Путешественница. Книга 2. В плену стихий - Гэблдон Диана - Страница 74

Его руки, большие, сильные и прохладные, уже шарили по моей разгоряченной плоти.

— У тебя самые круглые ягодицы, какие мне доводилось видеть!

«Артемида» качнулась на волне, и это придало его порыву такое дополнительное усилие, что я вскрикнула.

— Тсс!

Закрыв мне ладонью рот, Джейми согнулся надо мной, высоко задрал мою рубашку и придавил меня к кровати своим весом. Лихорадка делала кожу чувствительной к любому прикосновению. Я дрожала в его руках, и внутренний жар устремлялся наружу, а внутри я ощущала его движения.

Его руки сжимали мои груди — это было то немногое, что я еще осознавала среди этой бури чувств и хаоса ощущений. Была еще теплая сырость скомканных одеял подо мной, холодный, несший влажный туман ветерок с моря, что обдувал нас, жаркое дыхание Джейми сзади, на моей шее, неожиданное покалывание и, наконец, прилив жара и холода, нахлынувший, когда он оросил мое лоно и на смену лихорадке пришло блаженное удовлетворение.

Тело Джейми обмякло на моей спине, мне было приятно ощущать на себе его вес. Лишь по прошествии немалого времени его дыхание выровнялось и он поднялся. Моя тонкая хлопковая сорочка сделалась мокрой, и холодный ветер заставил меня поежиться.

Джейми со стуком захлопнул окно, наклонился, подхватил меня, как тряпичную куклу, перевернул, уложил на койку и накрыл стеганым одеялом.

— Как рука? — спросил он.

— Какая рука? — вяло пробормотала я.

Ощущение было такое, будто меня расплавили и залили в матрицу для придания формы.

— Ага, значит, уже неплохо, — улыбнулся он. — Встать можешь?

— Ни за что на свете!

— Я скажу Мерфи, что тебе понравился суп.

На мгновение его ладонь задержалась на моем холодном лбу, медленно спустилась по щеке и куда-то исчезла. Как он ушел, я уже не слышала.

Глава 57

ЗЕМЛЯ ОБЕТОВАННАЯ

— Это погоня! — с негодованием воскликнул Джейми, стоя у меня за спиной и всматриваясь в морскую даль за бортом «Артемиды».

Слева от нас, сверкая на солнце, словно жидкий сапфир, лежал Кингстонский залив, над которым, наполовину тонувший в зелени, поднимался по склону город. Дома в розовых и желтых тонах казались вставками слоновой кости и кварца на сочном изумрудно-малахитовом фоне. А по лазурной глади воды под белоснежными, как крылья чайки, парусами и поблескивающими пушечными портами горделиво и стремительно скользил «Дельфин», военный корабль флота его величества.

— Чертова посудина преследует меня! — проворчал Джейми, когда мы, благоразумно держась поодаль, проходили мимо горловины бухты. — Куда бы я ни направился, вечно за мной погоня!

Я рассмеялась, но, по правде сказать, близость «Дельфина» заставляла нервничать и меня.

— Не думаю, чтобы это была погоня. Капитан Леонард говорил, что они направляются на Ямайку.

— Ага, но почему бы им не отправиться прямиком на Антигуа, где находятся и верфи, и военно-морские казармы, тем более если они спешат?

Из-под руки он присмотрелся к «Дельфину». Даже на таком расстоянии можно было различить сновавшие по реям крохотные фигурки.

— Им нужно сначала зайти в здешний порт, — пояснила я. — У них на борту новый губернатор колонии.

Мне ужасно хотелось присесть и спрятаться за бортовым ограждением, хотя разум подсказывал, что это глупость и с такого расстояния невозможно разглядеть даже огненную шапку волос Джейми.

— Вот как? Интересно, кто он? — спросил Джейми с отсутствующим видом.

Примерно через час нам предстояло бросить якорь в Сахарной гавани, у плантации Джареда, и все помыслы моего мужа были обращены к предстоящим поискам Айена.

— Его зовут Грей, — ответила я, отвернувшись от борта. — Приятный человек, мы с ним встретились на корабле.

— Грей? — с интересом переспросил Джейми. — Случайно, не лорд Джон Грей?

— Ну да, лорд Джон. А что?

Я взглянула на Джейми с любопытством. Мое сообщение явно не оставило его равнодушным, и на «Дельфин» он теперь посматривал с интересом.

— А что?

Мне пришлось дважды повторить свой вопрос. Наконец Джейми улыбнулся, глядя на меня сверху вниз, и ответил:

— Да просто я знаю лорда Джона, он мой друг.

— Правда?

Особого удивления это у меня не вызвало: среди друзей Джейми такие особы, как министр финансов Франции или принц Карл Стюарт, запросто сосуществовали с шотландскими нищими и французскими карманниками. Знакомство с английским аристократом было для него столь же естественным, как с шотландскими контрабандистами или ирландскими морскими волками.

— Тогда это удача. Во всяком случае, надеюсь на это. А где ты познакомился с лордом Джоном?

— Он был начальником тюрьмы в Ардсмуре, где я сидел, — ответил Джейми, сумев-таки наконец меня удивить.

Его глаза, сузившиеся в размышлении, не отрывались от «Дельфина».

— И при этом он твой друг? — Я покачала головой. — Все-таки мужчин трудно понять.

Отвернувшись от английского корабля, Джейми взглянул на меня с улыбкой.

— Друзей, англичаночка, можно найти где угодно. — Он прикрыл глаза ладонью от солнца и покосился в сторону берега. — Будем надеяться, что встретим друга и в лице этой миссис Абернэти.

Как только мы обогнули мыс, у борта материализовалась гибкая черная фигура. Обряженный теперь в скрывавшую шрамы матросскую ро6у, Измаил вовсе не походил на раба, а смахивал скорее на пирата.

Не в первый раз я задумалась о том, многое ли из того, что он нам говорил, было правдой.

— Моя сейчас уходить, — сообщил Измаил.

Джейми поднял бровь и бросил взгляд за борт, на колышущуюся бездонную синеву.

— Ни в коем случае не собираюсь тебе мешать, — любезно отозвался он. — Но может быть, тебе лучше воспользоваться лодкой?

Вероятно, Измаил понял шутку, во всяком случае, в его глазах промелькнуло нечто похожее на искорку юмора, но черное лицо осталось решительным и суровым.

— Вы обещать мне высадить на берег там, где я просить. — Он кивнул на остров, где буйная поросль джунглей сбегала по склону холма к морю, чтобы увидеть в воде собственное зеленое отражение. — Вот место, где я хотеть быть.

Джейми перевел задумчивый взгляд с безлюдного берега на Измаила, помолчал и кивнул.

— Я прикажу спустить шлюпку. — Он повернулся к каюте. — Кажется, тебе было обещано еще и золото, а?

— Моя не хотеть золото.

Слова Измаила, как и его тон, заставили Джейми остановиться и посмотреть на чернокожего с интересом, к которому примешивалась настороженность.

— У тебя еще что-то на уме?

Измаил ответил коротким резким кивком. Особых признаков нервозности он не выказывал, но на висках поблескивала легкая испарина, несмотря на прохладный полуденный бриз.

— Моя хотеть этот однорукий нигер, — заявил Измаил, смело глядя Джейми в лицо, но за этой напускной бравадой угадывалась неуверенность.

— Темерер? — удивилась я. — Зачем?

Измаил бросил на меня взгляд, но его ответ был адресован Джейми.

— От этот нигер вам все равно никакой польза нет. Одна рука — ни работать в поле, ни на корабль.

Джейми отреагировал не сразу. Он помолчал, глядя на Измаила, повернулся и велел Фергюсу привести однорукого раба.

Темерер, приведенный на палубу, безучастно стоял, щурясь от солнца. Ему тоже выдали матросскую робу, но в отличие от Измаила с его варварским шиком на нем все висело как на бревне, на которое нацепили одежду для просушки.

— Этот человек хочет, чтобы ты сошел с ним здесь на остров, — медленно произнес по-английски Джейми, четко выговаривая каждое слово, чтобы быть понятым. — Ты согласен на это?

Темерер заморгал, глаза его расширились от изумления, чуть ли не от испуга. Я подумала, что, наверное, никто уже много лет — а может, всю его жизнь — не интересовался тем, чего он хочет, а чего нет. Раб робко переводил взгляд с Джейми на Измаила и обратно, но на вопрос так и не ответил.

Джейми попробовал еще раз, по-другому.

— Тебе вовсе не обязательно идти с этим человеком, — сказал он рабу. — Ты можешь остаться с нами, и мы позаботимся о тебе. Никто не причинит тебе зла.