Путешественница. Книга 2. В плену стихий - Гэблдон Диана - Страница 55

— Да. Хотя я не думаю, что вокруг нас бродит столько евреев-натурфилософов, что можно в них запутаться.

Я рассказала, как встретилась со Штерном в мангровых зарослях.

— Потом он привел меня в дом священника и… Господи, совсем из головы вылетело! Ты должен ему два фунта стерлингов за Арабеллу.

— В самом деле? — удивленно спросил Джейми.

— В самом деле. Наверное, стоит попросить Лоренца выступить в роли посредника: кажется, священник к нему расположен.

— Ладно. А что случилось с этой Арабеллой? Кто-то из команды совратил ее?

— В принципе, можно сказать и так.

Я набрала воздуха, чтобы приступить к объяснениям, но в дверь снова постучали.

— Одеться спокойно и то не дадут! — раздраженно бросил Джейми. — Ну кто там? Входи!

Дверь отворилась, впустив Марсали, которая, увидев своего отчима обнаженным, испуганно зажмурилась. Джейми торопливо обернул чресла рубашкой, которую держал в руках, и кивнул падчерице.

— Марсали, девочка. Рад видеть, что с тобой все в порядке. Тебе что-нибудь нужно?

Девушка вошла в комнату, заняла позицию между столом и рундуком и решительно сказала:

— Да.

Марсали загорела так, что ее нос шелушился, но, несмотря на это, сейчас выглядела бледной. Прижав кулачки к бокам, она вызывающе подняла голову и заявила:

— Я требую, чтобы ты сдержал свое обещание.

— Какое? — насторожился Джейми.

— Кое-кто обещал, что позволит нам с Фергюсом пожениться, как только мы доберемся до Вест-Индии. — Между ее светлыми бровями залегла упрямая морщинка. — Эспаньола — это Вест-Индия. Так еврей сказал.

Джейми в явной растерянности схватился за бороду.

— Ну да, — пробормотал он, — конечно. Обещал, не отказываюсь, но… Вы уверены в своем намерении, вы оба?

Она упрямо задрала подбородок еще выше.

— Уверены!

Джейми поднял бровь.

— А где сейчас Фергюс?

— Помогает укладывать груз. Нам скоро в дорогу, так что, думаю, лучше пойти и спросить сейчас.

Джейми нахмурился, потом, смирившись, вздохнул.

— Ну ладно. Ладно, чего уж там. Но я, помнится, говорил, что соглашусь, если вас благословит священник, верно? А здесь никакого священника не сыщешь ближе чем в Байамо, а дотуда три дня пути. Может быть, на Ямайке…

— А вот и нет, вот и нет! — торжествующе воскликнула Марсали. — Есть тут священник, прямо под рукой. Нас обвенчает отец Фогден.

У меня отвисла челюсть, и я поспешно закрыла рот. Джейми исподлобья уставился на падчерицу.

— Да мы же утром отплываем!

— Это не займет много времени, — пылко возразила девушка. — Всего-то несколько слов, это недолго. Мы уже состоим в браке по закону, нужно только, чтобы наш союз благословила церковь.

Она положила ладонь себе на живот, туда, где предположительно хранился под корсетом ее брачный контракт.

— Но твоя матушка…

Джейми беспомощно повернулся ко мне в поисках поддержки, Но получил в ответ столь же беспомощное пожатие плеч. Такие задачи, как растолковать Джейми насчет отца Фогдена или отговорить Марсали, находились явно за пределами моих скромных возможностей.

— Но он, вероятно, не захочет в этом участвовать, — сказал Джейми с видимым облегчением, думая, что нашел отговорку. — Команда дурно обошлась с одной из его прихожанок по имени Арабелла. Полагаю, он не захочет иметь с нами дело.

— Нет, захочет! Он сделает это ради меня: я ему нравлюсь.

От возбуждения Марсали чуть ли не приплясывала.

Джейми посмотрел в ее юное лицо долгим сосредоточенным взглядом.

— Ты уверена, девочка? — спросил он наконец. — Ты действительно этого хочешь?

Она зарделась и, сделав глубокий вдох, выпалила:

— Да, папа. Действительно хочу. Я хочу Фергюса! Я люблю его!

Помедлив мгновение, Джейми запустил пятерню в волосы, почесал макушку и кивнул.

— Ну что ж, ладно. Иди и пришли ко мне мистера Штерна, а потом найди Фергюса и скажи, чтобы готовился.

— Ой, папа! Спасибо, спасибо!

Марсали бросилась ему на шею и поцеловала его. Он обнял девушку одной рукой, другой придерживая на себе рубашку, поцеловал в лоб и легонько отстранил.

— Осторожнее. Ты ведь не хочешь подцепить перед свадьбой вошку-другую?

— Ой!

Это, кажется, кое о чем ей напомнило. Она посмотрела на меня и покраснела, подняв руку к светлым локонам, потным и кое-как собранным в растрепанный узел.

— Матушка Клэр, — смущенно пробормотала она. — Я подумала… не дадите ли вы мне кусочек того особого мыла, которое у вас с ромашкой. Я… по-моему… — Она покосилась на Джейми. — Мне не помешало бы…

— Конечно, — откликнулась я. — Пойдем со мной, и я сделаю все для того, чтобы на своей свадьбе ты была самой красивой и нарядной.

Мой оценивающий взгляд отметил круглую раскрасневшуюся мордашку, грязные босые ноги и мятое, узкое в груди муслиновое платье, обтрепанный подол которого был на несколько дюймов выше измазанных в песке лодыжек. Не лучший вид для невесты. С этой мыслью я обернулась к Джейми.

— Для свадьбы ей необходимо красивое платье.

— Англичаночка, — попытался возразить он, — но мы не можем…

— Зато священник может, — оборвала его я. — Скажи Лоренцу, чтобы он спросил отца Фогдена, не одолжит ли тот одно из своих платьев… То есть я имею в виду платья Эрменегильды. Кажется, они должны подойти по размеру.

Лицо Джейми выражало крайнюю растерянность.

— Эрменегильда? — пробормотал он. — Арабелла? Платья? — Его глаза сузились. — И что он за тип, этот священник?

Я задержалась в дверном проеме. Позади меня, в проходе, нетерпеливо маячила Марсали.

— Ну, — ответила я, — он, конечно, пьяница. И большой любитель овец. Но нужные слова должен помнить и обряд совершить может.

Это была одна из самых необычных свадеб, на каких мне доводилось присутствовать. К тому времени, когда завершились все приготовления, солнце уже давно утонуло в море, и Джейми, к превеликому удовольствию штурмана, мистера Уоррена, заявил, что не отплывет до следующего дня, чтобы дать возможность новобрачным провести ночь в уединении, на берегу.

— Черт побери, нельзя же, чтобы первая брачная ночь прошла на одной из этих богом проклятых корабельных коек, где и в одиночку-то еле помещаешься, — сказал он мне, когда мы остались одни. — Я уже не говорю о перспективе лишиться девственности в гамаке.

— Вот именно, — подхватила я, обильно поливая уксусом его голову и улыбаясь самой себе. — Ты очень заботлив.

Сейчас Джейми стоял рядом со мной на пляже и, хотя от него довольно сильно пахло уксусом, выглядел весьма достойно и впечатляюще в своем синем камзоле, чистой рубашке, серых саржевых брюках и шейном платке. Медные волосы были аккуратно зачесаны назад и собраны в хвост. Правда, разросшаяся рыжая борода не вполне соответствовала этому ухоженному облику, но даже она была ровно подстрижена и расчесана, а потому не мешала ему выглядеть почтенным отцом невесты.

Мерфи в качестве одного из свидетелей и Мейтленд в качестве другого производили менее благоприятное впечатление, хотя Мерфи не забыл вымыть руки, а Мейтленд — лицо. Фергюс предпочел бы видеть в роли свидетеля Лоренца Штерна, а Марсали — меня, однако мы их отговорили. Штерн не был не то что католиком, но и вообще христианином, а я если и могла считаться христианкой, то явно не в глазах Лаогеры.

— Я говорил Марсали, что она должна написать матери о своем замужестве, — тихо сказал мне Джейми, когда мы наблюдали за вовсю шедшими на берегу приготовлениями. — Но сдается мне, она выполнила это буквально: ограничилась извещением о том, что выходит замуж. И все.

Суть проблемы я понимала: невелика радость для Лаогеры узнать, что дочь вышла за однорукого бывшего карманника, да к тому же старше ее почти вдвое.

Ее материнские чувства вряд ли порадовало бы и упоминание о том, что брачный обряд был совершен посреди ночи, на пустынном вест-индийском пляже, опальным и слава богу что вовсе не лишенным сана священником, в присутствии двадцати пяти человек, десятка французских лошадей, маленькой отары овец и спаниеля, вносившего свой вклад в общее оживление и веселье попытками при любой возможности совокупиться с деревянной ногой Мерфи. Единственное, что могло бы огорчить Лаогеру еще больше, — это известие о моем участии в церемонии. На воткнутых в песок шестах зажгли несколько факелов, пляшущий свет которых окрашивал участки побережья в яркие на фоне черного бархата ночи красный и оранжевый цвета, а над головой, как благословляющие огни небес, сияли ясные карибские звезды. Хоть обряд проходил и не в церкви, немногие пары могли бы похвастаться таким красивым обрамлением свадебной церемонии.