Семья Корлеоне - Фалько Эд - Страница 23

— Келли… — Лука закрыл глаза, словно желая на мгновение спрятаться. — Открыв их, он сказал: — Ты же знаешь, кукольное личико, что ты единственная, кого я сюда привожу. Ты прекрасно это знаешь.

— Все это так мило, — пробормотала Келли, сжимая ворот халата обеими руками. Она вцепилась в махровую ткань, словно стремясь удержаться за нее. — В таком случае, где же ты сношаешь остальных своих шлюх, а? В каком-нибудь дешевом борделе?

Рассмеявшись, Лука надавил пястями на глаза.

— Мне нравится заведение мадам Кристалл на Риверсайд-драйв, — сказал он. — Знаешь его?

— Откуда мне его знать? — выкрикнула Келли. — Что ты хочешь этим сказать?

Лука похлопал по кровати рядом с собой.

— Иди ко мне.

— Зачем?

— Я сказал, иди ко мне.

Келли оглянулась на лестницу и в окно внизу, за которым была видна дорожка, пустынное шоссе и деревья за ним.

— Не вынуждай меня повторять еще раз, — сказал Лука.

Вздохнув, Келли сказала:

— Ради всего святого, Лука…

Забравшись на кровать, она уселась рядом, по-прежнему сжимая воротник халата.

— Я задам этот вопрос еще один раз, и мне нужен ответ, — сказал Лука. — Кто этот студент, о котором ты говорила у Джука?

— О, только не это, — отмахнулась Келли. — Я же тебе все объяснила. Так, никто. Просто парень.

Схватив Келли за волосы, Лука поднял ее вверх, словно марионетку, и развернул лицом к себе.

— Я тебя хорошо знаю, — сказал он, — и я чувствую, что это не все. И сейчас ты мне расскажешь правду.

— Лука, — сказала Келли, ухватившись за его руку и вставая. — Ты мой парень, Лука. Клянусь. Ты единственный.

Лука лишь еще крепче схватил ее за волосы и замахнулся второй рукой.

— Не надо, Лука! — взвизгнула Келли. — Пожалуйста! Я залетела, Лука. Я залетела, и это твой ребенок!

— Что? — спросил Лука, привлекая ее к себе.

— Я беременна, — прошептала Келли, наконец давая волю слезам, которые столько сдерживала. — Это твой ребенок, Лука.

Отпустив ее, Лука сбросил ноги с кровати и уселся неподвижно, уставившись на стену. Наконец он кивнул.

— Лука, — тихо произнесла Келли. Она прикоснулась ему к спине, и он резко отдернулся от нее. — Лука, — повторила она.

Сходив к шкафу, Брази вернулся, листая черную записную книжку. Найдя то, что искал, он присел на край кровати напротив Келли и сказал, указывая на телефон:

— Снимай трубку и звони вот по этому номеру.

— Зачем, Лука? Зачем я должна кому-то звонить?

— Ты избавишься от ребенка, — сказал Лука, положив записную книжку на кровать перед Келли. Он не сводил с нее глаз, ожидая, как она будет себя вести.

Келли отпрянула от записной книжки.

— Нет, — пробормотала она. — Я не могу, Лука. Мы оба отправимся в ад. Я не могу!

— Глупая девка, — усмехнулся Лука, — нам обоим все равно прямая дорога в ад. — Взяв со столика телефон, он бросил его на кровать рядом с Келли. Трубка слетела с рычажка, и Лука повесил ее обратно. Взяв телефон, он протянул его Келли. — Набирай номер.

Келли молча покачала головой, и Лука швырнул телефон ей в лицо.

Келли вскрикнула, не столько от боли, сколько от страха.

— Я ни за что на это не пойду! — заорала она, отодвигаясь вглубь кровати.

Лука поставил телефон назад на столик.

— Ты избавишься от ребенка, — невозмутимым тоном промолвил он.

— Нет! — взвизгнула Келли.

Поднявшись на колени, она бросилась на него.

— Вот как?

Запрыгнув на кровать, Лука ногой столкнул Келли на пол.

Забившись в угол, та крикнула:

— Я не избавлюсь от ребенка, Лука! Пошел ты к такой-то матери! Я ни за что на это не пойду!

Лука подхватил Келли, одной рукой под ноги, другой под плечи, не обращая внимания на то, что она отчаянно колотила его кулаками в грудь и по лицу; отнес ее к лестнице и швырнул вниз.

Скатившись до конца пролета, Келли извергла поток ругательств. Она ничего себе не разбила, лишь ударилась головой о балясину и разодрала оба колена, но ничего серьезного не произошло.

— Ты жалкий итальянский ублюдок, Лука! — крикнула Келли, лежа внизу лестницы.

Лука молча кивнул. Его лицо стало таким мрачным, что он казался совершенно другим человеком. В подвале снова взревела котельная, и весь дом содрогнулся.

— Ты хочешь знать об этом студенте? — крикнула Келли. Ее халат раскрылся, она поднялась на ноги, плотно запахнула полы и завязала пояс аккуратным узлом. — Это Том Хаген. Ты знаешь, кто он?

Лука молча смотрел на нее и ждал.

— Он сын Вито Корлеоне, — продолжала Келли, — и я отдалась ему, хотя и знала, что ношу твоего ребенка. Что ты скажешь на это, Лука?

Лука только кивнул.

— И что ты теперь сделаешь? — спросила Келли, делая шаг навстречу ему. — Ты ведь знаешь, кто такие Корлеоне, не так ли, Лука? Все вы, громилы-макаронники, знаете друг друга, верно? Так что же ты теперь будешь делать? Ты убьешь меня, пока я ношу в себе твоего ребенка? После чего убьешь малыша Вито Корлеоне? Ты пойдешь войной на всю семью?

— Он не сын Вито, — спокойно произнес Лука, — но я действительно его убью. — Он начал было спускаться по лестнице, но остановился. — Откуда ты вообще знаешь о Вито Корлеоне и его семье? — В его голосе прозвучало одно только любопытство, словно вся ярость внезапно испарилась.

Келли поднялась еще на одну ступеньку. Ее руки сжались в кулаки.

— Хукс все мне рассказал о семье Корлеоне, — сказала она, делая еще один шаг вверх. — И я сама тоже навела кое-какие справки.

У нее на щеке выступила кровь, и Келли ее смахнула. Она не знала, откуда кровь.

— Вот, значит, как? — сказал Лука, и внезапно его голос наполнился весельем. — Ты навела справки?

— Совершенно верно, Лука, — подтвердила Келли. — Я все разузнала о семье Корлеоне. И знаешь, что я выяснила? Она не настолько сильна, чтобы ты не мог ее завалить, Лука. Кто круче тебя? Ты мог бы запросто прибрать к рукам владения Корлеоне и зашибать миллионы.

— Возможно, этим все и кончится, — сказал Лука, — поскольку теперь ты вынуждаешь меня пришить одного из ребят Вито.

— А что насчет меня? — спросила Келли, и ее голос несколько смягчился, словно проникнутый страхом. — Меня ты тоже убьешь?

— Не-ет, — сказал Лука. — Тебя я не убью. — Он начал спускаться вниз, медленно и грузно, словно увлекаемый весом собственного тела. — Но я устрою тебе такую взбучку, какую ты не забудешь до конца дней своих.

— Давай, валяй! — выкрикнула ему в лицо Келли. — Какое мне до этого дело? Какое мне дело до чего бы то ни было?

Вскинув подбородок, она поднялась еще на одну ступеньку и стала ждать Луку, глядя ему в глаза.

Приподняв простыню, Эйлин заглянула под нее.

— Господи, Сонни, — пробормотала она, — да на этой штуковине нужно возвести храм!

Сонни поиграл с ее волосами, ниспадающими на обнаженные плечи. Ему нравилось ощущать пальцами их шелковистую нежность. В этот бурный осенний день они с Эйлин лежали в кровати. Лучи вечернего солнца проникали в щели решетчатых ставней окна, расположенного прямо над изголовьем, окрашивая спальню в алый цвет. Кейтлин была у бабушки, которая забирала ее по средам на весь день до самого ужина. Эйлин закрыла булочную на час раньше обычного.

— В школе ребята называли меня «Жезлом».

— Жезлом? Вот как?

— Ага, — подтвердил Сонни. — Знаешь, в раздевалке после урока физкультуры мы…

— Можешь не продолжать, я все поняла, — перебила его Эйлин. — Картина ясна.

Обхватив за талию, Сонни привлек ее к себе. Уткнувшись носом в ее волосы, он поцеловал ее в макушку.

Эйлин положила голову ему на грудь. Помолчав немного, она продолжила с того места, на котором остановилась.

— Честное слово, Сонни, надо его сфотографировать. Когда я расскажу о нем своим подругам, они сочтут меня самой последней лгуньей во всем Нью-Йорке.

— Прекрати, — остановил ее Сонни. — Мы оба прекрасно понимаем, что никому ты ничего не расскажешь.

— Верно, — согласилась Эйлин. — Но мне бы очень хотелось, — мечтательно добавила она.