Невеста-сорванец - Коултер Кэтрин - Страница 65

— Ода, — усмехнулся Холлис, — французам просто необходимы распри, как внешние, так и внутренние.

Они не могут не драться друг с другом и с иными странами. Страсть к раздорам и разбродам у них в крови. Несчастные глупцы!

Глава 36

Ноябрь близился к концу. В Англии, по мнению Корри, это означало жестокие холода, ветры такой силы, что шляпка не держалась на голове, и бесконечную промозглую сырость, от которой ныли кости и стучали зубы.

Но сегодня в Южной Англии солнце стояло высоко, а по ярко-синему небу плыли пухлые белые облака.

И ни струйки тумана, ни дуновения ветра, только сладостный свежий воздух, который пьянит и кружит голову, заставляя счастливо улыбаться и пить его жадными глотками.

— Просто невероятно, — поделилась Корри с одной из охотничьих собак, семенившей рядом с гордо поднятым, как флаг, хвостом, и направилась к конюшне, где Джеймс, Джейсон и с полдюжины конюхов пытались случить новую кобылу с Ловкачом.

В кармане у нее лежал маленький пистолет, купленный Джеймсом два дня назад. Она старательно упражнялась в стрельбе, и вчера Джеймс, понаблюдав несколько минут за женой, признал, что у нее природный талант. Похоже, это обстоятельство обескуражило его, что стало причиной бессовестно ехидной улыбки на лице Корри. Но Джеймс, не растерявшись, подхватил ее на руки, закружил, пока она не изнемогла от смеха, после чего отнес в небольшую кленовую рощу и уложил на расстеленную куртку под раскидистым деревом. Ах, какое блаженство! Ну и что же, что холодно? Подумаешь! А сегодня вообще почти тепло. Хм-м…

Корри, улыбаясь, ускорила шаг. До нее уже донеслись ржание кобылы и топот Ловкача. Она подошла к загону, оперлась о деревянную ограду и отыскала глазами Джеймса.

Нет, она сразу увидела, что это не Джеймс. Джейсон! Как она могла обмануться, хотя бы на миг, пусть он и стоит футах в тридцати, рассматривая переднее копыто Ловкача?

А где Джеймс? Он должен быть тут!

Но вдруг ее сердце больно сжалось. Он в опасности!

— Джейсон! Где Джеймс?! — крикнула она.

Джейсон выпустил ногу Ловкача и устремился к невестке.

— Доброе утро, Корри. Джеймс вот-вот придет. Он, возможно, в конторе проверяет вместе с отцом документы. Подожди немного. Останься со мной. Джеймс будет рад.

Корри не знала, что делать. Джеймс уже идет? Что же, она подождет.

Корри прислонилась плечом к ограде. Прошло пять минут. Десять.

— Нет, я этого не вынесу! — не выдержала она. — Что-то случилось, я чувствую.

Джейсон, только сейчас облегченно вздохнувший при виде совершенно здоровой ноги жеребца, оцепенел.

— Прости, Джейсон, — обратилась она к его затылку, — но я ужасно тревожусь. Пойду поищу его. Я очень боюсь. Ты тоже должен быть осторожен. Тот человек, который охотится за Джеймсом, может не знать, что ты — не он.

— Джейсон вскочил и, подбежав к ней, сжал руку.

— Да, знаю и прекрасно тебя понимаю. Постараюсь все время быть на людях. Но неплохо бы тебе остаться здесь, чтобы Джеймс знал, где ты. Он, возможно, все еще в доме и пообещал привести сюда Джудит. Если она собирается стать женой конезаводчика, должна понимать, что к чему.

Он по-прежнему сжимал ее руки, умоляюще заглядывая в глаза:

— Не ходи, Корри. Все будет хорошо, обещаю.

— Но ты не можешь знать, ты…

— А вот и миссис Трелони в своем модном ландо.

Превосходно. Стой спокойно, Корри, и перестань волноваться, — велел Джейсон и, погладив ее по плечу, крикнул:

— Лавджой, мальчик, давай посмотрим, как там кобыла. Вот так, вот так, выводи ее, только медленно. Медленно! Пошел! Вот так, хорошо. А теперь держи ее под уздцы.

Ловкач отчаянно хотел кобылу, и поэтому Джейсон натянул на его передние копыта мягкие нитяные чулки, чтобы он не повредил ей шкуру. Корри нащупала в кармане пистолет и немного успокоилась. И стала прислушиваться, не обращая внимания на дрожавших лошадей. Где его носит, черт возьми?! Неужели он с Джудит?

Она вдруг увидела, как Джейсон вытащил часы, сказал что-то Лавджою и устремился к ней. Она могла бы поклясться, что деверь встревоженно хмурится, но когда тот подошел ближе, по его лицу ничего нельзя было прочесть.

— У меня встреча с одним из сыщиков. Оставайся здесь и жди, пока придет Джеймс. Я серьезно. Мне очень важно, чтобы ты никуда не ушла, — бросил он на ходу и почти побежал к дому. Что-то неладно. Очень-очень неладно. Она должна ждать здесь? Но почему, во имя неба?

Заслышав тихий стук в дверь, Дуглас настороженно поднял голову и немного помедлил, прежде чем отозваться:

— Войдите, прошу вас!

Дверь бесшумно открылась, и на пороге показалась улыбающаяся Аннабел Трелони.

— О, простите, милорд, — извинилась она, заглядывая в комнату. — Я ищу своего дорогого Уильяма.

С этими словами она вошла и огляделась.

— О Господи, только не говорите, что вы один.

— Как видите, Аннабел, я совершенно один. Пожалуйста, садитесь.

— Я думала, Уильям здесь. Он так вас любит и неизменно наслаждается вашим обществом.

— Как и я — его. Вы не получали моей записки, Аннабел? Я велел Фредди отнести ее вам несколько часов назад и написал, что Холлис сегодня, выполняя мое поручение, вынужден уехать из дома. Вряд ли вы захотите проводить время здесь в его отсутствие.

— Могу я спросить, какое поручение вы дали ему, милорд?

Если Дуглас и посчитал вопрос бестактным, все же не подал виду.

— В Истбурн прибыл человек с новыми сведениями, в которых, похоже, содержатся ответы на большинство вопросов. Мне очень жаль, но Холлиса здесь нет.

— Мне тоже очень жаль. Однако, милорд, я считаю, что сегодня ваше обаяние вряд ли на меня подействует.

— Мое обаяние, Аннабел?

Вместо ответа она вытащила из кармана плаща длинноствольный дуэльный пистолет.

— Собственно говоря, милорд, я счастлива, что Холлиса здесь нет. Он непременно помешал бы, встал бы на пути, попытался спасти вас. И кто знает, может, мне пришлось бы пристрелить его. Но я благодарна вам за то, что отослали его! Какое облегчение! — улыбнулась она. — Позвольте также поблагодарить за то, что прислали парнишку. Я знала, что скоро все должно кончиться, но удобный момент все не подворачивался. Зато теперь все, как я хотела. Уильяма нет. Леди Александра уехала к леди Мейбелле. Джейсон в загоне. В доме, кроме вас и меня, никого нет, так что это произойдет сейчас.

Аннабел осторожно выглянула за дверь и повернулась к нему.

— Нет, милорд, не шевелитесь! Я прекрасно стреляю. И давно подозревала, что вы подбираетесь ближе и, возможно, готовите мне ловушку. Поэтому и поспешила явиться и разрушить ваши планы.

Дуглас спокойно уселся в кресло и завел руки за голову.

— Вы одурачили всех нас, мадам. Ничего не скажешь, редкостный талант!

— Вы говорите это только потому, что оказались обманутым, милорд!

— Скажите, Аннабел, те истории, которые вы тут поведали о мисс Плимптон, имеют что-то общее с правдой?

— Ах, бесценная мисс Плимптон, — рассмеялась она. — Я, разумеется, в жизни ее не видела, но подозреваю, что вы уже это поняли, не так ли?

— Да. И мне очень жаль. Я искренне рад, что Холлиса здесь нет. Вы обманули и его! — бросил Дуглас, глядя на нее с таким презрением, что она, покраснев как рак, завопила:

— Мне пришлось использовать старика! Без него мне никогда бы не попасть в этот проклятый дом!..

— И вам все идеально удалось. Кстати, ведь вы англичанка! В каком родстве состоите с Жоржем Кадудалем?

— Его жена Жанин была моей сестрой. Вернее, единокровной сестрой. Моя мать была англичанкой, а сама я росла в Суррее. Матушка назвала меня Мари, воображая, что никчемный француз, ставший моим отцом, будет доволен и, возможно, даже оставит ради нее свою жену. Я приехала во Францию только за несколько месяцев до смерти Жанин и взяла на себя заботу о Жорже и детях.