Магиня для эмиссара - Кузьмина Надежда М. - Страница 91

И, больше не глядя на Андреаса, развернул меня за локоть в сторону бального зала.

— Пойдёмте, ньера.

А когда мы отошли на несколько шагов, фыркнул мне в ухо:

— Прикинь, какая у него будет физиономия, когда он выяснит, кто я такой.

Я засмеялась. Но потом всё же попросила:

— Проследи, чтобы при Дворе его духу не было. От него никакой пользы, кроме вреда.

— Обещаю, — серьёзно кивнул муж, усаживая меня на банкетку у стены и вручая бокал со шербетом, который он всю дорогу нёс в руках. Заглянул ласково в глаза: — Сита, Сита… ты такую тяжесть у меня с души сняла. — Усмехнулся. — Отблагодарю дома. — И, после паузы, удовлетворённо добавил: — Ну вот, уже нормальный цвет лица. Пойдём потанцуем?

Пользуясь тем, что Соль ещё спала, а ехать до дома было недалеко, мы протанцевали не один, а четыре танца. Рейн представил меня ещё целой толпе разномастных ньеров и ньер, все были крайне любезны, правда, запомнила я одного «кузена Тулайна», и тот мне как раз не слишком понравился, потому что под прицелом его чёрных, ничего не выражающих глаз я почувствовала себя дичью. Словно я — птица, а он — змея.

Уже когда собирались уходить, к нам подплыла аппетитная, как кремовый торт, белокурая ньера и защебетала:

— Ах, милый Рейн, представь меня своей жене! Ньера, мы с вашим мужем — давние и очень близкие друзья, не правда ли, дорогой?

Дорогой невозмутимо произнёс:

— Алессита, познакомься. Это — ньера Лисетта лен Обригон, я тебе рассказывал.

Упомянутая ньера кокетливо облизнула розовые губки и затрепетала ресницами, приседая в реверансе. Блондинка — а до чего похожа на незабвенную брюнетку Орсетту! Лисетта, Орсетта — одного поля ягоды. Надо посоветовать Рейну познакомить ньеру Обригон с экс-гадом. Почему я думаю, что они найдут общий язык? Или это будет мелко?

Я лишь чуть склонила голову. Вот он, первый бонус от принадлежности к дому Райнесан — не кланяться кому попало.

— Ньера Обригон, очень приятно.

— Несомненно, мы станем близкими подругами, — расцвела в фальшивой улыбке Лисетта.

— Простите, нам пора. — Рейн чуть поклонился, а затем развернул меня к потенциальной подруге спиной. Я не противилась, занятая раздумьями, что, если эта особа попытается нанести нам визит, напущу на неё ларру.

— Ну и лицо у тебя, — хмыкнул Рейн.

— Ньера Лисетта — кошка в корсете, — пробормотала я под нос.

— Не обижай кошек, — засмеялся муж.

Но на этом всё не закончилось. Из-за Лисетты мы не сумели смыться до того светлого момента, когда в бальном зале появился Риналдо. И захотел продолжить беседу, о чём оповестил поймавший нас уже у дверей придворный.

Я напряглась — снова беседовать с королём почему-то совсем не хотелось.

И, как оказалось, не совсем чтоб напрасно. С одной стороны, явленная прилюдно монаршая милость — это приятно. Вот только Риналдо высказал пожелание, которое меня совершенно не вдохновило.

— Кузен, кузина, через два часа в оранжерее некий молодой человек, по слухам — сильный маг, продемонстрирует нам свои таланты. Мне хотелось бы, чтобы вы оба присутствовали. Возникла мысль учредить при Дворе должность придворного мага, с тем чтобы иметь под рукой кого-то для советов в этой области и срочных заданий.

Угу. И, думаю, мы даже знаем этого одарённого ньера. Вот только таланты его лежат не в магической области.

— Кузен, — Рейн чуть склонил голову, — сейчас нам придётся отправиться домой, жена должна покормить дочь. Но потом обязательно вернёмся. Дождётесь нас? Думаю, у меня есть любопытная информация касательно этого юного дарования.

— Договорились, — коротко кивнул Риналдо.

Выходя из зала, я поймала ошарашенный взгляд Андреаса, который видел нашу беседу с королём.

Но сделала вид, что ничего не заметила.

Рейн фыркнул.

В карете муж меня обнял:

— Сита, я тобой не просто горжусь — я потрясён. Большинство секретов рано или поздно всплывают или же разъедают изнутри своих обладателей, словно ржа. Скажу честно, мне было очень тяжело лгать королю, ведь он — мой сюзерен, родич и друг с детства. — Притянул меня на грудь. — Так, значит, ты, как моя спасительница, предъявляешь на меня права?

— Несомненно. И отказываться от них не собираюсь. Если, конечно, ты не против.

— Не против. У кого ещё есть настолько красивая, одарённая и умная жена? Я оценил, насколько ловко ты переключила кузена с вопроса, кто отец Соль, на тему своих планов и магии. Сказала правду… но получилось так, что это ты до последнего момента колебалась, выйти за меня замуж или послать на острова Южной Физанты, кокосы собирать.

— Угу, к страстным женщинам с ногами колесом, — засмеялась я. А потом озабоченно уставилась на мужа: — Нет у тебя мысли, как поступить с Андреасом?

— Есть. Изобразить полную объективность. А именно, потребовать у кандидата предоставить выписку из аттестата с оценками и рекомендательное письмо из учебного заведения, — хмыкнул Рейн. Прищурился на меня: — Мне кажется или у тебя тоже возникла идея?

— Хуже твоей, — призналась я. — Даже не идея, экспромт. Предупредить Риналдо, наложить «отвод глаз», чтобы Андреас не нервничал, и немножко ему помочь во время испытаний. Но ты злей меня… вот так поломать человеку планы!

— Твоя идея тоже недурна. Кузену понравится. Только совет: не показывай слишком много силы и включи Рилда в круг развлечений. Ты говорила, что «отвод глаз» можно как-то развеять? Сможешь наложить и на него тоже, а потом снять, когда всё закончится?

Вот как. Выходит, что хоть Рейн и предан своему «кузену Рилду», но в то же время относится к нему настороженно, даже с опаской. Как к большой дикой кошке. Можно любоваться, играть, бережно гладить, но всегда надо помнить, что перед тобой — хищник, и быть готовым отдёрнуть руку.

А развеивать до сих пор не пробовала. Придётся срочно научиться…

Вообще, я не была уверена, что мысль учредить при Дворе должность королевского мага столь хороша. Это означало выделить кого-то одного, противопоставив его остальным. А, спрашивается, зачем? Маги и так традиционно поддерживали трон. У нас был свой интерес. Тариста являлась редким и приятным исключением, где имеющие Дар могли жить спокойно и были уважаемой, даже почитаемой кастой. Никто не завидовал ни нашим возможностям, ни долголетию. Не пытался отнять честно заработанное или сжечь на костре. И обязаны мы этим были тому факту, что представители династии Райнесан сами — кто больше, кто меньше — владели магией.

Так зачем рубить сук, на котором сидишь? Надо поговорить с Рейном. И, с его согласия, с учителем. Либо мои сомнения развеют, либо попробуют повлиять на Риналдо.

— Ты сможешь испортить ньеру Тинтари выступление? — вырвал меня из раздумий голос Рейна.

— Почти наверняка, — улыбнулась я.

Когда-то на заре нашего супружества, когда мы только начинали самостоятельную жизнь, я превзошла саму себя, выдумав для экс-гада максимально эффектную демонстрационную программу — пяток заклинаний, которые можно бы было показать потенциальному клиенту, чтобы произвести впечатление. Чтобы ярко, зрелищно — и в то же время несложно и не требовало много сил. Дёшево и сердито, так сказать.

А Андреас ленив. Трудиться ради совершенства, а не за деньги — такое не для него. Вот могу спорить на годовую зарплату и пирожок в придачу, что если с моего ухода что-то и изменилось — то очень немногое…

И если так — экс-гада ждёт незабываемый вечер!

Мы еле-еле обернулись к сроку. Переодеваться я не стала. Хотелось остаться дома, нормально поесть, отдохнуть… но надо так надо.

У дверей нас встретил юный отрок, похоже, паж, который спросил, мы ли ньер и ньера Сейранн, и, услышав ответное «да», с поклоном передал, что король ждёт нас в кабинете.

Опять?

Угадала. Через несколько минут очень вежливой беседы я поняла, что в этот раз их королевское величество придумало новую забаву — раз уж вышло так, что жена его личного эмиссара оказалась магиней, так пусть покажет, что она чего-то стоит. А то мало ли что ньера рассказывает? А заодно устроим лишнее испытание для кандидата в придворные маги.