Возвращение - Чужин Игорь Анатольевич - Страница 78

Вылечить три десятка раненых кавалерийским наскоком невозможно, поэтому я оказывал только экстренную помощь, стараясь перевести наиболее тяжелых из разряда умирающих в категорию выздоравливающих. К счастью, все раненые бойцы Легарда и Люсиэль выжили, и у меня появилась возможность заняться недорезанными заговорщиками. Ушастые по своей природе живучи, как кошки, и я знал, что истинные эльфы, скорее всего, выкарабкаются и без моей помощи, а кому суждено умереть, тот давно уже умер. Поэтому неотложная помощь требовалась в основном полукровкам, которые мало чем отличались в плане живучести от людей или орков. Но если все наши бойцы выжили, то, увы, среди пленных умерло семеро полукровок, так и не дождавшихся медицинской помощи. Умер также князь Алдаран, глава Дома Ворона, сломавший себе шею в результате неудачного прыжка в окно, а князь Артаэль, глава Дома Ночной стражи, все-таки выкарабкался.

Закончив обработку ран последнего пациента, я смыл с себя кровь и завалился спать. Люсиэль получила строгий приказ разбудить меня, только если на Геонил нападут черти, и проспал под бдительной охраной Энеи и Тузика до вечера следующего дня. Разбуженный зверским голодом, я сразу потребовал завтрак, а заодно обед и ужин, после чего снова завалился спать.

Пока я дрыхнул в обнимку с Тузиком, Легард успел навести относительный порядок в замке, а его бойцы выловили с помощью малхусов всех недобитых заговорщиков, затаившихся в окрестностях замка. Энея каким-то образом сумела оповестить свою стаю об опасности, и к Геонилу сбежались два десятка полукровок. В результате нашей эпохальной победы подвалы замка оказались забиты пленными, которых нужно было допросить, чем я, собственно, и решил заняться.

Первым на допрос привели князя Алтазара Стремительного – главу Дома Белой Совы. Князя помяло рухнувшей люстрой, и телохранитель успел его вытащить с поля боя еще до того, как в зале начал бушевать ураган по имени Энея. Волчица спасала своего детеныша и рвала без разбора всех, кто вставал на ее пути. Даже князь Дарниэль, глава Дома Хранителей малхусов, погиб от клыков эльфийской волчицы, хотя между ними сложились многолетние приятельские отношения.

Чтобы не тянуть кота за хвост и не играть в заговоры по эльфийским правилам, я просто вломился в мозг князя Алтазара и выпотрошил из него необходимую информацию. После зомбирования и установки в мозгу эльфа магических закладок я решил поговорить с князем по душам и вывел его из гипноза. Князь оказался на удивление интересным собеседником, и если бы он всего лишь сутки назад не пытался меня убить, то мы могли бы стать закадычными приятелями. Однако всю эту заварушку организовал именно Алтазар, и я прекрасно понимал, что за личиной показного дружелюбия скрывается ядовитая змея, готовая ужалить в любую секунду.

Предыстория нападения на Геонил была такова: две недели назад в Эльфийскую долину добралась группа эльфийских агентов Далранского королевства, которые не были арестованы во время разгрома шпионской сети в Руане. Командовал маленьким отрядом барон Легран – резидент эльфийской разведки, обеспечивающей связь с Эльфийской долиной, и двое его агентов. Эта группа избежала ареста только потому, что на нее не имели прямого выхода другие члены шпионской сети, даже посол в Далранском королевстве Аримар не знал резидента в лицо. Беглые шпионы доставили в Мелиан архивы резидентуры и подробные сведения обо всех значимых политических фигурах Далранского королевства, а также сведения на Колина и его ближайших соратников. Мало того, барон Легран ухитрился составить довольно правдивое досье на князя Ингара Геонского, хотя оно основывалось в основном на слухах и сплетнях. Однако порой достаточно косвенных свидетельств, чтобы составить достоверный портрет человека, – необходимо просто сопоставить имеющиеся факты и подумать головой, а мозги у барона работали отлично.

Именно мое досье до смерти перепугало Совет эльфийских Домов, а когда появилась информация о том, что Дом Хранителей портала фактически находится под контролем какого-то князя Ингара, эльфы решили расправиться с пришельцем с Геона. Душой заговора стал князь Алтазар из Дома Белой Совы, который за свою жизнь организовал множество комплотов и считался лучшим интриганом среди перворожденных, поэтому разработку плана доверили ему. Князь с энтузиазмом взялся за дело, даже, можно сказать, вложил в заговор всю свою душу.

Из моего досье заговорщики узнали, что князь Ингар сильный маг и в открытом бою у эльфов возможны большие потери, поэтому разработали многоходовый план, который и попытались привести в исполнение. У перворожденных даже мысли не возникло, что они могут потерпеть поражение от какого-то человечка, однако платить своей голубой кровью они не хотели.

Ушастые по древней традиции не собирались идти в бой с открытым забралом, а решили пойти привычным путем интриг и предательства. Любая попытка провести в Геонил большой отряд воинов вызвала бы у Легарда обоснованные подозрения, поэтому Совет решил задействовать в заговоре всех членов Совета эльфийских Домов, которым по статусу полагались два телохранителя, а два десятка элитных бойцов могли продержаться до подхода основных сил и открыть ворота штурмовому отряду.

Перворожденные довольно пренебрежительно относятся к умственным способностям людей, к тому же люди зачастую подтверждают это невысокое мнение своим поведением. Поэтому эльфы решили не заморачиваться и сыграть на человеческих слабостях князя Ингара – намеревались с помощью притворной лести и славословия усыпить мою бдительность, а убить меня должна была Энея.

Малхусы являются для эльфов священными животными, примерно как коровы для индийцев, а поэтому могут находиться там, где им заблагорассудится, и ни одному перворожденному даже в голову не придет ограничивать это их право. Поэтому заговорщики решили использовать эльфийскую волчицу как главную ударную силу в своем плане, чтобы наверняка расправиться со мной.

Князь Дарниэль, глава Дома Хранителей малхусов, пригласил эльфийскую волчицу в Геонил, якобы за эликсиром жизни для Тузика, который родился раньше положенного срока. Энея, как и любая любящая мать, тряслась над своим чадом и считала его слабым и болезненным, а поэтому по первому зову последовала за Дарниэлем в Геонил.

Когда я прибыл на встречу с членами Совета, эльфы сразу приступили к воплощению в жизнь плана заговора. Слуги Дарниэля забрали Тузика у матери якобы для проведения лечебных процедур, а волчица осталась ждать сына во дворе замка. Появление Энеи в Геониле никого не насторожило, а когда пришло время уничтожить князя Ингара, один из слуг Дарниэля крикнул из окна, что ее сын в опасности. Волчица обезумела от страха за своего детеныша и ринулась спасать Тузика.

Последующие события описаны выше, и вам известно, что заговор с треском провалился. Произошло это по банальной причине – уж слишком заумным был план, а когда путь к цели слишком извилист, то появляется много побочных факторов, влияющих на ход событий. Я и сам зачастую грешу подобными ошибками и там, где необходимо тупо дать в лоб оппоненту, начинаю мудрствовать.

Однако после беседы с Алтазаром я поступился принципами и сразу после допроса прирезал ушастую тварь, которая организовала весь этот кровавый бардак. Когда кинжал пробил сердце князя, тот был очень удивлен моим поступком и умер с недоумением в глазах. Правда, эльф успел перед смертью прошептать:

– Зачем?

– Ничего личного. Просто нельзя оставлять за спиной такого опасного врага, как ты! – ответил я эльфу, но мне неизвестно, успел ли он услышать ответ.

Пока охрана уносила труп Алтазара и смывала кровавые следы с пола, я решил перекусить и продумать план допроса князя Артаэля, главы Дома Ночной стражи. За столом мне прислуживала Люсиэль, которая, похоже, никак не решалась задать мне какой-то вопрос.

– Не бойся, спрашивай, я отвечу, – сказал я, бросая недоеденный кусок оленины Энее, которая кормила молоком урчащего от удовольствия Тузика.

– Мой князь, прошу простить мою дерзость, но зачем нужно было убивать князя Алтазара Стремительного? – робко спросила меня Люсиэль.