Требуется сообщник - Новицкая Ольга Владимировна - Страница 33

Вспомнив о вчерашних событиях, Женька вздрогнула. Слишком много всего навалилось за один раз. Вдобавок грызла мысль о Кощее. Перед глазами стоял его образ с разукрашенной физиономией, заплывшим глазом и рассеченной бровью. Еще и сотрясение мозга, судя по симптомам.

Откинув одеяло, Женька быстро встала, наскоро ополоснула лицо, впрыгнула в штаны и натянула рубашку, плюнув на бинт. Все равно одежда свободная, никто ничего не заметит. С размаху врезалась в дверь, взвыла от боли, вспомнила о ключе и наконец оказалась в коридоре.

В коридор выходило еще три двери, и девушка скатилась вниз по лестнице, в поисках хозяина гостиницы. Глядя на очумелое лицо дебильного племянника, тот молча выложил на стойку запасной ключ с привязанным к нему номером комнаты, выжженном на дереве.

Сперва дверь в номер не поддалась, но, приложив определенные усилия, Женька ворвалась внутрь.

Номер был гораздо лучше, чем у нее. На полу даже лежал потертый ковер, на окнах болтались занавески, в углу стоял комод, а на двуспальной кровати валялся без признаков жизни голый Кощей, целомудренно прикрытый простыней от пупка и ниже, до колен.

– Михаил Николаевич, – осторожно позвала Женька.

Она подошла и принюхалась. Перегаром не пахло. Тронув злодея за плечо, Женька отдернула палец и прислушалась. Дыхание не уловила, тело было холодным.

– Эй, вы не умерли?

Ответа, пусть даже в виде шевеления или вздоха, не последовало.

Не отводя взгляда от неподвижного тела, Женька с ужасом вспоминала обо всех смертельных случаях, вызванных разрывами внутренних органов после драк, и принялась, хлопая по карманам, искать зеркальце. Заветный кругляш обнаружился в заднем левом кармане.

– Эвелина Стивовна, – позвала Женька, поднеся зеркало ко рту. – Эвелина же!

В зеркале отражалась только она сама. Поддавшись панике, Женька отвлеклась от неподвижного Кощея и забарабанила пальцами по гладкой поверхности.

– Эвелина Стивавв… Тьфу ты, блин. Эвелина Сти-вов-на! С этим, как его… – она судорожно припоминала, каким из имен назвать Кощея. – Тут с Максетом беда!

Зеркало замутилось, и не прошло двух секунд, как перед Женькиными глазами нарисовалось лицо Эвелины.

– Что с ним опять? – строго осведомилась Эвелина, вместо «здрассте».

– Лежит и не дышит, холодный весь, – захлебываясь, начала описывать Женька. – Он подрался вчера, за деньги, вся морда в кровь, может, его покалечили?

– Может, ты мне его покажешь? – холодно осведомилась Эвелина, и, спохватившись, Женька поднесла зеркало к страдальцу.

– Оттяни ему нижнее веко.

Женька повиновалась, содрогнувшись от вида обнаженного белка.

– Теперь верхнее. Та-ак. Открой ему рот.

Женька надавила на щеки, и челюсть Кощея отвисла. Вид у него был глупый, но смеяться в присутствии Эвелины девушка не рискнула.

– Что он вчера пил?

– Пиво.

– Что еще? У него явные признаки отравы в организме.

Тут до Женьки дошло, и, захлебываясь словами, она рассказала о воде, которую Кощей попросил вылить, и о проигрыше в первых двух раундах.

– Оттуда, видимо, и синяк, – констатировала Эвелина. – Вон тот, на пол-лица, веселенькой расцветки. И рассеченная бровь. Еще, кажется, сломанный нос. Хотя нет, с носом в этот раз все нормально.

– Так что мне делать-то?

– Что ж, – решила Эвелина. – Ситуация некритичная, но помочь стоит.

– А? – Женька вновь повернула зеркало к себе.

Эвелина вздохнула с видом святой страдалицы.

– Иди вниз, – распорядилась она. – Попроси стакан томатного сока, добавь в него яйцо, всыпь щепотку соли, чайную ложку перца, хорошенько размешай, поставь на поднос, рядом пинту пива, тарелку с укропом и все неси сюда. У Максета было сотрясение.

– Было, – ошарашенно кивнула Женька.

– Знаю. Приготовь тазик или корытце, – заключила Эвелина.

– Вот это сойдет? – Женька выудила из-под кровати ночную вазу.

– Вполне, – улыбнулась Эвелина.

Ее улыбка было настолько неожиданной, что до Женьки не сразу дошло.

– Так он что, просто бухой? – возмутилась она.

– Следи за языком, юная мисс! – строго одернула ее Эвелина. – Он не только много выпил, его еще и отравили, не забывай. Ты еще здесь? Шевелись!

Припоминая на ходу английские слова, Женька, грохоча по лестнице, ссыпалась вниз, быстро сгребла на поднос все требуемое и метеором ринулась обратно, прыгая через ступеньку.

– Что дальше? – спросила она, водружая поднос на прикроватный столик.

– Я его разбужу, – высокомерно заявила Эвелина. – Ты вливаешь сок, подставляешь… хм… тазик, остальное пройдет само собой. Он не первый раз в… в таком состоянии. И учти, девушка, я исчезну, и к последующему безобразию не буду иметь никакого отношения. Ясно тебе?

– Меня Евгенией зовут, – огрызнулась Женька, но эту реплику проигнорировали.

– На счет «три», поднеси меня к его уху, – распорядилась Эвелина. – И как только это тело дернется, сунь ему под нос стакан.

– Иначе что? – вызывающе спросила Женька.

– Иначе делай все сама, – поджала губы Эвелина.

Поскольку Женька уже имела горький опыт пробуждения Кощея ото сна, пришлось согласиться на жесткие условия, и она поднесла зеркало к уху Кощея.

– Быстро вставай, ленивый мальчишка! – гаркнула Эвелина.

Женька едва успела отскочить, как Кощей, не открывая глаз, сел на постели. Девушка сразу сунула ему под нос глиняный стакан с адской смесью.

– Быстро пей свое лекарство!

Выдув стакан, Кощей позеленел, со всхлипом втянул воздух и выпучил незрячие глаза.

Сообразив, что последует дальше, Женька быстро убрала зеркальце и подставила посудину.

– Ну да, сотрясение мозга, – дипломатично заметила она, отвернувшись и стараясь дышать через рот. – Еще легко отделались.

– Уйди, – простонал Кощей.

– Не могу, – отозвалась Женька. – Там еще укроп на подносе, вы его пожуйте, пожалуйста.

Послышался звук задвигаемой под кровать посудины и облегченный вздох.

– Уф…

Не глядя, Женька подала укроп.

– Спасибо, детка, – выдохнул Кощей, зажевывая зелень. – Это пиво?

– Моча, – огрызнулась Женька, злясь на себя за то, что переживала за этого гада.

– Имей снисхождение, – примирительно отозвался Кощей, залпом выдув половину кружки. – Я старый человек… Погоди, а где… впрочем, не важно.

Только тут Женька обратила внимание на две измятые подушки. На одной из них виднелся длинный рыжий волос.

– Вас еще и на деньги кинули? – прозорливо решила она.

– Да нет, – ухмыльнулся Кощей. – Считай, я абонемент оплатил.

Он довольно потянулся на кровати, хрустнув суставами, и взгляд стал мечтательным.

– Ты просто не представляешь, до чего приятными могут быть некоторые способы добычи информации.

Перегнувшись через край, он тряхнул ботинок и умилился, словно хомячка нашел.

– Надо же, и впрямь решили последнее забрать!

– То есть мы что, без денег? – воскликнула Женька.

– Не ори, – поморщился Кощей. – Просто мои подружки решили, что утром мы съезжаем, и взяли лишнее. Они же не в курсе, что я решил оплачивать не сразу, а посуточно. Остальные деньги в Библии. Ее точно не тронут.

– Здоровская информация, – заметила Женька.

– Это еще не все, – выдохнул Кощей, допив остатки пива. – Но для начала надо привести себя в порядок. Отвернись, мало ли какие комплексы возникнут, если будешь излишне любопытна.

Женька пренебрежительно фыркнула и развернулась спиной.

– Не подглядывай, я стесняюсь, – весело попросил Кощей, омерзительно быстро оправляясь от похмелья. – И вот что, будь другом, сгоняй за водичкой.

Пообещав сквитаться позже, Женька неторопливо вышла из комнаты и едва не столкнулась со служанкой. На подносе у той стоял кувшин воды для умывания.

– Я отнесу, – хмуро сказала Женька. – Принесите завтрак.

Хоть Кощей и заявлял об отличии между Англиями двух миров, но на завтрак принесли яичницу с беконом, поджаренный хлеб, джем и пузатый чайник с чаем. Для полной картины не хватало лишь овсянки.