Требуется сообщник - Новицкая Ольга Владимировна - Страница 46

– Она еще и мой адвокат, – любезно пояснил Кощей. – Белобог, да я в жизни не поверю, что ты пришел ко мне просто так. Признайся, боишься, что переманят враги?

– У нас нет врагов, – вздохнул Николай. – Где-то меня зовут Николай, где-то Клаус, где-то Ноэль…

– А где-то Йоулуппукки! – подала голос Женька, издав при этом неприличный звук, и тут же поняла, что вино было крепковато.

– Я не говорил, что у меня самый лучший адвокат, – отгородился Кощей выставленными ладонями.

– Прекрати! – чуть громче, чем следовало, велел Николай, и задрожали не только стекла, но и лава где-то на уровне сейсмической активности.

– Не смей орать в этом доме, – привстал Кощей, и сейсмическая активность усилилась.

– Хорошо. Это твой дом, я гость, – повинился Николай. – Только скажи мне, Михаил Николаевич, почему ты отказываешься.

Кощей всерьез задумался, даже затылок почесал, и выдал:

– Да мне, брат, и на Руси не так плохо.

– Пять миллионов жителей? – усмехнулся Николай.

– Семь, – поправил Кощей.

– Пусть так.

– Давай не будем смущать мою гостью, – сменил тему Кощей. – Ну не могу же я, в самом деле, спорить с пожилым человеком.

– Как скажешь.

Лицо Николая переменилось, и вот уже сидели два почти одинаковых человека, настороженно глядя друг на друга. Только у одного были черные волосы и едва пробивающаяся серебристая щетина над верхней губой, а второй – с серебристой гривой и черным пушком.

– Так что? Желаешь получить в команду Михаила Победоносного? Михаила Беспредельного? Михаила Забей-На-Все?

– Да нет же! – досадливо отозвался Николай. – Я хочу, чтобы ты вернулся, брат! Просто вернулся.

– Дьявол оказался более мерзок? – предположил Кощей.

– Он выродок и предатель! Ты же любил Русь. Ты не позволишь его прихвостням захватить твою страну.

– Он здесь ни при чем! – заметил Кощей, раздраженный глупым предположением. – Власти хотят существа попроще. Намного проще.

– О да, и ты в одиночку решил наладить равновесие. Богу это не под силу?

– Боги не могут вмешиваться, – заметил Кощей. – И тебе это известно. Только я могу поддержать равновесие в этом забавном мире. Ибо я человек! Пусть бессмертный, но человек.

– Ты дурак! – взревел Белобог. – Как только ты вернешься, ты сможешь сделать больше! Ты не дашь разрастись нечистой заразе! На твоей Руси люди уживаются с нечистью! Они избегают смертельных мест, прикормили брауни…

– Домовых, – поправил Кощей. – У меня не водятся брауни.

– В заповедные места суются только идиоты…

– Герои, – опять поправил Кощей.

– Я так и сказал, – заметил Николай.

– Минуточку, – остановил его Кощей. – Идиоты это те, кто хочет доказать, что круче их нет на свете, а герой это тот, кто идет спасать, защищать и все такое.

– Оставь терминологию.

– Уговорил. Так вот, едва вернусь «домой», мне станет плевать на отдельную страну. Я перестану видеть разницу между героем и идиотом. Я буду видеть весь мир только в целом и предам своих.

– Каких своих? Уже много веков никто не приносит жертвы Чернобогу! Уже много веков ты легенда. Просто детская сказка!

– Это МОЯ сказка. И я сделал хорошую страну. А ты? У меня есть цари, есть князь с дружиной, который, с подачи всех царей, стережет границы.

– Тупой вояка?

– Тупой вояка, чьи войска не пускают на Русь супостата.

– Ты можешь больше!

– Слушай, Белыш… – начал Кощей.

– Я – Николай, – строго перебил гость.

– Ага. Раньше был Белобогом.

– На себя посмотри.

– Я всегда был самим собой.

– Да ты что? Чернобог, Кощей, Максет, Михаил. Продолжить, брат?

– Я свою суть не менял, – сухо сказал Кощей. – И тебя не предал ни разу в жизни. За все эти века.

– Да я уже сто раз извинялся за тот инцидент! – воскликнул Николай.

– Дурак! – презрительно бросил Кощей. – Как раз за тот инцидент я тебе благодарен. Я узнал, что такое жизнь, а ты все в облаках витаешь.

– Поработай с мое, – огрызнулся Николай.

– А ты с мое. Махнемся? Слушай, Николай, ты давно вообще видел людей?

– В смысле?

– В смысле! Да не нужен был вот этой девчонке мобильник! – Кощей беспардонно указал пальцем на Женьку. – Она мечтала о музыкальном паровозике с плюшевым зайцем на крыше! Это была ее мечта!

Оба смолкли и посмотрели на Женьку.

– А… Откуда вы… – пролепетала та, сгорая от смущения. – Да я вообще-то…

– У меня их семь миллионов! – продолжил Кощей. – И я знаю, что с ними делать!

– И с нищими детьми? – парировал Николай.

– Нет у меня нищих!

– Я сам ему денег подал, – вскочил Николай.

– Какой-нибудь Ивашка-Подорожник, ему вечно дома не сидится. – Кощей вскочил следом, не желая смотреть на брата снизу вверх.

– Короче, брат, – Николай устало опустился в кресло, – давай по-деловому.

– Всегда готов, сам знаешь. – Кощей тоже сел на место. – Вина?

– Да, спасибо. Так вот. Первое, поясни мне, с чего ты так зол? Ты мне не доверяешь. Почему?

– Ах это… Для начала, Белобог, согласно слухам, стал не Николаем, а Георгием. Убийцей драконов.

– Я? – изумился Белобог. – Да я бы в жизни не смог с этими тварями справиться!

– Вот, – констатировал Кощей с деланым сожалением. – А по учебникам – стал.

– Да всегда Юрий у нас по живности работал! – возмутился Белобог.

– Не мои проблемы. Согласно общим христианским поверьям, ты – самозванец и…

– Все, – отрезал Белобог. – Хватит издеваться. Я понял. Это же просто домыслы людей! Они могут считать меня кем угодно, но ты ведь знаешь, кто я! Отчего ты так зол, Чернобог?

– Ну ладно, – сдался Кощей. – Поговорим при свидетелях. Так вот, ты сломал мой меч.

– Меч? – изумился Белобог.

– Да. Тот самый. Мы были молоды, и я выстругал его из ветви Прадуба. Он был крепче железа и защищал меня как своего единственного владельца.

– Не помню, – нахмурился брат.

– Я тебе давал его, когда ты страдал из-за Лели.

– Погоди, – замер Белобог. – Я вспомнил! Такой, с резной рукояткой в виде головы дракона, ты еще порезался, пока стругал. Это ж когда было…

– Ты его спер и сломал.

– Я просто пытался защитить тебя от насилия, – чересчур поспешно отозвался Николай. – Ты хотел развязать войну. Ты собирался вести полки на смерть, не задумываясь над последствиями. Перун…

– Не было тогда полков. И твоего сына еще не было. Просто две толпы нападали друг на друга и устраивали резню за пастбища или другие плодородные земли. Надо было их как-то организовать.

– Я не хотел, чтобы ты стал убийцей! Я надеялся, что ты станешь осмотрительнее и захочешь прекратить насилие!

– Ух ты! А может, просто позавидовал? Может, обидно стало, что Леля предпочла меня? А, брат?

– Если бы у меня сломали любимую игрушку, я бы добрее не стала. – В повисшей тишине Женькин голос прозвучал неожиданно громко.

– Я, собственно, никогда добрым и не был, – откликнулся Кощей. – И меч не был игрушкой. Он был частью меня.

– И с тех пор ты стал замкнутым и… яростным, что ли, – припоминая, протянул Николай.

– Просто я не ожидал от тебятакой подлости, – спокойно пояснил Кощей. – От кого угодно, только не от тебя. Это и была та самая Настоящая Несправедливость, которую помнишь всю жизнь.

Помолчав, Николай открыл рот, словно собираясь сказать нечто важное, закрыл, еще подумал и выдавил:

– Прости меня, Чернобог. Я действительно хотел как лучше и для тебя и для людей. Леля здесь ни при чем… почти.

Он действительно чувствовал себя виноватым, даже неловко заерзал в кресле и не смел глянуть в серые глаза брата.

– Забыли, – отмахнулся Кощей. – Считай, что с моим темным прошлым мы разобрались и детские комплексы искоренили. Ты того, грызи печеньки. Артур специально для тебя старался.

Николай машинально взял угощение и принялся жевать.

– Слушай, брат, – равнодушно начал Кощей, – ты, часом, не в курсе, что там принцесса задумала?

– Анна? – так же равнодушно переспросил Белобог. – В курсе, само собой. Но тебе не скажу.