Взгляд в бездну (СИ) - Соболева Ульяна "ramzena" - Страница 16

- Мне намного лучше, казалось, я теряю сознание.

Фэй виновато улыбнулась.

- Мы, Чанкры, тоже в чем - то вампиры, но мы питаемся энергией. Среди нас есть, как и среди магов Черные и Белые. Я - Белый Чанкр и стараюсь не использовать людей для пополнения своих сил, тем более мне могут помочь только те, чья душа светла и чиста. А Черные Чанкры "питаются" страхами, ненавистью и болью. Спасибо тебе, ты вернула меня к жизни.

- Фэй, кто такой Антуан и почему он охотится на Влада.

Девушка нахмурилась и села напротив Лины.

- Очень давно, когда Самуил еще был человеком, он тоже мог стать Чанкром, но не пожелал открыться потусторонним силам, ему не нравилось, что мы используем людей. Антуан обратил его, чтобы влезть в нашу семью. Когда брат понял, что стал кровопийцей он сходил с ума от горя, он ненавидел себя и мечтал о смерти. Родители изгнали Самуила, они люто ненавидили расу вампиров, Самуил для них стал врагом и у Антуана ничего не вышло. Тогда он взбесился и убил всю нашу семью. Брат чудом меня спас и спрятал от него. Он нашел убийцу родителей и покарал его, но Антуан возродился спустя несколько сотен лет, тогда уже Влад появился в братстве. Они выследили Антуана в очередной раз и снова вонзили кол ему в сердце. Затем они закопали его живьем в святой земле, привезенной из Иерусалима, а я наложила печать на могилу. Мы надеялись, что избавились от него навсегда. Это жуткое создание, он коварен, подл и он питается даже кровью вампиров, если он вернулся, то скоро начнется кровавая бойня. Он мечтает вернуть трон и посеять хаос на земле.

- Что он сделает с Владом? - С ужасом спросила Лина.

Личико Фэй помрачнело и все стало ясно без ответа. Лина застонала и прижала руки к груди, так страшно еще никогда не было. Жуткое предчувствие бросало то в жар то в холод, от волнения пересохло в горле.

- Будем молиться, чтобы Самуил с Ником успели вовремя.

Ответила она и даже не взглянула Лине в глаза, казалось колдунья сама не верит в спасение короля.

- Почему Влад меня оставил?

- Потому что охотники поставили такое условие.

- Охотники?! - глаза Лины округлились от удивления.

- Ну да! Неужели он ничего тебе не рассказывал? Охотники на нечисть, существует орден "Осинового Листа" испокон веков они преследуют существ нечеловеческой расы. Условием перемирия стала ты. Они потребовали отказаться от смертной. Если бы Влад не согласился, то другие вампиры нашли бы тебя и убили. Война с охотниками означает облавы и голод. Для вампира нет ничего ужасней, чем голодать. Влад хотел тебя уберечь.

Лина закрыла лицо руками…мысли хаотично метались в голове, цепляясь одна за другую. Только теперь она начала понимать на какие жертвы пошел любимый и как тяжело и больно ему было в эти минуты. Кусочек души ликовал, вопреки всем страхам и сомнениям. Она любима, поступки Влада стали понятны. Когда он вернется она все ему простит и забудет, плевать на охотников, плевать на всех. Лина никого не боится и не позволит им разрушить их счастье, теперь ее очередь бороться за него.

10 ГЛАВА

Гробовая тишина стояла в лесу, словно все замерло, исчезло, заледенело. Белое покрывало застилало мрачную поляну, освещенную лишь тусклым светом луны, которая через пару дней станет полной. Пять фигур в черном стоят, словно каменные изваяния и лишь одна из них распласталась на снегу, ветер треплет длинные черные волосы Самуила, никто не смеет помешать ему или поднять из снега. Бывший король невидящим взглядом смотрит на останки сына, и его лицо белее снежной пустыни. Перед ним лежит обгоревший до неузнаваемости, словно облитый кислотой вампир. В нем трудно различить черты лица, лишь одежда сохранилась и сверкала ярко - красными пятнами крови. Самуил давно почувствовал запах, он знал, кому принадлежат вещи и изуродованный труп перед ним.

Николас сцепил зубы с такой силой, что заболели челюсти. Глаза жгло, пекло, грудь нестерпимо болела. Он физически чувствовал мучения Самуила, но не смел показать собственной слабости. Сильнее чем боль от утраты его сжигал гнев, жажда мести, крови тех кто посмел поднять руку на брата и искалечить жизнь им всем. Отец сидел в такой позе уже больше часа, с тех пор, как ищейки дали знак, что нашли Влада, точнее то, что от него осталось. Короля казнили с особой жестокостью: вначале его подставили под палящие лучи солнца, а затем облили настоем из вербы, они сожгли его живьем - адская смерть для вампира. От одной мысли о том, какие страдания пришлось перенести несчастному, все присутствующие содрогались от ужаса и жалости. По щекам Криштофа катились кровавые слезы. Влада всегда любили те, кто был предан ему долгие столетия, для всех он прежде всего друг и уже потом правитель.

И вдруг тишину прорезал вопль, нечеловеческий вой, словно крик умирающего животного - то несчастный отец осознал, что потерял любимого сына навсегда. Руки Самуила прижали к себе изуродованное тело, он раскачивался из стороны в сторону и выл, оглушая этим жутким звуком все живое вокруг. Николас бросился на колени и обнял его, сжимая так сильно, как только мог, показывая всю свою любовь, но Самуил оттолкнул его и вновь вцепился в тело.

- Не отдам - прохрипел он - не отдам…

Ник снова рывком обнял отца.

- Нам нужно привезти его домой, похоронить с почестями. Мы уже больше часа здесь. Дольше оставаться нельзя, если не поместим тело в саркофаг, после полуночи оно рассыплется в пепел.

- Сынооок, нет!…как же так?!…как же так?!- Самуил посмотрел на Ника, и из его глаз потекли слезы окрашивая щеки в алый цвет. - Мы не успели…я не успел. Я позволил им истязать моего мальчика и ни кто не пришел ему на помощь он умер в ужасе и одиночестве.

И он снова взвыл, закричал, вырываясь из объятий старшего сына.

- Отец! Я прошу тебя, пожалуйста, дай нам его забрать иначе скоро это станет невозможным. Позволь его верным подданным оплакать утрату вместе с нами.

Руки Самуила безжизненно повисли, и он разрешил остальным вампирам бережно взять останки и понести к машинам. Ник поднял отца с колен, поддерживая под руку повел вперед. Несчастный шатался, цепляясь за руку сына, как за спасительный якорь тихо шептал:

- Он позволил им, он безропотно дал себя уничтожить, иначе они бы с ним не справились, позволил ради нее. Дьявол отнял у меня самое дорогое. Как мне жить дальше? Как смирится? - Стонал Самуил, заглядывая в лицо Ника, синие глаза стали черного цвета от тоски и отчаянья.

Николас тяжело вздохнул, и грудь снова разболелась как от невыносимой тяжести. Он должен держать себя в руках ради отца, ради Лины. Даже страшно себе представить, что будет с ней. Бешеная злоба, дикая ненависть пронзила все его существо, он найдет убийц брата и их смерть станет не менее ужасной, а с Магды шкуру сдерет живьем.

- Мы не смиримся, мы будем жить местью - Прорычал он - найдем тех, кто это сделал и казним.

Отец повернулся и с болью посмотрел на сына.

- Но это не вернет его к нам. Не вернет моего мальчика…у меня нет сил на месть - я сломан, я хочу умереть…

Николас застонал и обнял отца за плечи, руки дрожали, а невыносимая тоска сжимала сердце раскаленными клещами.

- Нет, мы будем жить дальше, и найдем убийц.

Самуил послушно сел в машину, он закрыл лицо руками, и сквозь пальцы капала кровь. Такова скорбь вампира. Такова боль этих жестоких существ.

- Что мы скажем Лине? Что я скажу Фэй? Это убьет ее, она и так слишком слаба. Куда мы едем? - Срывающимся голосом спросил Самуил.

- В твой особняк, тело нужно привести в порядок, прежде чем положить в гроб.

Оставшуюся дорогу они молчали, слов не осталось, все думали о том, какие мучения пришлось вынести Владу перед смертью, как вербная кислота разъедала его кожу, все знали, как болезненна лишь капля этой жидкости. Она медленно прожигает плоть до костей. С такой особой жестокостью уже давно никого не казнили - кол в сердце и голову с плеч, вот способы лишения вечной жизни в наше время. Сожжение вербой использовали много веков назад, а так же для пыток и выжигания клейма преступникам. С тех пор казни стали гуманней. Тот кто сотворил это с их королем, намеренно превратил каждую минуту его агонии в бесконечную боль.