Влюбленный миллионер - Доусон Джоди - Страница 11

— Ты закрыл дверь, — наконец выдавила она, с непонятным для него гневом упирая руки в свои сногсшибательные бедра. — Ты ее закрыл. Она захлопывается, а замок снаружи.

Ее взгляд стал совсем ледяным.

— Ох… — Хантер беспомощно оглянулся. — Ты хочешь сказать, мы тут застряли, пока кто-нибудь нас не выпустит?

Она скрестила руки на груди:

— Вот именно.

Хантер улыбнулся, отпуская на волю свои самые рискованные мысли.

Курятник моей любви.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Дани подавила в себе желание задушить няню своих детей. Крошечный курятник, казалось, закружился вокруг нее, стены сжимались, воздуха становилось все меньше.

Энергичная музыка по радио сменилась печальной любовной песней.

Хантер подошел ближе, и теперь лишь несколько сантиметров отделяли их друг от друга.

Дани замерла в ожидании неизбежного.

— Потанцуем? — Он протянул руку.

Она округлила глаза — наверное, ей послышалось.

— Что?

Он улыбался, сверкая белой полоской зубов.

— Всего лишь один танец. Смелей, я не кусаюсь.

Дани посмотрела ему на руку, потом ему в глаза. Один танец — это не страшно. У нее скоро день рождения, и пусть это будет ее подарком самой себе.

Ее рука легла ему в руку, другая — на плечо.

Он притянул ее ближе, не оставляя никакого пристойного расстояния между их телами.

— Расслабься. — Хантер прижал ее к себе еще ближе.

— Я не думаю, что…

— Не надо ни о чем думать, это всего лишь танец.

Они плавно задвигались в такт меланхоличной мелодии. Хантер прижался щекой к ее волосам, потом быстро поцеловал прямо в макушку. Глаза у Дани оставались полузакрытыми, когда он наклонился и прижался к ее губам.

Музыка лилась, увлекая их все дальше, порождая все новые желания. Дани застонала и еще теснее прильнула к его груди.

Губы Хантера сделались настойчивее. Он прижал ее к стене, ее руки заскользили по его спине, ягодицам. Он приник к ней, выдавая весь пыл своего желания, и она воспламенилась еще сильнее.

Быстро приподняв ему рубашку и лаская голую спину, Дани пробормотала:

— Поздравь меня с днем рождения.

— Что? — Хантер замер и, отстранившись, пристально взглянул ей в глаза.

Она ответила ему таким же прямым взглядом:

— Просто скажи: я тебя поздравляю.

— С днем рождения.

Он снова прильнул к ее губам. Его рука ласкала ее под тонкой майкой, и она не колеблясь отдалась этим новым ощущениям. Боже, если он не перестанет, этот сарай просто вспыхнет от охватившего ее страстного желания. Еще никогда в жизни она так сильно не желала мужчину!

Хантер прижал губы к ее груди, и она выгнулась дугой.

Он замер:

— Дани.

Не давая разуму вмешаться в чудесные ощущения, она прижалась к Хантеру в еще одном сумасшедшем поцелуе.

— Мам! — послышался за дверью тоненький детский голосок.

Дрю! Его появление оказалось действеннее, чем ледяной душ. Они замерли.

— Мам! Где ты? — Голос Дрю приближался.

Хантер вздрогнул и быстро поправил на Дани майку. Мальчик был уже возле самой двери.

— Э… — Голос Дани сорвался и замер. — Я здесь, дорогой.

— Ручка не поворачивается. — Было слышно, как Дрю возится с замком.

— Я знаю, замок захлопнулся. Нажми на собачку посильнее.

Дани пыталась улыбаться, лицо у нее дрожало. Нагнувшись, Хантер крепко поцеловал ее в губы и отступил назад.

Малыш наконец отпер дверь и распахнул ее:

— Ты забыла, что она захлопывается?

Хантер потрепал мальчика по голове:

— Нет, это я виноват, я не знал, что у вас тут такая дверь… с секретом.

Дани повернулась к гнездам.

— Ладно, мальчики, идите, я сейчас тоже приду.

Хантер помедлил, задумчиво разглядывая ее спину. Слава богу, ребенок, кажется, ни о чем не догадался. Здорово ты придумал, парень: соблазнить ее в курятнике. Самый надежный способ завоевать сердце дамы. Значит, вот что ему нужно: сердце Дани?

— Пошли, Дрю, пора заняться завтраком.

Он вывел мальчика из сарая, на этот раз не позабыв оставить дверь распахнутой. Уходя, он оглянулся, чтобы посмотреть на женщину, которая стала для него просто наваждением. Она продолжала спокойно собирать яйца в корзинку.

Осторожно неся яйца на кухню, Дани пыталась разобраться в ситуации.

Выходит, все ее решительное желание не дать себе увлечься Хантером испарилось, едва он пригласил ее на танец. Дани тяжело вздохнула. Теперь ей предстоит войти в дом и снова встретиться с ним.

Когда она открыла кухонную дверь, зазвонил телефон. Дани оглянулась. На кухне было пусто, приглушенные взрывы смеха доносились откуда-то сверху. Осторожно балансируя со своим хрупким грузом, она прижала трубку к уху:

— Слушаю.

Молчание.

— Алло! Говорите!

Господи, как ей надоели эти детские игры.

— Тебе лучше продать бизнес отца, пока ты его совсем не закопала, — приглушенно пролаял в трубке знакомый голос.

— Пошел к черту! — Сжав зубы, она швырнула трубку. Должно быть, это Буллоп. Никто так не жаждал, чтобы она бросила отцовское дело, никто больше его не выигрывал от этого. Она прижала лоб к дверце холодильника.

— Кто это звонил? — раздался за спиной голос Хантера.

Выпрямившись, Дани открыла дверцу.

— Какой-то сумасшедший.

Она принялась аккуратно раскладывать яйца по ячейкам, надеясь, что он не заметит, как дрожат у нее руки.

— Он и раньше звонил?

— Пару раз. — Дани тщательно избегала его взгляда.

— И что он говорит? — Голос у него прозвучал неожиданно жестко.

— Он советует мне продать папин бизнес, больше он ничего не говорит.

Обойдя вокруг стола, Дани наконец решилась повернуться к Хантеру.

— Ты знаешь, кто за этим стоит?

— Догадываюсь. Честер Буллоп — единственный, кто выиграет, если мы свернем дело и продадим мастерскую. Это наш конкурент из соседнего городка.

Дани вцепилась в спинку стула. Даже с такого расстояния Хантер сводил ее с ума. На лестнице послышались чьи-то шаги, и она откинула с лица непослушную прядь — серьезный разговор подождет.

На кухню вихрем влетел Дрю и обнял мать за ногу:

— Мама, мистер Кинг сказал, что я могу вырасти таким же большим, как он.

Он смотрел на Хантера с обожанием, и Дани обняла мальчика:

— Конечно, можешь, если только будешь хорошо завтракать.

Эмма тоже подбежала к матери в поисках своей порции утренней нежности:

— Мама, это правда, что ты застряла в курятнике с мистером Кингом?

Взгляд Дани встретился со взглядом Хантера, и огонь в его глазах заставил подскочить сердце молодой женщины.

— Просто глупая дверь поймала нас в ловушку. Помоги мне накрыть на стол.

Хантер прочистил горло:

— Пойду узнаю, не проголодался ли Эймос.

Дани посмотрела ему вслед. Трусишка.

Она заставила себя сосредоточиться на детях:

— Ну, что мы хотим сегодня? Овсянка или яйца?

Два разных ответа сделали решение совсем простым, и Дани рассмеялась:

— Понятно — и яйца, и овсянка.

Ох, если бы и со своей жизнью она могла разобраться с той же легкостью!

Хантер постучался к Эймосу. Конечно, он поступил трусливо, сбежав из кухни, но ситуация осложнялась, и это его весьма тревожило.

Эймос распахнул дверь и пригласил его войти. Легкий запах табака наполнял комнату, и Хантер решительно направился к окну — если Дани догадается, что отец курит, это будет ужасно. Он открыл окно и впустил в комнату немного свежего воздуха.

— Лучше, чтобы дочери вас не застукали.

— Да, а что они сделают? Поставят меня в угол? — хихикнул Эймос, все же бросив на дверь обеспокоенный взгляд.

Хантер осмотрелся и присвистнул. Большая часть комнаты была занята старинной мебелью, а в центре стояла массивная кровать.

— Как красиво! А кровать просто потрясающая.

Эймос похлопал рукой по матрасу:

— Ты даже не догадываешься, до чего потрясающая. В этой постели я спал со своей женой, с самой первой нашей ночи после свадьбы. Он улыбнулся. — Именно здесь мы создали наших двух девочек.