Сумасбродка - Коултер Кэтрин - Страница 33

Добравшись наконец до ее груди, он заметил, что Джек смотрит на него во все глаза.

— Не бойся меня и не стесняйся, я ведь уже видел твои груди, помнишь? Я видел их много-много раз на протяжении целых четырех дней и под конец даже устал на них смотреть.

— В те дни я была больна и тебе волей-неволей приходилось делать это!

— Зато теперь ты моя жена и я могу разглядывать любую часть твоего тела столько, сколько захочу!

Он наклонился и поцеловал ее в губы, а потом, не удержавшись, спросил:

— Можешь сказать, что ты сейчас чувствуешь?

Джек заерзала у него на коленях, и он моментально понял, что она старается сделать так, чтобы ему было приятно.

— Нет, Джек, не шевелись! Позволь мне любоваться тобой и ласкать тебя. Скажи, что ты ощущаешь, когда я делаю вот так? — Он легонько коснулся ее правой груди. — Когда я, едва прикасаясь, глажу тебя кончиками пальцев — что ты чувствуешь?

Ну как прикажете ему объяснить, что ей хочется прижаться посильнее и потереться грудью о его руку? А еще Джек казалось, будто кто-то зажег огонь у нее в животе и это жидкое пламя растекается по всему телу, рождая болезненную истому и неясные желания. Наконец она нашла в себе силы, чтобы заговорить:

— Я читала одну книгу, в которой видела множество картинок, и теперь хочу, чтобы ты сию же минуту проделал со мной все эти вещи! Мне ни к чему чистая мягкая постель. Я не понимаю, как это все должно сработать, но ты-то должен это знать! У тебя было почти восемь лет, чтобы обучиться всему на деле, — так начинай же!

Грей вздрогнул. Чертыхаясь, он приподнял ее лицо и посмотрел ей в глаза. Потом развязал ленты, так что ее волосы свободно рассыпались по плечам, спустил платье и сорочку до самого пояса и только тогда перевел дух.

— Скажи, что ты читала? Только не пытайся уверять, будто нашла это у меня в библиотеке!

— Эту книгу мне дала тетя Матильда. Она откопала ее в дальнем углу в книжной лавке у Хукмена: приказчик шепнул ей на ушко, что там они прячут всякие скабрезные штучки. Она сказала, что не в состоянии сама объяснить мне, что к чему, и я должна заняться самообразованием. Все это показалось мне просто невероятным. То, что нарисовано на картинках, не может быть правдой!

— Расскажи мне про них.

— Ну например, мужчина наклонился над женщиной и лизал ее где-то внизу живота — по крайней мере так это выглядело. Скажи, Грей, разве это не глупо? А еще там были нарисованы голые мужчина и женщина, прямо-таки скрученные вместе. Представляешь, она даже обхватила ногами его талию, а он изо всех сил прижимался к ней…

— Чтобы тебе все стало понятно, мы займемся этим в ближайший вторник, — пообещал барон. — Но, Джек, неужели ты до сих пор так ни о чем и не догадываешься?

— Пока еще нет, — заверила она, — но у меня появилась превосходная мысль! — С этими словами Джек слезла с его колен и уселась рядом. Потом она подалась к нему так, что соски ее грудей оказались как раз возле его рта, и с улыбкой положила руки ему на плечи.

Грей жалобно застонал.

— Прости, Грей! Тебе было больно? — Невинно спросила Джек. — Не понимаю, как это получилось! Ведь я не царапалась и не щипалась.

Именно в эту минуту Грею стало ясно, что он попросту не в состоянии дожидаться, пока они возлягут на пуховые перины в самом роскошном номере гостиницы «Лебединая шея», который столь красочно расписал ему Дуглас.

— Черт побери, ведь это все еще день нашей свадьбы и брачная ночь пока не наступила! Посмотри, даже солнце еще не село! Но если я не начну тебя учить, то умру прямо сейчас!

Слушая мужа, Джек лишь молча улыбалась, не сводя завороженного взгляда с его чресел.

Грей моментально оказался поверх нее. Путаясь в нижних юбках, он одновременно пытался приподнять ей подол и спустить с ног чулки, отцепив их от подвязок. Барон сделал героическую попытку еще раз совладать с собой. Он выпрямился, насколько это позволял ему потолок кареты, и с пафосом произнес:

— Нет! Я справлюсь, я непременно справлюсь и даже сделаю это легко и непринужденно. Я не пародия на мужчину и не поведу себя как эгоист, которому наплевать, что будет потом думать о нем его жена!

— Но на всех картинках и мужчина, и женщина были голыми, — сообщила Джек. Не тратя времени даром, она принялась стягивать через голову платье.

Грей почувствовал, что вот-вот сойдет с ума. В конце концов, не выдержав, он принялся ей помогать.

— Это следует делать не так. Лучше ты снова сядь ко мне на колени и поцелуй в губы, а я займусь твоими подвязками.

Джек тут же послушно исполнила его просьбу и раздвинула ноги.

— Так было нарисовано на одной картинке, — невинно сказала она, глядя ему в глаза. — Только на мужчине и женщине совсем ничего не было надето! Кажется, мне это начинает нравиться! — С этими словами она сжала в ладонях его лицо и стала целовать.

В ответ Грей прижал Джек к себе что было силы и стал покрывать жадными поцелуями уши, шею, гладить руками спину, пока не проник к ней под юбку. Тут он замер.

Она умудрилась придвинуться так, что Грей больше не в силах был сдерживаться. Он схватил ее за бедра и пробормотал:

— Джек, разведи ноги пошире. А теперь придвинься еще ближе, так близко, как только сможешь.

Черт побери, он и не представлял, как чудесно у нее это получится! Его руки уже скользнули с бедер ей на живот. Он почувствовал, как она замерла в напряжении.

— Тебе нечего скрывать от меня, — зашептал Грей. — Я уже видел тебя целиком, и твой живот тоже. Он очень милый и нежный. Ничуть не хуже, чем твоя белая нежная попка — а ведь ее я тоже видел. Помнишь, ты собиралась выскочить в таверне из окна? Ну а я тогда оказался сзади и мог вдоволь налюбоваться всем, что спрятано у тебя между ног. Потом, позже, мы непременно обсудим и твои бедра, и твои ножки — напомни, чтобы я не забыл об этом. А пока лучше просто опусти головку мне на плечо и дай насладиться тобой. Нет, слегка откинься назад, я сам удержу тебя на руках. Успокойся и расслабься, но не засыпай на ходу, ладно? — Тут у него захватило дух, так как он наконец добрался до самого сокровенного места.

— Грей! — Она отшатнулась и едва не свалилась на пол кареты. — Я чувствую себя слишком уж странно!

Еще бы это было не так, ведь между их телами оставался лишь жалкий слой тонкого шерстяного полотна!

— Погоди, это только начало, — пообещал барон. Он расстегнул штаны, освободил свое копье и направил его в цель.

От удивления у Джек глаза полезли на лоб, но она не могла видеть его член, поскольку чуть не до макушки была завернута в ворох своих нижних юбок. Зато она прекрасно чувствовала его…

— Ох, Боже мой, ты что делаешь? Я ничего не понимаю? Хватит, перестань!

Барон остановился, и Джек замерла ни жива ни мертва. Но через некоторое время он незаметно, дюйм за дюймом стал снова погружаться в ее тело, так как просто не в состоянии был не ответить на немой призыв влажной, горячей бездны. Наконец он невнятно произнес:

— Все идет как надо, Джек, ты просто не двигайся и посиди так какое-то время. Я уже почти вошел в тебя, и осталось совсем немного. Ты чувствуешь меня? Это не так уж противно, правда?

— Я пока и сама не знаю… — Голова, лежащая у него на плече, слегка качнулась. — Никогда в жизни не переживала ничего подобного!

Тут Грей подался вперед, и Джек инстинктивно отодвинулась к спинке сиденья.

— Нет, ты не должна бояться меня. Обопрись на мои руки.

Бледные пальчики легко скользнули по его плечам.

— Ты действительно у меня внутри, — призналась Джек. — Вот уж не думала, что кто-то станет так со мной обращаться!

Грей завороженно следил, как движутся ее губы. Затем он снова слегка подался вперед, проник еще глубже и наткнулся на барьер ее девственности.

Зажмурившись, он собрался с силами. Совершенно естественно, что у нее есть эта штука, как и у любой девицы.

— Не двигайся. Вообще ничего не делай. Господи, дай мне терпения! Ведь я разумный человек и не желаю скатиться на уровень какого-нибудь олуха! Я буду двигаться медленно, очень медленно. Скажи мне, Джек, как ты себя чувствуешь?