Магиня для эмиссара - Кузьмина Надежда М. - Страница 85

Кстати, я заметила, что наш язык жестов действительно изменился. Сейчас Рейн самым естественным образом делал то, что раньше казалось нетактичным, — обнимал меня за плечи или за талию, когда мы спускались к столу, держался чуть ближе, чем раньше, ровно на границе приличия. Без конца касался то моей руки, то платья… и смотрел, не отрываясь. А я краснела и хлопала глазами на него.

Переезд много времени не занял. Мы погрузились в лаково-чёрную карету, запряжённую парой вороных тонконогих коней. Винта села с нами. Изнутри экипаж был обит жемчужно-серым шёлком, шторки на окнах были синими. Явно заказывал мужчина. Зато мягкость рессор я оценила сразу, как мы тронулись.

По пути Рейн давал пояснения:

— До городских ворот от нас полтора часа рысью на север. Дорога ровная, больших перепадов высот и крутых поворотов нет. Кстати, я говорил тебе, что вдоль берега идёт несильное морское течение, и тоже на север? Очень удачно, все стоки от Лореции и порта уносит в другую сторону, у нас вода чистая даже после сильных штормов.

Угу, для рыбы и омаров очень хорошо. И для купания тоже.

— Смотри, вот там, на холме, за кипарисовой рощей, когда-то стоял древний храм, посвящённый Виарне. Развалины с несколькими колоннами сохранились до сих пор. Если будет желание, можно потом туда прогуляться. В библиотеке есть книга об этом месте.

Интересно, обязательно съездим!

— Обрати внимание на перекрёсток. Отсюда начинается тракт, ведущий на юг. В конце каждой недели здесь бывает большая ярмарка…

И так всё время. Мы с Винтой полюбовались на королевские миндалевые сады, издали оценили габариты Большого Южного маяка и вообще всю дорогу крутили головами, слушая Рейна. Ссэнасс архитектура, история и сельское хозяйство не очень занимали, поэтому она просто вылезла на крышу кареты — смотреть на дорогу.

Ближе к городу стало людно. Резво бежавшие до того кони замедлили рысь, мы влились в общий поток повозок и экипажей.

— Скоро приедем, — улыбнулся муж.

Площадь Цветов оказалась центром богатого квартала недалеко от дворца. Судя по всему, названием место было обязано разбитым перед каждым особняком цветникам — наш украшали два стоявших как стражи по сторонам от входа кипариса, бордюр из красиво подстриженных кустов самшита, лаванда и штамбовые розы. Последние до сих пор цвели нереально большими — размером с чайные чашки — бархатистыми бордовыми цветами.

В центре площади был разбит сквер с фонтаном, где по траве под присмотром нянь носилась пара детишек. Похоже, местная площадка для общения. Как колодец в деревне.

— Как догадываешься, особняк достался от прабабушки, а место безопасное и спокойное, — прокомментировал Рейн. — За домом есть небольшой сад для личного пользования.

Я кивнула. После обеда у меня будет уже достаточно сил, чтобы обойти наши владения по периметру и сделать их ещё спокойнее. Что-то последнее время я стала впадать в паранойю, но лучше так, чем проснуться ночью в дыму пожара.

Внутри дом неуловимо напоминал особняк Лена в Паэнье. Тот же стиль богатой, чуть тяжеловесной роскоши вековой давности. Не давит, а скорее создает впечатление надёжности, устойчивости, основательности. Не думаю, что захочу тут что-нибудь менять.

— После обеда едем к портному, — предупредил Рейн.

Вздохнула — а надо? И сама себе ответила — надо. Если теперь я ньера Сейранн и мне предстоит предстать пред светлыми очами короля Риналдо, то подходящий наряд необходим. Взбрыки взбрыками, самостоятельность самостоятельностью, а подводить мужа нельзя.

Постоянно в доме жила супружеская пара — Кирван и Катарина — занимавшие должности дворецкого и домоправительницы и встретившие нас на пороге. Сухощавому, высокому брюнету Кирвану, судя по всему, шёл уже пятый десяток, но волосы были ещё черными, без седины, а взгляд чем-то напоминал то, как смотрел муж, — пристальный, оценивающий. Прицел, а не прищур. Русоволосая Катарина была немного моложе и выглядела, как бы сказать, менее военизированной.

— Их наняла ещё моя мать, — прокомментировал Рейн. — Ньер Кирван — потомственный телохранитель, служил у отца Риналдо, Филинора Второго. Случилось так, что он пострадал, спасая короля во время покушения. Пока выздоравливал от ран, Катарина его пилила, то есть умоляла сменить работу. Тут и подвернулось предложение моей мамы. — Усмехнулся: — Знаешь, они уже заработали достаточно, чтобы купить собственный дом. Но предпочитают продолжать служить мне.

Я совсем другими глазами уставилась на слушающего рассказ дворецкого. Тот поймал мой взгляд и усмехнулся. Я ответила улыбкой — похоже, эта пара скорее члены семьи, чем наёмные слуги. И что ещё важно, они пошли на службу к той, которая была магиней. То есть не будут удивлены или шокированы, узнав о моих способностях.

Катарина сделала шаг к нам, показала на корзину с дочкой в моих руках:

— Позвольте посмотреть и помочь, ньера Алессита?

— Можно просто ньера Сита, — улыбнулась я. — Конечно. Познакомьтесь — юная ньера Сонеали лен Сейранн.

— Какая прелестная малышка! Но вам нужна будет няня! И кормилица… — встревожилась Катарина, серьёзно глядя на меня голубыми глазами.

— Кормлю её я сама, а няня у нас уже есть. — Взглянула на мужа, пусть сам объяснит.

— Рад сообщить, что в доме появился ещё один член семьи — ларра моей жены, — не стал ходить Рейн вокруг да около. — Так что не волнуйтесь, увидев Соль одну, — нянька и охрана у неё такие, какие не у всякого короля есть.

Сидящая у моих ног Ссэнасс гордо распушилась в полтора раза. И сообщила:

— Ссэнасс хорошшшая!

Вот кто бы сомневался?

Винту Катарина сразу взяла под свою опеку. Сказала, что пара ловких рук и проворных ног ей не помешают. Я не возражала.

Мы с Рейном заняли, как когда-то в Паэнье, три комнаты — две спальни и кабинет. В общем-то, вторая спальня была не особо нужна — ночевал Рейн у меня, и выгонять или отпускать его я не собиралась.

В комнате меня ждал сюрприз — оказалось, что муж каким-то чудом уже успел заказать колыбель — точную копию той, что осталась в Сотэре. А рядом стоял манеж размером четыре на четыре локтя, куда можно было выпускать ползать Соль днём. В манеже лежали небольшой мячик, плюшевый жёлтый лев с завлекательной кисточкой на хвосте и мягкий зелёный крокодил. Я кинулась мужу на шею.

— Рад, что ты рада, — улыбнулся тот. — Сейчас переоденемся, перекусим и примемся за дела.

— Итак, давай, наконец, разберёмся в наследниках трона, — сидящий за столом Рейн положил перед собой лист бумаги. — Слушай, и если что-то неясно, спрашивай.

Я кивнула.

— Сейчас правит Риналдо Третий Райнесан. Двадцать пять лет, пока не женат, детей нет. Ближайший родственник — замужняя сестра, Сейбретт, у которой есть пятилетний сын, названный Филинором в честь дедушки, Филинора Второго. В данный момент именно он считается наследником Риналдо, если тот умрёт, не оставив потомства.

— А муж сестры?

— Вне иерархии. До сих пор политикой или властью не интересовался, его страсть — охота и картины. Но определённый вес при Дворе ньер Мурано имеет. Теперь, когда я стал видеть ауры, попробую приглядеться попристальнее — вдруг у достойного ньера затаённая мечта — стать родоначальником новой династии? — Холт хмыкнул: — Хотя это вряд ли. Зачем тому, кто уже у подножья трона, убивать тех, кто стоит так далеко заним?

— Значит, можно посмотреть, кто из наследников скоропостижно скончался в последнее время, и приглядеться к следующему?

— Определённо не так просто. Хотя бы потому, что следующий — я, — фыркнул муж.

Я задумчиво почесала нос.

— Ладно, поехали дальше. Номера два и три — младший брат отца Риналдо, Никколо, и его сын, Тулайн. Никколо год назад стукнуло шестьдесят. Тулайну тридцать четыре. Был женат, но брак оказался бесплодным. Два года назад жена умерла.

— Упала с лошади? — подозрительно поинтересовалась я.