Семья Корлеоне - Фалько Эд - Страница 33

Сдвинув шляпу назад, он наклонился на рулевое колесо и посмотрел вверх на окна квартиры Эйлин. Свет горел в окнах гостиной. Сонни не знал, как отнесется Эйлин к тому, что он завалится к ней вот так, без звонка, поздно вечером. Сонни взглянул на часы. Было почти девять, то есть Кейтлин, скорее всего, уже в кровати. У него мелькнула мысль, что Эйлин по вечерам тоскует у себя дома в одиночестве, как и он сам, вынужденная от скуки слушать радио перед тем, как лечь спать, и он вышел из машины и позвонил в дверь, после чего отошел на тротуар. Распахнув окно, Эйлин выглянула на улицу, и Сонни раскрыл свои объятия.

— Я подумал, может быть, ты будешь рада гостям.

На Эйлин было голубое платье с белым воротничком, волосы у нее были завиты щипцами.

— Ты уложила волосы, — сказал Сонни.

Эйлин улыбнулась, но он не смог понять, что означает ее улыбка. Похоже, Эйлин не очень-то была рада его видеть, но, с другой стороны, недовольства по этому поводу она тоже не испытывала.

Закрыв окно, Эйлин скрылась в комнате, не сказав ни слова. Шагнув на крыльцо, Сонни стал ждать звуки открывшейся двери в квартиру и шагов по лестнице. Ничего не услышав, он снял шляпу и почесал голову. Затем снова отошел на тротуар и посмотрел на окна — и тут входная дверь распахнулась, и на улицу выскочил Корк.

— Привет, Сонни! — воскликнул он, держа дверь раскрытой настежь. — Что ты здесь делаешь? Эйлин сказала, ты меня ищешь?

— Черт побери, что с тобой? — сказал Сонни. Он произнес это чересчур громко и чересчур резко, стремясь скрыть свое изумление от встречи со своим другом, но тот, похоже, ничего не заметил.

На рубашке Корка в области сердца алели яркие отпечатки маленьких ручек.

— Это Кейтлин, — сказал Корк, хмуро оглядывая пятна. — Рубашка безнадежно испорчена.

Сонни провел пальцем по красным пятнам. Палец остался чистым.

— Какая-то детская краска, — сказал Корк, по-прежнему разглядывая отпечатки ручек. — Эйлин говорит, рубашке каюк.

— Эта малышка — просто страх божий.

— На самом деле она очаровательное создание, — возразил Корк. — Так в чем дело?

— Я заглянул к тебе домой, — солгал Сонни. — Тебя там не было.

— Потому что я здесь, — сказал Корк, скосив взгляд на друга, словно спрашивая, не отупел ли тот внезапно.

Сонни кашлянул в кулак, лихорадочно соображая, что бы такое сказать. Наконец он вспомнил про план следующего дела.

— До меня дошли сведения об одной небольшой партии, — сказал он, понизив голос.

— Что? Сегодня?

— Нет. — Подойдя к Корку, Сонни прислонился к дверному косяку. — Пока что я еще не знаю точно, когда. Я просто хотел с тобой посоветоваться.

— Что за дело? — Взглянув на лестницу, Корк пригласил Сонни пройти в дом. — На улице похолодало. Такое ощущение, будто уже пришла зима.

— Партия небольшая, — повторил Сонни. Усевшись на ступеньку, он сдвинул шляпу на лоб. — Ее привезут в легковой машине со специальным тайником под днищем. И еще несколько бутылок будет спрятано под обшивкой салона.

— Чей это товар?

— А ты как думаешь?

— Опять Марипозы? И что мы будем с ним делать? Сбыть его Луке не получится.

— Что самое хорошее, — торжествующим тоном произнес Сонни, — Джук купит у нас напрямую. Никаких посредников.

— А если Марипоза узнает, что Джук торгует его «бухлом»?

— Откуда он это узнает? — сказал Сонни. — Уж Джук-то, черт возьми, точно ему не скажет. И в Гарлеме Марипоза не работает.

Подсев к Сонни, Корк вытянулся на ступенях словно в кровати.

— И сколько мы заработаем на такой маленькой партии?

— Вот в чем вся прелесть, — сказал Сонни. — Это первоклассное шампанское и вино прямиком из Европы. Товар — высший класс: по пятьдесят, а то и по сто зеленых за бутылку.

— Сколько всего бутылок?

— По моим прикидкам, от трехсот до четырехсот.

Откинув голову на ступеньку, Корк закрыл глаза, занимаясь арифметикой.

— Матерь божья, — с восхищением произнес он. — Однако Джук нам столько не заплатит.

— Разумеется, не заплатит, — согласился Сонни, — но мы все равно сорвем неплохой куш.

— Откуда ты получил наводку?

— Тебе это незачем знать, Корк. Ты, что, мне не доверяешь?

— Твою мать, — пробормотал Корк, — ты сам прекрасно понимаешь, что если Марипоза нас найдет, мы покойники.

— Он нас не найдет, — уверенно заявил Сонни. — К тому же мы и так уже покойники, если он нас найдет. Так что лучше уж мы будем богатыми покойниками.

— Сколько человек… — начал было Корк, но тут наверху открылась дверь в квартиру. На площадку вышла подбоченившаяся Эйлин.

— Бобби Коркоран, ты не хочешь пригласить своего друга в дом, или же вы будете торчать на лестнице, строя свои страшные замыслы?

— Пошли в дом, — согласился Корк. — Эйлин угостит тебя чашкой кофе.

Сонни одернул полы пиджака.

— Ты точно ничего не имеешь против? — спросил он у Эйлин.

— Разве она только что сама не сказала мне пригласить тебя в дом? — спросил Корк.

— Не знаю, — сказал Сонни, — а что, она говорила?

Появившаяся за спиной Эйлин маленькая девочка обхватила мать за ногу.

— Дядя Буби! — воскликнула она.

— Она просто прелесть, — заметил Корк, обращаясь к Сонни, после чего прыжками взбежал по лестнице и подхватил девочку, которая с радостным визгом попыталась скрыться от него в квартире.

— Заходи, — сказала Эйлин. — Нет смысла торчать в подъезде. — Вернувшись в квартиру, она оставила дверь открытой.

Пройдя на кухню, Сонни застал там Эйлин, уютно устроившуюся за столом с чашкой кофе и тарелкой выпечки.

— Садись, — сказала она, пододвигая ему чистую чашку. Уложенные в новую прическу, ее волосы казались светлее. Кудри сияли в свете лампы при каждом движении ее головы.

Корк вошел на кухню с маленькой Кейтлин на плечах.

— Поздоровайся с Сонни, — сказал и, плюхнувшись за стол, снял девочку с плеч и усадил ее себе на колени.

— Здравствуйте, мистер Сонни, — сказала Кейтлин.

— Привет, Кейтлин. — Переведя взгляд с девочки на ее мать, он сказал: — Ого! Да ты почти такая же красивая, как твоя мать.

Эйлин вопросительно посмотрела на него, но Корк только рассмеялся и сказал:

— Ты смотри, она может зазнаться. — Опустив Кейтлин на пол, он похлопал ее по попке и сказал: — Иди в комнату, поиграй минутку одна.

— Дядя Буби! — с мольбой произнесла девочка.

— И перестань называть меня дядей Буби, а то я тебя хорошенько выпорю.

— Обещаешь? — спросила Кейтлин.

— Что? — удивился Корк. — То, что я тебя хорошенько выпорю?

— То, что через минуту придешь поиграть со мною?

— Обещаю, — заверил ее Корк, указывая на дверь.

Поколебавшись немного, девочка украдкой взглянула на Сонни и выскользнула в гостиную. Она унаследовала от отца замечательные светлые волосы, а от матери — золотисто-карие глаза.

— Дядя Буби, [29] — повторил Сонни и рассмеялся.

— Разве это не замечательно? — сказала Эйлин. — Устами младенцев…

— А ты ее не подстрекай, — остановил сестру Корк. — Кейтлин говорит так, только чтобы меня позлить.

Задумчиво поиграв со своей чашкой, Эйлин обратилась к Сонни:

— Значит, вы слышали, что некий мистер Луиджи Батталья по прозвищу «Хукс» [30]по-прежнему продолжает искать убийцу Джимми?

Сонни повернулся к Корку.

— А, — сказал тот, — когда я последний раз столкнулся с Хуксом, он попросил меня передать сестре, что он не забыл насчет Джимми.

— Прошло уже почти два года, — сказала Эйлин, обращаясь к Сонни. — Два года, а он все еще не нашел убийцу Джимми. В лице мистера Хукса Баттальи мы получили самого настоящего сыщика, не так ли?

— По словам Хукса, это дело рук одного из громил Марипозы, — сказал Корк.

— А разве я этого без него не знала? — сказала Эйлин. — Разве это не известно всем? Вопрос в том, который именно из громил Марипозы, и будет ли когда-нибудь что-либо сделано по этому поводу теперь, по прошествии такого времени?