Специальный агент преисподней - Зубко Алексей Владимирович - Страница 52

– Да.

– Давно?

– Вчера понял.

– Так зачем же пришел? Надеялся одолеть?

– В храме? – печально улыбнулся я.- Нет.

– Зачем же?

– Увидеть тебя, сказать, что…

– Не слушай его, сестра!

– … что люблю.

– Но ты демон!

– А ты ангел – и что?

– Ты не мог меня полюбить!

– Ты же могла?

– Я…я… Ненавижу тебя!

– Эти слезы правдивее слов.

– Замолчите! – подняв меч, приказал ангел-истребитель.

В храме воцарилась тишина, лишь слабо потрескива-ют свечи, распространяя сладкий аромат тающего воска.

– Он плачет,- ошарашенно произнес отец Дорми-донт, молитвенно сложив руки.

– Это притворство. Демоны бесчувственны.

Если это так, то почему в моем сердце такая боль?

– Плачь,- мягко коснувшись моего плеча, посоветовал настоятель храма.

– О дьявольское наваждение! – вскричал ангел-ист

ребитель, распростерши крылья и занеся сияющий меч.-

Я положу конец твоему…

– Бум-м-м! – глухо ударил колокол.

Дрогнули огоньки над свечами.

Сквозь раскрытые двери в храм вступил огромный мужчина в кожаном переднике, которые обычно носят кузнецы, посмотрел по сторонам и произнес:

– Симпатично.

И направился ко мне.

Затем заглянула рыжеволосая головка Лели, но сама хозяйка не решилась ступить внутрь.

– Как смел ты ступить на святую землю?!

– Святая так святая,- согласился Сварог.- Кто бы спорил? Только вот, помнится мне, здесь раньше мое святилище стояло, а там вон – роща была, тоже между прочим святая, так что…

– Тебе здесь нечего делать,- возразил ангел, активизируя зуммер экстренной помощи.- Тебя это не касается.

Вспыхнув нимбами, появилась группа быстрого реагирования из трех ангелов-истребителей. Оперативники проворно рассредоточились полукругом, принимая удобную для схватки позицию.

– Объяснитесь,- чувствуя непонятную робость, попросил я славянского бога.

Сварог улыбнулся в усы:

– Все ли ты вспомнил?

– Мне так кажется… – неуверенно признался я.

– Ты помнишь детство?

– Я помогал Афродите вселять в сердца людей любовь.

– Это никому не под силу. Ты просто пробивал закостеневшую скорлупу, открывая сердца чувствам, неболее. А раньше?

– А было раньше?

– Было. Внученька, попроси богиню зайти.

– Сейчас- Тряхнув косами, Леля убежала.

Происходящее все больше и больше уходило в сторону от того, как я себе представлял. Вот только хорошо это или плохо?

Робко запахнувшись в плащ, что вообще-то для нее необычно, в храм вошла Ламиира.

– Демонесса,- с ненавистью выдохнул ангел.

– Ламиира? – удивилась Ливия.

– Теперь меня зовут так,- не стала отрицать блондинка.- Суккуба, если верить адской канцелярии. А вот раньше меня действительно звали богиней Афродитой.

– Расскажи,- попросил Сварог.

– Конечно, хотя и не могу понять, как вы про это узнали.

– Про что? – удивилась Леля.

– Амур найденыш. Его нашли рыбаки и оставили в моем храме.

Ангел-истребитель задумчиво почесал нос и, опустив меч, произнес:

– Я не могу самостоятельно принимать решение в этом деле, я вызываю руководство.

Ламиира улыбнулась мне и подмигнула.

– Так кто я? Кто?!

Вместо ответа отец Дормидонт поднял распятие и освятил всех присутствующих.

Тугая волна воздуха прокатилась по храму. Вспыхнули нимбы ангелов, растрепалась борода Сварога, взметну-лись полы плаща Афродиты, у меня перехватило дыха-ние.

– Коснись его лба,- обратился отец славянских богов к ангелу.- Сними заклятие.

Выпростав длань, истребитель коснулся моего лба. Вспыхнул свет у меня перед глазами, горло сжало спазмом.

– Я… я… – Я умолк.

Раздалось многоголосое:

– Ну?!

– Не помню,- ответил я.

Разочарованный вздох.

– Да пошутил я. Лелем меня нарекли при рождении.

– Братец,- взвизгнув, Леля бросилась мне на шею.

– А я что говорила? – просунув голову в окно, поинтересовалась птица Гамаюн. И улетела прочь с чувством исполненного долга.

Сверкнула молния, запахло серой, и, ступив на пол храма толстыми резиновыми подошвами, появился Сатана Первый и Единственный.

– Что это значит? – в два голоса спросил он у маркиза Амона, явившегося в виде одиноко плывущего в клубах дыма лица.

– Не знаю.

– Почему он… Суккуба, что здесь происходит?!

– Зачем кричишь? – пожурил его Сварог.

– Так это… – Сатана пожал плечами, переступая с ноги на ногу. Видимо, неслабо припекает пятки освященная земля.

– Как смели вы осквернять своим присутствием храм божий?! – гневно воскликнул Георгий Победоносец, бесшумно спустившись с небес.

Обстановка накалилась до невозможности – хватит искры, чтобы разметать весь этот город по щепочке.

И тут, заливая пространство счастливым лаем, в храм ворвался щенок кавказской овчарки. Первым делом он сбил меня с ног и облобызал в нос, а потом пошел делиться своей радостью со всеми присутствующими, невзирая на лица и рыла. Оставляя на них липкие следы языка.

Увлекшись партерной борьбой, все как-то пропустили момент появления Господа.

А когда узрели, ошеломленно замолкли.

– Истинно дети малые. Побаловали, и будет.

– Вразуми, Господи! – падая на колени, взмолился отец Дормидонт.- Где истинный свет?

– В сердце.

– Но сердце хочет простить их.

– Так прости.

– Но…

– Нам пора,- сказал Сварог.- Но ответь мне на один вопрос: зачем вера в тебя приходит в потоках крови?

И ответил Господь вопросом на вопрос;

– А вашей воли люди сильно слушаются? – И сам дал ответ: – Не думаю. Скорее, наоборот, они изменяют нас, трактуют нашу волю, как нужно им… Нам же

остается любить их.

– Пошли, сестра.- Ангел-истребитель положил руку на плечо Ливии.

– Я хочу остаться с ним.

– Любимая,- прижав ее к сердцу, прошептал я.

– Но он не может пойти с нами!

– Значит, я пойду с ним.

– Даже в ад? – ядовито усмехнулся Сатана, выглянув из ниши, в которой скрывался от Господнего сияния.

– Пойду!

– Нет! – в один голос воскликнули 1' ангелы и я.

– Я в своем праве,- заявил Сатана.- Она идет со мной добровольно. Ответом послужило молчание.

– Пошли же,- раскрыв портал, пригласил он.- Возлюбленная моего лучшего помощника – желанная госпожа в моем дворце.

Ливия сжала распятие и решительно сделала шаг в жадную пасть портала.

Она исчезла, лишь крестик, упав на землю, заискрил, словно новогодний бенгальский огонь. Следом заструился маркиз Амон. Остановив меня движением руки, Сатана мерзко оскалился мне в лицо:

– Тебе туда отныне хода нет.

И исчез. Оставив на полу черные отпечатки горелой резины.

ГЛАВА 24

Сведенные вместе самой судьбой

Этого позора мне не пережить…

Заявил червяк, извиваясь на крючке,

и бросился с моста в воду

– Стой! -. Рывком бросаю тело в свертывающийся портал.

Поздно.

Пролетаю сквозь опадающие на пол ледяные искры.

Вставшая на моем пути стена останавливает стремительный полет.

Подвывая, словно раненый зверь, и размазывая по подбородку кровь из прокушенной губы, поворачиваюсь, становлюсь на колени и, подняв обжигающе горячий крестик Ливии, молю богов:

– Верните ее мне.

Но вершители судеб молчат.

Печально смотрит Господь.

Теребит бороду Сварог, опустив глаза долу.

– Дедушка,- просительно берет его за руку Леля.

– Бессилен я,- признается он, не поднимая глаз.

– Может, собрать воинство? – спросил Георгий Победоносец, глядя на Создателя.- Покарать врага?