Метаморфозы любви - Гуднайт Линда - Страница 10

Она положила в рот кусочек горячего картофеля и внезапно вспомнила его слова о романах с подчиненными. Надо бы почаще себе напоминать, что Райан Сторм — ее работодатель.

Вечер, когда давали домашний спектакль, выдался прохладным и дождливым, однако в доме царило веселье. Войдя в гостиную, Райан тут же ощутил всеобщую атмосферу ожидания чего-то необычного.

Всю неделю он работал как сумасшедший, чтобы именно сегодня провести весь день дома.

Мария пригласила в дом свою тетю Мишель, Абилену с мужем Джулианом и их внука Тито, двух детей, которых Райан не знал, а также детей семейства Клонтсов.

С помощью Келси Мария превратила гостиную в подобие маленького театра.

На протяжении вечера Райану несколько раз звонили с работы, но он сначала не отвечал на звонки, а потом и вовсе отключил свой сотовый. Келси многому его научила, например тому, что время от времени нужно отвлекаться от дел и целиком посвящать себя семье.

— Мои дети очень довольны, что участвуют в постановке вместе с Марией, — сказала Райану Тамми Клонтс. — Спасибо, что позволили им прийти.

— Я здесь ни при чем, это все Келси и Мария, — поспешил уверить ее Райан.

Он огляделся, отыскивая взглядом Келси и Марию, и вспомнил про обнимашки, которые они стали устраивать каждый вечер. Ему все больше нравилось проводить с ними время таким образом...

— Мне нравится новая няня Марии, братец.

Обернувшись, Райан увидел свою сестру, которая, оказывается, наблюдала за ним. Только этого не хватало!

— Я проверял, все ли готово к постановке, — неубедительно ответил он.

Мишель загадочно улыбнулась, но никак не прокомментировала его слова.

— Актеры уже за занавесом, — сказала она, — так что займи место в зале.

Перед занавесом появилась Келси, одетая в тунику и легинсы, и объявила:

— Дамы и господа, прошу вашего внимания! — В комнате стало тихо. — Спасибо, что пришли. Мария, Тристан и Челси несколько недель готовили эту постановку. Мы должны поблагодарить миссис Тамми Клонтс за помощь в пошиве костюмов, миссис Абилену Руенду — за приготовление еды, а мистера Райана Сторма — за разрешение устроить театр в гостиной.

Келси улыбнулась ему, и Райану показалось, что он совершил, без малого, полет вокруг Земли.

— А теперь представляю вам пьесу Марии Сторм, которая называется «Метаморфозы», — Келси указала жестом на занавес, который стал медленно открываться, а сама на цыпочках подошла к зрителям и заняла свое место между Райаном и Мишель. Усаживаясь, Келси случайно коснулась его рукой, отчего он вздрогнул и сердце его отчаянно забилось. Усилием воли Райан приказал себе слушать свой разум. С чего это вдруг он так затрепетал? Ему сейчас нужно прежде всего думать о здоровье Келси, а не о чувствах, которые она в нем вызывает.

Постановка оказалась короткой и милой. Это была сказка о некрасивой гусенице, которая страдала из-за своей непривлекательности и мечтала прославиться. Гусеницу играла Мария. Райан задался вопросом: неужели его дочь испытывает такие же чувства, что и придуманный ею персонаж?

В конце постановки неприметная гусеница превратилась в красивую бабочку и стала счастливой. Пьеса была принята публикой с восторгом. После спектакля всех пригласили в столовую, где уже был накрыт ужин. Разговаривая с гостями, Райан старался не встречаться взглядом с Келси. Уютная обстановка и впечатление от спектакля накалили его эмоции до предела.

Райан Сторм боялся, что не выдержит и забудет о строгих правилах поведения работодателя.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Зима заканчивалась, скоро Келси должна была родить. Доктор говорил, что все идет хорошо и роды начнутся в срок. Райан позаботился о том, чтобы одну из комнат в доме оборудовали под детскую.

Все шло просто замечательно. Мария начала заниматься музыкой и теперь частенько практиковалась на цимбалах. Келси научила девочку вышивать крестиком, и той понравилось это занятие.

Мария по-прежнему играла с детьми после уроков, но иногда, когда девочка начинала говорить как взрослая, получала от них обвинения, что она слишком выпендривается.

Абилена нисколько не возражала, что Келси и Мария ежедневно приходили в кухню и помогали ей готовить ужин — в основном из испанской кухни. Девочка любила приготовить какое-нибудь блюдо и оформить его в виде чего-нибудь необычного, а потом подать отцу. Райан всегда приходил в восторг от затей дочери, а она радовалась его похвалам.

После театральной постановки Райан изменился. Он стал проводить дома больше времени и раньше возвращаться с работы. По вечерам отец играл с Марией в шахматы, триктрак и даже разгадывал с ней шарады. Келси постоянно была рядом, что и печалило, и радовало ее одновременно.

Райан по-прежнему живо интересовался, в чем образовательный смысл той или иной игры, но не препятствовал инициативе Келси, которая хотела разнообразить жизнь Марии.

Хорошо это было или плохо, но Келси постепенно изменила свое отношение к Райану. Он на глазах становился другим. Да и мысли об их поцелуе частенько приходили ей в голову, но она заставляла себя вести с ним благоразумно. Зачем мечтать о недостижимом? Разве брак с Марком не научил ее быть осторожнее? Да, Райан Сторм привлекателен, но он также очень умен и независим, страстен и противоречив. Но самое главное — он ее работодатель.

Мария, как и прежде, время от времени просила Келси стать ей мамой, но та только смеялась в ответ. Да, Келси иногда мечтала о том, что они когда-нибудь станут семьей, но ведь не все мечты сбываются.

В один из дней, когда Мария играла на цимбалах, Келси, сидящая рядом и вышивающая крестиком детское одеяло, предложила девочке покататься на роликовых коньках.

Мария осторожно положила цимбалы в коробку:

— Мы можем пойти прямо сейчас? Я уже буквально фосфоресцирую от радости.

Келси подавила смешок:

— Должна признать, что ты и правда светишься от радости, — она хлопнула в ладоши. — Пойдем покатаемся, маленькая непоседа.

Через несколько минут обе, надев роликовые коньки, вышли на улицу.

Мария крепко держалась за перила, при этом время от времени поглядывала на тротуары, ведущие к небольшому пруду в центре города.

— Мы можем поехать к пруду и покормить уток? — спросила она. — Будем кормить их хлебом и отгадывать, к какому виду принадлежит каждая утка.

Келси покачала головой:

— В другой раз. Сначала ты должна научиться твердо стоять на коньках. Как только у тебя это получится, мы поедем к пруду.

Девочка была явно разочарована, но спорить не стала. Келси вот уже много месяцев не каталась на роликах, поэтому сейчас держалась на ногах очень неуклюже. Она изо всех сил старалась удержать равновесие, чтобы не упасть.

Мария неловко переступала с ноги на ногу, в конце концов шлепнулась на землю, но ушиблась несильно:

— Класс!

— Я тоже так думаю, — ответила Келси.

Келси и Мария резвились от души, поэтому не сразу заметили, как к дому подъехал Райан.

Мария помахала отцу рукой и улыбнулась, приветствуя его. Ноготки девочки были накрашены светло-розовым лаком — они с Келси играли сегодня в салон красоты.

Райан был явно чем-то очень обеспокоен. При виде его хмурого лица у Келси сжалось сердце. Она почувствовала неладное.

— Папочка, смотри, я умею кататься на роликах! — Мария медленно поехала к отцу и схватилась за его ноги, наконец остановившись. — Так клас-сно! — Она взглянула на него и обхватила его колени. — Меня научила Келси. Правда, она лучшая из нянь?

Выражение лица Райана немного смягчилось. Он опустился на колено и обнял дочь. При виде этой сцены у Келси затрепетала душа.

— А ты — лучшая из дочерей, — сказал он.

— А Келси? Она ведь тоже лучшая. Я так думаю. Уверена, что из нее получится отличная мама, если только вы оба серьезно рассмотрите свои отношения. Глупо искать что-то, когда с нами в доме живет потенциальная мамочка, которая будет просто лучшей! — Она слегка толкнула отца локотком. — Я тут упала недавно, и Келси подняла меня. Эти наколенники просто отличные. Ты знаешь, что Келси состояла в клубе любителей роликовых коньков в Сиэтле?