Наслаждения герцога - Уоррен Трейси Энн - Страница 34

К настоящему моменту она уже успела пострелять из пистолетов с тремя щеголями, которые тайком провели ее к Мэнтону, где упражнялись в меткости все джентльмены, покурила сигары с лордом Окснардом и мистером Карстэрсом позади розовых кустов на пикнике у Петтигру и поиграла в кости в обществе четверки довольно пьяных молодых людей на маскараде. К счастью, она успела улизнуть прежде, чем они решили сменить способ развлечения, и, что важнее, прежде чем Эдвард смог отыскать ее, когда она скрылась от его бдительного наблюдения.

Что до Эдварда, то она постоянно ждала, что он взорвется и отправит ее домой: при каждой новой выходке ей казалось, что она сумеет вывести его из себя. Вместо этого он сохранял стоическое спокойствие и никогда не демонстрировал своего недовольства… по крайней мере публично.

Что до их встреч без свидетелей, то тут он оказывался гораздо менее терпимым: ее упрямая непокорность явно бесила его. Он угрожал, что запрет ее в комнате, но они оба прекрасно знали, что он этого не станет делать. Это будет не только бесполезно, но и вызовет новый скандал. «Неуправляемую невесту герцога посадили под замок», — станут шептаться в свете. Да эта история окажется настолько соблазнительной, что даже миссис Радклиф может пожелать воспользоваться ею для сюжета одного из своих будущих готических романов.

Однако у него был другой, совершенно дьявольский способ отмщения. Она вздрогнула и нервно поерзала на месте, вспомнив еще один жаркий и страстный эпизод, во время которого он заставил ее буквально умолять его подарить ей удовлетворение. Пусть она и сохранила девственность, но ее бросает в краску при мысли о том, что они делали.

С трудом прогнав это воспоминание, она адресовала лорду Блевинсу радостную улыбку:

— Насколько я помню, мы поспорили на десять фунтов, милорд. Если у вас при себе нет такой суммы, вы можете, конечно же, прислать ее мне в Клайборн-Хаус. Только обязательно напишите на конверте мое имя, а не имя герцога.

Блевинс невесело усмехнулся и достал из кармана кошелек:

— Лучше мне расплатиться с вами прямо сейчас. — Открыв кошелек, он извлек оттуда банкноту в десять фунтов и вручил ей. — Может, вы и не боитесь навлекать на себя гнев Клайборна, но о себе я этого сказать не могу.

Подавшись ему навстречу, она взяла деньги и мило улыбнулась:

— Тогда я удивляюсь, что вы согласились сегодня со мной соревноваться, милорд. Особенно если учесть, что у нашего состязания были свидетели.

Клер мысленно ухмыльнулась: вездесущее внимание высшего света уже перестало ее тревожить. Если уж на то пошло, сейчас ее цель и состоит в том, чтобы привлекать к себе всеобщее внимание своими скандальными выходками. Как только она добьется своего и перестанет быть невестой Эдварда, она сможет снова стать просто леди Клер.

«По крайней мере я надеюсь, что смогу это сделать, — подумала она чуть мрачно. — Если ты приобрел печальную известность, то можно ли снова стать обычным человеком?»

— Что до того, почему я сегодня с вами состязался, леди Клер, — ответил лорд Блевинс в ответ на ее замечание, — то в свое оправдание могу только сказать, что вы умеете быть совершенно неотразимой.

Она снова рассмеялась.

Блевинс тоже засмеялся, и его теки немного покраснели. Однако в следующую секунду его взгляд устремился в дальний конец аллеи, и смех смолк.

— Гм… если я не ошибаюсь, то, кажется, сюда едет Клайборн.

Ее пальцы невольно сильнее сжались на вожжах: посмотрев в ту же сторону, она увидела приближающегося к ним всадника.

— А! Вы совершенно правы, — отозвалась она беззаботным тоном. — Видимо, кто-то из домашних сказал его светлости, куда я поехала. Несомненно, кто-то из слуг.

Блевинс чуть сжался, словно готовясь к неприятной встрече.

— Если вы собирались уезжать, милорд, то, прошу вас, не стесняйтесь. Я нисколько не обижусь.

Он неуверенно спросил:

— Вы уверены? Мне кажется, это означало бы сбежать, оставив вас в неприятной ситуации.

— О нет! Нет, нисколько. Клайборн — мой жених. Я с ним в абсолютной безопасности.

— Ну, если вы в этом совершенно уверены, — проговорил Блевинс, бросая еще один быстрый взгляд на Эдварда, который был от них уже всего в нескольких шагах, — Я… гм… действительно назначил сегодня утром встречу.

— Ну, тогда вам, безусловно, не следует задерживаться. Поезжайте.

Кивнув, он подобрал вожжи.

— Было очень приятно, леди Клер.

Заставив себя весело улыбаться, она распрощалась с ним, и его экипаж стремительно уехал.

«Трус!» — подумала она, глядя, как он обменивается приветствиями с Эдвардом, для чего оба на минуту остановились. А потом Блевинс укатил, а Эдвард подъехал к ней, остановив своего гнедого коня рядом с коляской.

Крупный широкогрудый жеребец нервно забил копытом о землю и тряхнул гривой, утверждая свое превосходство над Клер и запряженной в двуколку парой кобыл. Эдварду никакой демонстрации не понадобилось: его врожденная властность всегда была при нем, как и его неотразимая мужская притягательность. В своем костюме для верховой езды он привлекал бы к себе взгляды всех женщин.

И, если уж на то пошло, он их уже привлек: три леди в открытом ландо, проехавшем мимо них, одарили его восхищенными взглядами.

Однако он не обратил на них абсолютно никакого внимания: он был сосредоточен исключительно на Клер. Чуть подавшись вперед в седле, он заглянул ей в глаза:

— Мне казалось, что у нас была договоренность: вам запрещено править экипажем без моего сопровождения.

— И вам тоже доброе утро, ваша светлость, — отозвалась она с вежливым укором. — Как я вижу, вы сегодня забыли свои хорошие манеры дома. И хорошее настроение тоже.

Он стиснул зубы.

— На самом деле настроение у меня было прекрасное, пока я не узнал, что вы взяли двуколку и к тому же не захватили с собой свою горничную.

Клер прекрасно знала, что обе эти вещи вызовут его раздражение, поскольку благовоспитанная леди никогда никуда не отправляется без сопровождения.

Пытаясь оценить степень его недовольства по блеску его темно-синих глаз, она равнодушно пожала плечами.

— Пенни нездоровилось, — объявила она.

— А Мэллори? — осведомился он.

— А Мэллори еще не вставала с постели. Вы не хуже меня знаете, что мы вернулись домой с последнего бала почти в четыре утра. Я не могла заставлять ее отправиться со мной.

— А как же вы сами? Вы не устали от множества танцев?

— Нисколько. Мне хватает очень короткого отдыха — почти так же, как вам, ваша светлость. Я не могла не заметить, что вы тоже рано встаете.

Коротко вздохнув, он оглянулся назад.

— Так что было нужно Блевинсу? Он просто остановился, чтобы поздороваться? Или чтобы выразить озабоченность тем, что вы оказались здесь одна?

— Он показался мне немного удивленным, когда я появилась даже без Пенни. Но нет. На самом деле мы с его милостью устроили состязание.

Глаза Эдварда потемнели и цветом стали похожи на грозовую тучу.

— Что за состязание?

— Наших экипажей, конечно. Я выиграла у него десять фунтов. — С этими словами она извлекла из кармашка спенсера банкноту и торжествующе ею помахала. — Я пока не решила, на что мне их потратить.

Не успела она опомниться, как Эдвард вырвал купюру у нее из руки.

— И не трудитесь решать. Эти деньги сегодня же к нему вернутся. Я прослежу за тем, чтобы в послании, которое будет их сопровождать, содержалась просьба забыть о том, что эта эскапада вообще имела место.

Она негодующе воскликнула:

— Вы этого не сделаете! Я честно выиграла эти деньги! Я опередила его на целых два корпуса, вот! Извольте вернуть мне мой выигрыш!

Вместо этого он отправил купюру себе в карман.

— Вы вообще не должны были его опережать, потому что леди не устраивают состязания. И они не делают денежные ставки.

— Чепуха! Еще как делают. Я каждый вечер вижу, как женщины играют, даже старухи.

— Они не делают крупных ставок. Принято ставить не больше одного пенни.