Страсть рыцаря - Коул Кэндис - Страница 48

– Я люблю тебя, Рокси, – признался он. – Думаю, что я полюбил тебя уже очень давно. А ты? – Он внимательно посмотрел на нее. – Ты любишь меня?

– Ты знаешь, я не стала бы твоей вчера ночью, если бы не любила тебя, – честно ответила она. – И я позволила бы Бейлину убить тебя сегодня, если бы не любила тебя.

– Боюсь, если бы бой состоялся днем раньше, ты не стала бы помогать мне.

Роксанна почувствовала, что ей снова хочется плакать.

– Очень может быть! – зло выкрикнула она. – Возможно, действительно не следовало помогать тебе после всего того, что ты наговорил утром Феликсу. – Она отвернулась, на ее ресницах дрожали слезы. – Что нам теперь делать? – прошептала она. – Я не смогу выйти за твоего брата и остаться твоей любовницей.

– Ты не любовница мне и никогда не была ею, – твердо заявил Рэйвен. – Роксанна Биттеншир, ты – моя возлюбленная и скоро станешь моей женой.

– Но как же Памела? А Питер! И что делать с тем мерзавцем, которого ты называешь своим королем?

Рэйвен вздохнул и выпрямился.

– Памела – нежная и милая девушка. Если бы я мог, то никогда не стал бы обижать ее. Но ей будет лучше, если она станет женой человека, который любит ее. Она достаточно мудра, чтобы понять это. А что до Питера… В отличие от меня у него более спокойный характер. Конечно, он разозлится на меня, но мы с ним – две половинки одного целого. У нас слишком много общего, чтобы он злился на меня до конца дней.

– А король Генрих?

– О Господи! – Рэйвен возвел глаза к потолку. – Характер короля еще хуже моего. Это все из-за того, что он рыжий, не сомневаюсь в этом, но мы с ним давние друзья. Должен найтись способ обойти его указ. – Он озадаченно посмотрел на Роксанну. – Какая ему разница, выйдешь ты за меня или за Питера?

– Дело не в этом, а в том, что слово короля – закон. Если мы поженимся, то нарушим его волю, а за это могут покарать смертью.

– Мы не умрем, – убежденно сказал Рэйвен, – по крайней мере, не от руки Генриха. Если будет нужно, мы убежим куда-нибудь в далекие земли, где он не найдет нас. Не бойся. – Он нежно поцеловал ее в лоб. – Теперь ты моя жена, и я буду заботиться о тебе до конца моих дней.

– А я о тебе, – прошептала она, и ее пальцы сжали его волосы, потому что она хотела, чтобы он не мог разорвать поцелуй до того, как она им насытится.

Говоря о будущем, Рэйвен был больше уверен в нем на словах, чем на деле. Но он знал, что никогда не нарушит только что данное им обещание заботиться о Роксанне, потому что не только он любил ее, но и она его.

– Питер! Памела! У меня новости, которые…

Люсинда распахнула дверь в комнату сына и остановилась на пороге: комната была пуста. Замирая от страха, она бросилась к спальне Памелы, но дверь оказалась заперта.

– Питер! Памела! – Люсинда забарабанила кулаками в дверь.

– Подожди минуту!

Услышав голос сына, Люсинда в страхе прижала руки к груди. Ей не нужно было заглядывать внутрь, чтобы догадаться о том, что там произошло. Ее худшие опасения оправдались.

Заскрипел засов, дверь отворилась, и на пороге возник Питер. Он был в одной рубашке и опирался на костыль. Памела лежала в кровати, закрывшись одеялом до самых глаз.

Люсинда застыла, глядя на них.

– Мама, прошу тебя, зайди, – сказал Питер и сел на кровать рядом с Памелой. – Что за новости ты хотела нам сообщить?

– Похоже, теперь они не будут иметь для вас особого значения.

– Это о Рэйвене? Он вернулся?

– Нет, – ответила Люсинда, перебегая взглядом с одного лица на другое. – Я пришла сказать, что эпидемия закончилась, и теперь… – ее взгляд с упреком остановился на Памеле, – невеста Рэйвена может вернуться в свою спальню. Мне казалось, она очень хотела этого. Но теперь…

– Мама, – перебил ее Питер, – нам нужно кое-что сообщить тебе. Женщина, которую ты видишь в постели, больше не Памела Англфорд, а Памела Стоунвезер, моя жена.

– Твоя жена? Питер, как вы могли пожениться? Священник должен приехать только через неделю. Ты же знаешь, что отец Саймон объезжает соседние деревни и помогает больным. Когда же?..

– Вчера ночью, миледи, – объяснила Памела. Она села на кровати и смело обняла своего мужа. – Мы дали друг другу клятву. Я бы не… отдалась Питеру, не будучи его женой.

Люсинда долго молчала, ее плечи были опущены.

– Вчера вечером я хотела объявить вам, что Памела может возвращаться в свою комнату, но Йен сказал, что это может подождать до утра. Если бы только…

– Мама, – голос Питера стал жестким, – мы поженились бы, даже если бы Памела была в другой комнате. Ничто не могло нам помешать.

– Но твой брат!

– Я знаю, – Питер опустил голову, – и сумею с ним помириться. Уверен в этом, ведь мы близнецы.

– Может быть, – вздохнула Люсинда, – но как быть с Генрихом? Примет ли он ваш брак? Если нет, то мне страшно представить, что он может с вами сделать.

– Король примет наш брак, потому что он был заключен по закону, хотя и без свидетелей. Но в любом случае мы сможем вынести все, что он захочет сделать с нами.

– Ах! – улыбнулась Люсинда, глядя на то, как ее сын держит за руку свою юную жену. – Молодые, бесстрашные и влюбленные. Нужно рассказать Йену.

Она вышла и закрыла за собой дверь. Питер повернулся к Памеле и увидел, как та побледнела.

– Питер, что мы наделали? – испуганно спросила она. – Ночью, в темноте, все казалось правильным. Но теперь, когда я увидела лицо твоей матери… Что скажет король Генрих? А Рэйвен с Роксанной? Они не знают о нашем решении, но наш брак помешал им выполнить волю короля. Генрих обязательно их накажет, хотя это будет нечестно!

Питер улыбнулся и поцеловал ее в нос.

– Ты сама говорила мне, что Роксанна не хочет становиться моей женой. А Рэйвен вообще не представляет себя в роли мужа. Не думаю, что Генрих накажет их за наше непослушание. Кроме того, разрушив их браки, мы сделали им обоим большое одолжение.

Памела не согласилась с мужем, но по ее лицу пробежала какая-то тень.

– Что такое? Ты хочешь что-то сказать?

– Да… Нет, не знаю! – Она спрятала лицо в ладонях.

– Расскажи мне, – ласково попросил он, – у нас теперь не должно быть секретов друг от друга.

Памела вздохнула и подтянула колени к подбородку.

– Моя кузина действительно не хотела становиться женой английского лорда. Она всегда мечтала выйти замуж за нашего кузена Бейлина. В Уэльсе нет строгих законов, запрещающих браки между кузенами, – пояснила она.

– Так, – кивнул головой Питер, – и что?

– Я не стала разубеждать тебя в том, что Роксанна сбежала из-за нежелания выходить за тебя замуж, но это была не единственная причина, по которой она покинула Фортенголл.

– Так почему же она сбежала?

– Я должна была сразу сказать тебе, – ответила Памела после минутного колебания, – но мне не хотелось вставать между тобой и Рэйвеном. Однако если бы я сказала правду, если бы ты узнал, что Рокси о тебе очень высокого мнения, то ты не стал бы жениться на мне, а дождался бы ее!

– Святые угодники! Так это мой брат заставил ее сбежать?

Она кивнула.

– Он обвинил ее в том, что она пыталась убить тебя и столкнула со стены, но ты и сам догадался об этом. К сожалению, все было еще хуже. Рэйвен пригрозил Роксанне убить ее, если она осмелится стать твоей женой. Ей пришлось бежать, потому что она опасалась за свою жизнь!

– Ты знала об этом?

– Да, но Роксанна умоляла меня молчать. Рэйвен тоже попросил меня об этом, когда узнал, что она мне все рассказала.

– Он угрожал тебе? – требовательно спросил Питер.

– Нет! Честное слово, не угрожал. Я сохранила секрет Рокси, потому что мы с ней кузины. И еще, потому что хотела защитить тебя.

– Меня? – От недоумения Питер наморщил нос. – От чего?

– От лишних огорчений. Ты и так страдал из-за ноги, а тут еще твоя невеста покинула тебя. Как я могла сказать, что за этим стоял твой родной брат? Вы с ним так близки, я видела, как искажалось от боли его лицо, когда тебе вправляли кости. Я не могла разрывать связь между вами.