Сладостное отступление - Коултер Кэтрин - Страница 41

Джиана окончательно пришла в себя только на следующий вечер. Весь день прошел в каком-то полусне, она помнила лишь, что мистер Сакстон кормил ее с ложечки каким-то очень вкусным супом, который приготовила миссис Престон.

Голова у Джианы болела уже меньше, озноб прошел. Услышав, что Алекс приближается к ее постели, девушка поспешно закрыла глаза. Ей не хотелось разговаривать с ним, не хотелось отвечать на вопросы, которые неминуемо должны были у него возникнуть.

Почувствовав, что он смотрит на нее, девушка, не сдержавшись, чихнула.

— Я рад, что ты проснулась.

— Оставьте меня, — прошептала Джиана.

— Я не такой подонок, как ты думаешь. Что сделано, то сделано, и теперь нам надо использовать эту ситуацию себе на пользу. Не злись на меня, а то у тебя снова лихорадка начнется.

— Что вы хотите этим сказать? — спросила девушка.

— Ты прекрасно все понимаешь. Конечно, у меня накопилось немало вопросов, но сейчас я не буду ни о чем тебя спрашивать. Подожду, пока ты встанешь на ноги. Но знай: мы все равно поженимся. Ты была девственницей, и ничто не сможет остановить меня на пути к алтарю.

— К алтарю? — недоуменно переспросила она. Но тут до нее дошел смысл его слов, и Джиана вскричала:

— Мне — выйти за вас?! Мистер Сакстон, скорее рак на горе свистнет!

— Похоже, ты и вправду приходишь в себя, слава Богу, — произнес Алекс. Но вдруг ее отказ разозлил его. Чего еще хочет эта дурочка? Неужели она вообще ничего не понимает? — Мы поговорим об этом завтра, когда я не буду бояться, что ты вцепишься мне в глаза.

— Нам нечего обсуждать! — злобно проговорила Джиана. — Я с самого начала говорила правду, но вы упрямо не хотели мне верить.

— Но твоим словам просто невозможно было поверить! После всего, что я видел в Риме! Да любой бы решил, что ты врешь! — Тут он заметил, что ее щеки опять покрылись румянцем. — Ладно, выпей лимонада и спи. Надеюсь, к утру ты станешь сговорчивее.

Девушка послушно выпила стакан прохладной жидкости и закрыла глаза. Алекс ушел. Надо же, выйти за него! Похоже, этот американец совсем свихнулся. Но надо признаться, она хотела его и от этого чувствовала себя еще хуже. И ее болезнь не имеет к этому никакого отношения Он не джентльмен, потому что джентльмен не стал бы так вести себя и силой тащить ее в постель.

Вдруг Джиана почувствовала, что Алекс лег рядом с ней, но не подала вида, что не спит. Какого черта он не ложится на диване?

Джиана уже знала, что Сакстон на редкость упрям: уж если он что вобьет себе в голову, то изменить его решение просто невозможно. Но она сполна расплатилась с ним, и теперь ей нужно было лишь спокойно разобраться в своих чувствах.

Ее ресницы затрепетали, когда нежные лучи утреннего солнца осветили спальню.

— Открой глаза, Джиана, я знаю, что ты уже проснулась. Я принес тебе хлеб и лимонад. Поешь, а я схожу за чем-нибудь посущественнее.

Девушка почувствовала, что кровь быстрее побежала по ее жилам, когда Алекс обнял ее, помогая сесть.

— Я не знаю, где раздобыть еду, поэтому, возможно, задержусь, — продолжал Сакстон. — Не вставай и не вздумай выходить в сад или на пляж.

— Хорошо, — согласилась Джиана, даже не взглянув на него.

Знай Алекс ее получше, он бы не был так спокоен.

— Когда вернусь, мы поговорим, — бросил он через плечо, выходя из спальни

Был уже почти полдень, когда Алекс вернулся в дом, неся в руках большие пакеты со снедью и легким белым вином. Он осторожно вошел в спальню, не желая разбудить девушку, если она спит. Но Джианы не было в комнате, как не было и ее чемоданов. Зато на подушках лежала написанная второпях записка. «Мистер Сакстон, теперь вы со спокойной душой можете возвращаться в Америку. Всего вам доброго. Надеюсь, я сполна расплатилась с вами. Вы будете иметь дело с нашей компанией, но никто никогда не узнает, что произошло между нами. Я даже не буду молиться о том, чтобы ваш корабль затонул по пути в Нью-Йорк. Джорджиана ван Клив».

Дергая себя за ухо, Лансон объявил Авроре:

— Мадам, этот американец, мистер Сакстон, желает видеть мисс Джиану. Я сказал ему, что она еще не вернулась из своей поездки, и тогда он заявил, что желает побеседовать с вами.

Отложив в сторону газету, Аврора встала:

— Просите мистера Сакстона, Лансон.

Войдя в библиотеку, Алекс сразу же обратил внимание на изящную французскую мебель, придававшую этой строгой комнате немного легкомысленный вид.

— Добрый день, миссис ван Клив.

— Полагаю, мистер Сакстон, Лансон сообщил вам, что Джиана еще не вернулась?

Алекс шагнул вперед.

— Я пришел из-за вашей дочери, миссис ван Клив.

Женщина удивленно приподняла брови.

— Что вы говорите, сэр? Пожалуйста, садитесь. Бокал хереса?

— Да, благодарю вас.

Алекс задумчиво наблюдал, как она грациозно подошла к сервировочному столику и налила вино из хрустального графина. Каким же ослом он был! Джиана не могла сильно отличаться от матери. Она ни за что не захочет вновь увидеться с ним, не захочет выйти за него. Но, черт возьми, он же обесчестил ее, и она должна понять, что замужество — лучший выход из положения.

— Херес из вашего винограда?

— Да, мистер Сакстон. Из Памплоны.

Усевшись напротив американца, Аврора принялась ждать, когда он изложит цель своего визита. Но когда молчание уж слишком затянулось, миссис ван Клив нетерпеливо произнесла:

— Джиана в Фолстоне, у друзей.

— Нет, — возразил Алекс. — Она была там со мной.

Сердце Авроры заколотилось с бешеной силой, но она ничем не показала своего волнения.

— Понятно… Но если это так, то почему сейчас вы не вместе?

— Она оставила меня там… Уехала… Я надеялся, что она вернулась домой и, возможно, попросила вас что-нибудь солгать мне, если я стану ее разыскивать.

— Но я уже сообщила вам, что Джианы здесь нет. Полагаю, сэр, теперь вы должны объяснить мне, что произошло.

Поднявшись с дивана, Алекс принялся мерить шагами комнату. Остановившись, он взглянул Авроре прямо в глаза:

— Я — тот самый человек, который купил ее в Риме на Цветочном аукционе четыре года назад.

— На Цветочном аукционе? — изумленно повторила Аврора. — Не понимаю, о чем вы, мистер Сакстон.

— Цветочный аукцион — это мероприятие, которое проводится в Риме раз в несколько месяцев. Я побывал там в конце лета. Ваша дочь, миссис ван Клив, как одна из девственниц была выставлена там на продажу. Я купил ее. К счастью или к несчастью, меня ударили по голове, и больше я ничего не помню. Очнулся я на улице. Я искал ее весь следующий день, искал того старика, что ударил меня, но Джиана исчезла. Я не видел ее до тех пор, пока не встретился с ней в вашем конференц-зале. Можете себе представить, что я испытал, миссис ван Клив?

Аврора побледнела как полотно. Господи, что устроил Дэниел, что он заставлял ее делать?! Джиану продавали!

— Полагаю, — вставая, произнесла хозяйка, — что этим стариком был ее дядя, Дэниел Чипполо. Очевидно, он и ударил вас, чтобы защитить мою дочь.

— Господи, просто мелодрама какая-то!

— Мистер Сакстон, что вы сделали с Джианой? Где она?

— Я не знаю, — спокойно произнес Александр, — но я обязательно разыщу ее. Я хочу, чтобы она вышла за меня замуж.

— Вышла за вас замуж?! — Всегда такая уверенная в себе, Аврора задрожала и смутилась.

— Миссис ван Клив, — заговорил Сакстон, — кажется, я должен рассказать вам все. — И он принялся рассказывать, начиная с того дня, как встретил Джиану на Цветочном аукционе. Он рассказал и о гневе, охватившем его, когда в дочери знаменитой Авроры ван Клив узнал купленную им римскую блудницу. — Итак, мадам, я силой уложил ее в постель. Я полагал, что она передо мной в долгу и заставил ее этот долг уплатить. Только не думайте, что я ее соблазнял. — На его лице появилось некое подобие улыбки. — Джиана поехала со мной, но она была больна гриппом и ни слова мне об этом не сказала, до сих пор не понимаю почему. Я не лгу вам, мадам! Ваша дочь хотела меня! Но, к несчастью, ее болезнь и моя… грубость превратили этот чудесный вечер в какой-то идиотский фарс. — Он взглянул на свои руки. — О ее болезни не тревожьтесь: Джнана уже выздоровела. Ей было лучше, когда я ушел за продуктами. Она написала мне вот это. — Алекс протянул Авроре записку Джианы.