Розовая гавань - Коултер Кэтрин - Страница 30

— Да, да, милорд, — подхватила та. — Эти слуги — настоящие свиньи.

Такой приятный голосок, белые и ровные зубки. Гленда без стеснения потерлась о руку сэра Роджера, и глаза у того сразу затуманились. Он, оказывается, еще больший дурак.

— Ты ничего не сделал для восстановления стен, — произнес Северн, отодвигая блюдо. — Почему?

— У меня нет людей, милорд.

— Гвент сказал, что у тебя есть девятнадцать человек. Чем они занимаются?

— Охраняют замок и упражняются в ратном деле.

— Завтра ты разделишь их на три группы. Одна группа упражняется, другая охраняет замок, а третья начинает восстанавливать стены.

Сэр Роджер пискнул что-то невразумительное.

— Моих денег было вполне достаточно, чтобы нанять людей в деревне. Что ты сделал с этими деньгами, сэр Роджер?

— Я уже докладывал, милорд, денег едва хватило на еду и одежду.

— Здешние слуги грязные и оборванные, моя собственная мать одета в лохмотья. Если ты тратил деньги на одежду, то кто ее носит?

— Милорд, какой смысл наряжать вашу матушку? Ей все равно, новое на ней платье или старая дерюга.

— А куда делись платья леди Морайны? — вкрадчиво спросила Гастингс. — В ее сундуке я нашла одни лохмотья.

— Кто такая леди Морайна? — услышала Гастингс вопрос Гленды, с которым та обратилась к сэру Роджеру.

— Женщина, к которой ты была столь добра, — ответила за него Гастингс. — Сумасшедшая, за которой ты столь нежно и преданно ухаживала.

— Милорд, Гленда просто не знает имени вашей матушки.

— Где одежда леди Морайны?

— Ax, — произнесла Гастингс елейным голоском, — дозволено ли мне предположить, что все находится в спальне, в одном из огромных сундуков?

— Да, — подтвердила Гленда. — Бедному, лишенному разума существу ни к чему роскошные наряды, вот я и распорядилась хранить их там.

— По-моему, одно из этих платьев на тебе, — заметила Гастингс.

— Ах, нет, ее платья старомодны и уродливы.

— Я желаю просмотреть счета, сэр Роджер.

Немедленно.

— У нас нет управляющего, милорд.

— Тогда покажи хотя бы то, что осталось у тебя.

— Должен признаться, милорд, я истратил не все деньги, — проблеял сэр Роджер, обливаясь потом. — Я их придержал, не тратил без пользы. Я очень предусмотрительный человек.

Северн медленно поднялся, отпихнув назад кресло. Он стоял, высокий и грозный, поигрывая кнутом, и Гастингс могла бы поклясться, что ощущает животный ужас сэра Роджера. Но она молча глядела на мужа.

Тот подошел к сэру Роджеру, схватил за шиворот и, подняв в воздух, спокойно произнес:

— Ты сию же минуту подашь сюда все оставшиеся деньги. Найдешь все счета, какие у тебя имеются. Немедленно принесешь их и предъявишь мне. — Потом он разжал пальцы и тут же обратился к Гленде, которая больше не казалась такой самоуверенной:

— А ты принесешь мне все платья. Прямо сейчас.

Северн не прикоснулся к ней, только смотрел, как она бочком вылезла из-за стола и опрометью кинулась прочь. Обернувшись к жене, он, к ее немалому изумлению, лукаво подмигнул ей:

— Скоро мы разберемся в этой каше.

Гастингс неожиданно вспомнила, как впервые увидела его в Оксборо, и как он напугал ее тогда своей неподвижностью. А теперь он стал ее мужем, ее любовником. Он нагнал страху на парочку негодяев и весело подмигнул ей.

Сердце у нее пело от счастья.

Глава 16

Гленда не была столь глупа, чтобы держать свои платья в спальне. Ведь остальные слуги ее ненавидят и украли бы все, что сумели разыскать. Нет, свои платья она спрятала надежно.

Когда Гленда вошла в зал с целым ворохом одежды, Северн лишь выразительно посмотрел на жену.

— Надеюсь, — сказала Гастингс, — ты принесла все вещи, приобретенные на деньги милорда.

Иначе пеняй на себя.

— Милорд, — прошептала Гленда, умоляюще глядя на хозяина, — может, и осталось несколько старых платьев, не ходить же мне совсем голой. Я могла бы, милорд, доставить вам намного большее удовольствие, чем то, что вы получаете от леди. Она мегера с громким голосом, вы женились на ней только из-за денег ее отца. Всем известно, какую жертву вы принесли. Я могла бы облегчить ваши страдания, милорд.

Северн не успел ответить, поскольку Гастингс уже схватила девушку за волосы и притянула к себе.

— Не смей так говорить с моим мужем. Уж не считаешь ли ты меня тупой коровой, которая будет молча выслушивать оскорбления? Да, я богатая наследница, но не такая, как все. Спроси у милорда. Знаешь ли ты, что я разбираюсь в травах и могу отомстить всякому, кто дерзнет мне перечить? Могу сделать так, чтобы месячные у тебя не прекратились, ты будешь истекать кровью до тех пор, пока не станешь тощей и бледной. Хочешь ли ты этого, Гленда?

Такая угроза оказалась для Северна полной неожиданностью, а девушка побелела от страха.

— Никогда не забывай, что я мегера с громким голосом, и ты первая его услышишь, если посмеешь снова рассердить меня. — Гастингс оттолкнула девушку. — Иди за остальными платьями, иначе я выполню обещание уже сегодня.

Гленда вылетела из зала, как будто за нею гнался сам дьявол. Северн обернулся к жене, и она показалась ему странной. Краска сбежала у нее с лица, а глаза, обычно ярко-зеленые, стали почти черными.

— Что случилось, Гастингс?

— Ничего.

— Скажи мне правду, или я обижусь. — Он крепко прижал ее к себе, нежно гладя по спине.

— Я же поклялась Ведунье не делать таких вещей. Северн глядел на нее, чувствуя себя глупцом.

— Значит, ты грозила мне водянкой не всерьез?

— Я не знаю, как это делается. Нет, даже если бы мне был известен рецепт, я бы все равно так не поступила.

— Сейчас я уже не помню, за что ты мне пригрозила, однако наказания тогда наверняка заслуживала. Хотя я испугался, слишком уж отвратительно превращаться в грязную свинью. Черт побери, за что же мне тогда хотелось тебя придушить?

— Теперь это уже не важно. Когда вернемся, надо будет покаяться Ведунье. Она вполне может наказать водянкой меня.

Бесхитростность жены рассмешила Северна, но скоро он вновь помрачнел.

— И ты в самом деле хотела исполнить то, чем пригрозила Гленде?

— Сейчас уже нет, но в ту минуту хотела. Сэр Роджер от нее без ума.

— Он просто дурак.

— Надеюсь, он не предаст тебя из-за Гленды. Северн только покачал головой:

— Значит, ты давала Ведунье какую-то клятву?

— Когда я была совсем малышкой. Ведунья без конца повторяла, что нельзя причинять вред другим людям, пользуясь своим знанием, а если я ослушаюсь, все мои лекарства мигом утратят целебные свойства.

— Тогда лучше забудь о своих угрозах Гленде. Ты верно подметила, Гастингс, сэр Роджер — дурак. Ага, вот и он. Мне становится все интереснее.

Северн был уверен, что в толстом кошеле отнюдь не все деньги. Об этом говорили и бегающие глаза сэра Роджера, и его суетливые движения, когда он развязывал кошель, и пот, выступивший у него на лбу.

— Что ты собирался делать с этими деньгами? — мрачно осведомился Северн.

— Я хотел обождать, милорд, разобраться, что нужнее всего.

— Разве я не давал тебе исчерпывающих приказаний? Разве ты сам не видел разрушенную стену и запущенные поля? Не видел истощенных людей вокруг себя? Клянусь глазами святого Андрея, ты ничего не сделал, только приоделся сам и приодел свою любовницу. Ты даже не вычистил отхожие места, и туда невозможно войти. Проклятье, тебе даже не хватило ума купить приличную еду, чтобы подать хозяину.

— Я берег ваши деньги, милорд, — перепугался сэр Роджер. — Что же в этом плохого? Я здесь всего полтора месяца и, конечно, за такой короткий срок еще не успел ничего сделать. К тому же, милорд, вы еще полгода не собирались здесь появляться.

В зал вошла Гленда с новым ворохом одежды. Хотя она не выглядела столь испуганной, как сэр Роджер, но все же поняла, что близок час расплаты.

— Гастингс, — приказал Северн, — займись вещами, отложи то, что может подойти моей матери.