Подарок Санта-Клауса - Маненкова С. - Страница 2

– Вот молодец! – прошептала она и, поправив толстое одеяло, подошла к доске – что же там за работа такая, что рассмешила этих подружек? Вот это объявление в самом центре, аккуратно отпечатанное на голубой карточке.

Шутка, должно быть. Сильви внимательно прочитала текст, ожидая розыгрыша в каждой строке. Да нет, кажется, серьезно. Четко. Понятно. Она слыхала, как один техасский миллиардер когда-то сдавал в аренду рекламный щит и сколотил на этом состояние. Вот так люди и объявляют о себе. Хотя, честно говоря, это мало чем отличается от частной колонки в газете.

«Так отчаиваться!» Вроде так сказала юная девица? А «отчаявшаяся», разговаривающая сама с собой, мечтающая найти ребенку отца и до сих пор не нашедшая его, сидит сейчас в незнакомом городе, в универсаме, рядом с этим рекламным стендом, довольная, что бесплатно выпила стаканчик кофе. Сильви снова перечитала.

Женщина, тридцати-сорока лет. Сильви задумалась, подходит ли она. Тридцать ей стукнет через несколько месяцев.

Очень важно, чтобы умела готовить и убирать. Практичный, значит, мужчина – любит поесть горяченького и чтоб в доме было чисто. Ну, допустим, умеет она и готовить, и убирать – с двенадцати лет этим занимается.

Должна любить детей. Ну, это совсем легко, подумала она, косясь на Диллона. Очевидно, у того, кто поместил сюда свое объявление, есть ребенок.

Опыт желателен, но не обязателен. Сильви вспомнила об отце Диллона и о тех месяцах, что они провели вместе. Это ли не помогло ей набраться опыта для такой работы? Да, безусловно!

Явиться лично на ранчо Рокки Ти, двадцать четыре мили к северу от города, на Хайвей, 10. Она не знает, где это – Хайвей, 10, но в машине есть карта Монтаны.

А ведь она на такую удачу даже не рассчитывала, призналась себе Сильви, бросая картонный стакан в ближайшую урну. Поправив лямку, она повесила сумочку на плечо и покатила тележку прочь от доски. Нужно купить одноразовых подгузников, орехового масла, хлеба и молока. Может, еще пару апельсинчиков, если дешевые. Сильви ожидала в длиннющей очереди в кассу, когда Диллон закричал так громко, что заглушил льющуюся из громкоговорителя «Джингл беллз».

– Тоже устал, видать, ваш малыш, – сказала стоящая рядом бабушка, по-доброму улыбаясь, – но ничего: придете домой, уложите в кроватку – и успокоится.

– Да-да, – только и смогла вымолвить Сильви, прежде чем пожилая собеседница отвернулась к кассе. Она укачала маленького на руках. Конечно, дома успокоился бы. Только вот нету у Диллона дома, а кроватка у него и не кроватка вовсе, а мягкий рюкзачок-люлька, купленный ею в лавке Армии спасения. Она все время считала, что у Диллона будет отец, но ошиблась.

Сильви ухитрилась расплатиться за товар, не уронив ребенка и не впав в истерику, – это достижение она потом непременно отпразднует. Недолго думая, она миновала автоматические двери и вышла на автостоянку. Она возвращалась в машину, а значит, в весьма неопределенное будущее.

А может, и нет.

Небо над головой, пока она находилась в универсаме, потемнело. Снежные хлопья жалили лицо, тем самым напоминая, что суровая погода штата Монтана бывает беспощадна к путешественникам. Пришло время – давно пришло – быть благоразумной. И практичной. Сильви глубоко вдохнула и устало потащилась назад, в магазин. Она же обещала сыну отца, вот она, черт возьми, и попытается добыть такового. Тем более – к Рождеству.

Голубая карточка все еще была там, уже за десять футов выкрикивая свой смелый призыв к Сильви: Срочно требуется жена.

Джо Брокетт приходил в замешательство, когда наступали выходные. Ему, конечно же, нравились еженедельные поездки в город и встречи с друзьями в столовой; он был даже не прочь до обеда сходить в банк и поинтересоваться, как идут его дела. Но субботний день переходит в вечер, а известно ведь, что если фермер днем никого не нашел, то и вечером останется одиноким.

Да-а, вспомнить бы те деньки своей безмятежной юности с бурными субботними вечерами, но в том-то и дело, что раз они были, эти самые бурные вечера, то вспомнить о них он уж точно ничего не сможет. Джо открыл холодильник и заглянул внутрь.

– А куда делся чили? – спросил он, вызывая отвращение одновременно на всех трех лицах. – Ну, где он?

Кэрин вздохнула, словно дядя стал совсем слабоумным:

– Ты кормил нас этим чили в среду, четверг и пятницу, а мне не нравится, что потом происходит с моим животом.

– Ну, и что вы предлагаете? – Трое ребятишек сидели за старым дубовым столом, раскладывая на нем колоду потрепанных карт, которые он дал им, – они ведь всегда знают, чем себя развлечь.

Питер, оторвав взгляд от карт, весело бросил:

– Давайте сделаем на ужин завтрак!

– Как, опять?!

Все трое кивнули.

– Представьте, что сейчас и есть завтрак, – провозгласил Джо, доставая миску с яйцами и кувшин с молоком. – И бекон сейчас поджарю.

– Бекон тебе есть нельзя, – сказала Кэрин. – В нем слишком много холестерина.

– Кто тебе задурил голову этой ерундой?

– В школе миссис Макгир сказала, что нам не следует потреблять слишком много жирного.

«Вот пусть эта миссис Макгир приходит сюда и сама готовит», – заключил Джо, шаря рукой по нижней полке холодильника. Наконец он нашел сверток с беконом и выложил его на кухонный стол.

– Смотри, весь жир ушел в бумагу, – сказал он. Интересно, теперь миссис Макгир осталась бы довольна? А с ней и эта воображала, его племянница.

Питер передвинул карты на середину стола:

– А елку будем завтра покупать? Ты же обещал!

– Да, да, завтра, постараюсь. – Скорей бы все это кончилось, однако сейчас выбора у него нет. Надо так надо.

– Уже почти Рождество, – сообщил ему мальчуган. – Осталось десять дней, мне Кэрин сказала.

– Точно, десять. – Кэрин никогда не ошибается. Она взрослая не по годам.

Под его локтем возникла Джени:

– Блины или французский гренок?

– Французский гренок, – сказал он. У Джени – улыбка матери, только вот нечасто появляется на ее лице. На этот раз девчушка улыбнулась, и Джо выдохнул с облегчением: – Хочешь мне помочь?

– А можно яйца разбить?

– Конечно. – Эх и бардак сейчас будет, ну да ладно. Так и так все вокруг будет вымазано жиром от бекона и вареньем, и придется весь вечер все это оттирать.

Джени, подтащив стул поближе, взобралась на него.

– Четыре яйца, Джени, и все, достаточно. – Из шкафа над головой он достал то, что, как он надеялся, было чистой миской. – Клади их сюда.

– Кто-то едет! – проговорила Кэрин, всматриваясь в окно. – Куки лает, и свет от фар виднеется! Кто это едет, дядя Джо?

– Да разрази меня гром, кому это приспичило рулить сюда во время вьюги?! Золотце, не роняй скорлупки!.. – Слишком поздно. – Может, ваш дедушка решил остановиться по пути из города домой?

– Не-а, – сказала Кэрин, а лицо ее словно приклеилось к оконному стеклу. – Это не грузовик.

– Не грузовик?

– Нет, женщина.

Это привлекло его внимание, он отдал Джени ложку-мешалку и встал у окна рядом с Кэрин. – Ты ее знаешь?

– Нет. – Кэрин едва сдерживала волнение. – Это чужая.

– Какого дьявола чужим здесь делать в такое время? – Джо пошел к задней двери и выглянул. Точно, рядом с автомобильчиком стоит женщина. И держит что-то в руках, но зимой темнеет рано, и Джо не смог как следует разглядеть. – Может, заблудилась? Пит, беги скажи дедушкиному псу, пусть замолкнет.

– Дайте мне посмотреть! – Джени подбежала к дяде, стоящему в дверях, и уцепилась сзади.

– Эй! – крикнул Джо, но ветер отнес его возглас в сторону. – Эй! – еще раз, теперь уже громче, повторил он, и женщина заспешила через двор к дому. Джо вспомнил о наружном прожекторе и включил его – теперь гостья сможет рассмотреть заметенную дорожку к заднему крыльцу. Ветер бросил ему в лицо снег, ущипнул кожу и заставил заморгать.

– Как ты думаешь, кто это? – Кэрин, проскользнув под его рукой, наблюдала за незнакомкой.