Кикимора болотная - Мясникова Ирина Николаевна - Страница 51

— Может, не к нам? Я не жду никого! — крикнула Тася в ответ.

— Под увядшим кустом хризантем… Стась, там их много. О! Уже в огороде лазают. Наверное, вход в дом найти не могут. Точно! Через веранду поперлись.

Музыка стихла.

— Вы кто? — услышала Тася вопрос непутевой мамаши.

— Свои, — раздалось с веранды.

Сердце у Таси замерло, это определенно был голос Левшукова.

— У нас свои все дома, — проворчала непутевая мамаша.

— А вот и неправда. По дороге я встретил девушку Евдокию, чудесным образом похожую на вас. Она играет в бадминтон.

Тася выбежала на веранду. В дверях стоял Левшуков и держал в руке огромную пластиковую переноску для животных. За спиной Левшукова стоял один из охранников.

— Бе-е-е, — раздалось из переноски.

Тася бросилась Левшукову на шею.

— Похоже, действительно свои, — заметила непутевая мамаша, усаживаясь за стол.

В дверях показалась Дуська.

— Посторонитесь-ка, — строго сказала она охраннику.

Охранник пропустил Дуську на веранду, и та уселась рядом с непутевой мамашей.

Тася отцепилась от Левшукова.

— Познакомьтесь, это Алексей Николаевич. А это моя дочка Евдокия и моя мама Софья Михайловна.

— Можно Софи, меня так дома зовут. Я в Италии живу, — пояснила на всякий случай непутевая мамаша.

— Очень приятно, меня можно Лешей звать, а это Тихон Алексеевич Левшуков, можно просто Тихон. — Левшуков поставил на пол переноску и открыл ее. Из переноски вылез бебе ка и с криком «Бе-е-е» стал тереться о Тасины ноги.

— Так вот она какая, бебека настоящая! — сказала Дуська и схватила Тихона на руки. — О, тяжелый какой!

Тихон не стал вырываться, а сразу затарахтел.

— Все, Тася, жить мне теперь негде. Даже берлогу у меня отобрали. Не прогоните нас?

— Я к вам пришел навеки поселиться, — пропела непутевая мамаша несвойственным ей противным голосом. — Везет же тебе, Стаська, на бездомных мужиков.

— Конечно, не выгоним, не слушай никого. Я теперь тебя от себя не отпущу. Считай, вцепилась. — Тася обняла Левшукова и прижалась к нему.

— Только ты учти, Анастасия, на меня можешь не рассчитывать, я тебе больше денег на квартиры для твоих бывших мужей давать не буду! — Непутевая мамаша поджала губы и моментально вдруг стала похожа на свою собственную мать Евдокию Петровну.

— А я-то уж обрадовался! Думал, в кои веки так повезло, урвал богатую невесту. И квартира у нее есть, и машина, и дача, да еще и мама за границей живет, — развеселился Левшуков. — А тут вон оно что! Куда ж мне теперь деваться, раз деньги на квартиру не светят?

Тася захихикала и поцеловала Левшукова в щеку.

— А вы у нас как, всем кагалом поселяться будете или только вы, а остальные табором станут, костры будут жечь? — поинтересовалась непутевая мамаша. — Стася, я из гостиной видела их там, аж две машины.

— Я в курсе, мам. У них так принято.

— Не волнуйтесь, если меня не выгоняете, остальных я отпущу, — успокоил непутевую мамашу Левшуков.

— А куда ж они поедут? — испугалась Тася. — Да еще на ночь глядя.

— Не переживай, — засмеялся Левшуков. — Они, в отличие от меня, не бездомные.

— Алексей Николаевич! У нас регламент. Вас одного оставлять никак нельзя, — раздалось от дверей.

— Значит, все-таки табором станут. Я как чувствовала. — Непутевая мамаша всплеснула руками.

— Ничего, что-нибудь придумаем, а сейчас уезжайте. Не видишь, что ли, какая у меня тут охрана?

— Моль не пролетит. — Непутевая мамаша помахала охраннику ручкой.

— Не положено, — упрямо заявил охранник. — Будем тогда в машине сидеть.

— В сарайке можно двоих разместить, — сообразила Тася.

— Только там удобства-то, извините, во дворе, — довольно сообщила непутевая мамаша. — Скворечник там неподалеку специальный имеется.

— Ничего, мы привычные, — успокоил ее охранник.

— Вот как? — удивился Левшуков. — А я и не знал.

— Это мы у вас, Алексей Николаевич, ко всем удобствам приобщились, а выросли при дачах в садоводствах. Со скворечниками, — пояснил охранник.

— Тогда пусть двое остаются, а остальные — марш в город. Если понадобятся, вызовем, — распорядился Левшуков.

— А как же Семеновна и дед ее таинственный? — опять заволновалась Тася.

— Семеновну с дедом к себе возьмем обязательно, вот только дом новый отстроим.

— И где же это вы дом строить собираетесь? — Непутевая мамаша опять поджала губы.

— Так прямо здесь и построим. Тут у вас хорошо, и к городу близко.

— Я сносить отцовский дом не дам! — Непутевая мамаша возмущенно стукнула кулаком по столу.

— Боже упаси! — рассмеялся Левшуков. — У вас тут лес за забором, так его весь купили, коттеджный поселок строить собираются.

— Наш лес? — расстроилась Тася.

— Наш. Я договорился уже. Куплю у них этот лес целиком. Там дом и поставим. Будет берлога не на заливе, а у озера.

— Правильно, — согласилась Дуська. — Кикиморы все больше не у моря, а в болотах вокруг озер живут. А у нас тут кикимор целых три. Одна, правда, итальянская. Даже у себя в Италии у озера устроилась, а здесь наездами бывает. Очень редко.

Дуська ласково посмотрела на непутевую мамашу.

— Я думаю, что кикиморы, — Левшуков погладил Тасю по голове, — это бывшие русалки. Море отступило, а они остались. Вот и приспособились к лесной и болотной жизни.

— А чего ж вы стоите? Присаживайтесь уже, раз такое дело, будем чай пить. Стася, беги чайник ставь да на стол накрывай, — скомандовала непутевая мамаша. — Только у нас на всех еды все равно не хватит.

— Один момент, — сказал охранник. — Я сейчас в машину сбегаю. У нас там еды полно, Семеновна наша в дорогу наготовила полный багажник. И продукты. Магазин можно открывать.

Левшуков сел за стол вместе со всеми. Тася стала доставать из буфета чашки.

— А чем же это вы, молодой человек, занимаетесь, ну, кроме того, что являетесь лицом без определенного места жительства? — Непутевая мамаша явно собиралась устроить Левшукову допрос.

— Я минеральные удобрения произвожу, ну и приторговываю ими помаленьку.

— О! Так это ж дело доходное, я слышала. Или как?

— Хватает. Я тут, правда, в связи с разводом поиздержался слегка, но ничего, наверстаем.

Левшуков действительно купил вполне приличный кусок леса прямо на берегу озера. И они с Тасей построили там замечательный дом. Дедушкин дом отремонтировали и решили отдать Дуське, когда вырастет, только рояль из него забрали и прабабушкин абажур. Когда приезжает непутевая мамаша, они с Левшуковым играют на рояле в четыре руки. И поют просто замечательно. Особенно это:

Отцвели уж давно хризантемы в саду…

А абажур пристроили над большим круглым столом на кухне. Там вечерами собирается много народу. И охранники, и водители, и Семеновна со своим дедом, и Тася с Дуськой, и сам Левшуков. Конечно, когда он не в отъезде. Однако после того, как они с Тасей поженились, он все больше норовит дома остаться. Миша Ковалевский даже начал было ругаться по этому поводу, правда, после того, как побывал у Левшуковых в гостях и познакомился с Тасей, ругаться перестал. Теперь любит к ним приезжать сюрпризом. Вместе с женой. Антонов, который ангел с галстуком набок, тоже частенько их навещает. Саня из Краснодара приезжает вместе с женой Соней. И конечно, Вера с сыном Петрушкой и Штукина с Валериком тоже частенько гостят у Левшуковых. Семеновна иногда даже ворчит:

— Не дом, а проходной двор.

С работы Тася все-таки уволилась. Убедила Викентия Павловича, что неприлично, когда один из наиважнейших заказчиков спит с генеральным директором компании-подрядчика. Даже сама на свое место генерального директора подобрала. Технический директор Орешкин, ну чем, спрашивается, не генеральный? И образование профильное, и мужчина, а не мамзель какая-нибудь, то есть замуж не выйдет и в декрет не уйдет, а самое главное, человек проверенный и хороший.

Красавец мужчина, он же настоящий полковник, он же бывший мент, он же вице-президент по безопасности холдинга «Монтажспецстрой» Егоров о Тасином романе с Левшуковым узнал, конечно, первый. Ему по должности положено. И сразу нервничать перестал. А до того шибко нервничал, не упустил ли он журавля в небе, променяв его на синицу по имени Снежана. Чего, спрашивается, нервничать, когда журавлям этим всё больше миллионщиков разных подавай. А он, Егоров, никакой не миллионщик. Даже близко!