совершенно одни.

— Хорошо.

Он поцеловал ее еще раз, затем стянул с нее трусики…

Но только он хотел расстегнуть брюки, как…

— Подожди. — Он прислушался, зажав ей рот. — Ты ничего не слышишь?

Она ничего не слышала, кроме биения своего сердца. Или его?

Потом и она услышала. Кто-то поднялся по лестнице и шел по их коридору.

Люси взглянула Яну в глаза. Что делать? Быстро одеться или броситься бегом в свою спальню?

Голоса приближались.

Ян обхватил Люси за талию, быстро толкнул соседнюю дверь, и они оказались в бельевой.

Для бельевой комнатушка была довольно большой, но двум взрослым в ней было тесно. Люси не успела оглядеться, как Ян выскочил в коридор, схватил свои брюки и ее сарафан и вернулся в бельевую.

Он обнял ее и снова поцеловал, как будто ничего не случилось, но Люси едва дышала от страха, боясь, что дверь сейчас откроется и их застанут здесь.

Немного успокоившись, она прислушалась. В коридоре звучали голоса, в том числе голос… Стеффи.

Что она здесь делает?

— Здесь никого нет. Только ты да я, — сказала Стеффи совсем рядом, за стенкой бельевой.