То свидание в Кембридже… - Эш Розали - Страница 4

Остаться? Не пришло ли время сказать правду?! Как-то наладить отношения с Марко? Бен ведь когда-нибудь узнает все.

Марко позвали к телефону, он нахмурился, пожал плечами.

— Извини, Полли. Я сейчас вернусь.

Она присела, предчувствуя надвигающуюся катастрофу. Не надо было приезжать. С ее стороны настолько рисковать — настоящее сумасшествие.

Она так глубоко ушла в свои мысли, что не заметила, когда внезапно перед ней вырос Марко.

— Это тебя. — В его голосе появилась насмешливая нотка.

— Меня? Кто?

— Ребенок, — ответил он. Теперь он наблюдал за ней.

—Только что я имел увлекательную беседу с очень развитым и разговорчивым мальчиком, которого зовут Бенедикт Гамильтон и которому три с половиной года.

Полли на миг замерла, пытаясь отгадать по выражению лица Марко, что он подумал. Потом помчалась к дому, отдавшись во власть беспокойства.

Может быть, что-то случилось с Беном? Но ведь это он звонит.

Марко догнал ее, взял под руку, помогая продираться сквозь толпу, и ввел ее в кабинет.

— Телефон на столе.

ГЛАВА ВТОРАЯ

— Бен? — Она чувствовала напряженность в своем голосе. — У тебя все нормально?

— Конечно. А кто этот веселый дядя? Полли оглянулась через плечо. Марко сидел, скрестив ноги, в огромном темно-красном кресле и прислушивался к разговору. От его пристального взгляда она вздрогнула.

— Этот веселый дядя — мой кузен, Марко. Теперь я хочу знать, почему ты мне звонишь, дорогой. С Джени все в порядке?

— Ага. У Бонни щенки. Я хочу желтого с розовым носом. Слышишь? Он мой башмак жует.

Она невольно улыбнулась.

— Бен, можно мне поговорить с Джени?

— Ага… Джени!

— Все в порядке, Джени?

— Лучше не бывает. Присматривать за одаренным проказником трех с половиной лет — увлекательное занятие!

— Боже мой, надеюсь, он не свел вас всех с ума. Постараюсь поскорей вернуться.

— И не думай! Оставайся подольше, отдохни! Вилл говорит, что не развлекался так много долгие годы.

— Да? — Полли улыбнулась.

— Твой отец волнуется за успех твоей миссии мира, — добавила Джени. — Я видела его сегодня, он приезжал повидать Бена. Как все проходит, кстати?

— Все нормально. — Ей мешало разговаривать присутствие Марко.

Прикрыв на секунду глаза, Полли пыталась собраться с мыслями. Она не представляла, как выбраться из создавшегося положения. Поспешный отъезд теперь не представлялся лучшим выходом. Нужно время, чтобы попробовать как-то сгладить появившиеся, вероятно, у него догадки. Она взяла себя в руки и почти спокойно сказала:

— Вообще-то у меня был такой вариант — остаться еще на ночь, но раз у тебя там появился целый выводок щенков, за которыми тоже надо приглядывать…

— Бонни прекрасно справляется. Никакого беспокойства, Бен что-то хочет тебе сказать.

Бен подробно рассказал ей о своих занятиях за последние двадцать четыре часа, которые они не виделись. Когда Полли закончила разговор, в кабинете царила мертвая тишина. Напряжение, возникшее между ней и Марко, казалось, возросло во много раз.

— Видимо, я должен извиниться, — вырвалось у Марко.

Она посмотрела на него, в горле опять пересохло.

— За что?

У нее было ощущение, что она приросла к полу. Он встал, пересек комнату и остановился перед ней.

— Немного ранее я позволил себе пошутить по поводу отсутствия у тебя материнских чувств, Полли. Я был очень далек от истины. Ты оказалась любящей, заботливой мамой. — Глаза его скользнули по ее левой руке. — Без мужа?

— Без. — Она сомневалась, что может выстоять до конца. — Без мужа. Я независимая женщина, — гордо добавила она.

— И чье же это решение — твое или его?

— Не поняла? — Она смотрела на него со все нарастающим смущением.

— Я имею в виду отца. Видимо, это Пол? И на кого похож ребенок? Со светлыми волосами, как у тебя? — хрипло настаивал он. — Или у него черты Пола?

— Марко, я…

— У Пола ведь рыжие волосы, да? — Он невесело улыбнулся. — Я как-то спрашивал у Софи, как выглядит парень, к которому ты от меня сбежала.

Она обняла себя руками. Ей хотелось сжаться в комочек, спрятаться от невыносимого допроса.

— Описывать то, что произошло, как мой побег от тебя — нелепо, и ты это знаешь. Это был уход. Ты не хотел ничего знать. И я не собираюсь ничего обсуждать, — осторожно закончила она. — На самом деле это тебя не касается, Марко.

— Может, и так. — Он угрюмо скривил губы. — Я интересуюсь, потому что мы одна семья, Полли.

— Не начинай снова! — резко вскрикнула она. — Мы даже не кузены по крови, а тебя послушать, так мы брат с сестрой!

Воцарилось напряженное молчание.

— Если бы это было так, то произошедшего между нами в Кембридже не могло бы случиться.

— Совершенно верно, — процедила она сквозь зубы.

— Но ведь в этом не было ничего преднамеренного или заранее рассчитанного, Полли? — Губы его чуть изогнулись. — Что касается меня, то в тот момент я, скорее всего, не смог бы остановиться…

Она издала короткий злой смешок.

— Ты считаешь, что я во всем виновата, мое провоцирующее поведение?

Несколько мгновений он смотрел на нее молча.

— Ни в коей мере. Если это необходимо, то я беру вину на себя. Довольно о прошлом. Поговорим о настоящем, Полли. Почему так вышло, что я ничего не знаю о твоем сыне?

Вспышка гнева заставила ее задохнуться.

— Почему ты ничего не знаешь? — эхом повторила она. Голос ее дрожал от подавляемого возмущения. — А почему ты должен знать?

— Софи могла бы мне сказать, — хрипло ответил он.

— Да, вероятно, могла бы, но как ей было догадаться, что ты хоть немного заинтересуешься этой информацией?

Марко не ответил. Прислонившись к краю стола, он глубоко засунул руки в карманы. Она невольно обратила внимание на его сухощавые бедра, туго обтянутые тканью костюма.

Полли быстро отвела взгляд, но он успел его заметить. Лицо ее загорелось от смущения.

— Ты не рассказывал ей о том, что произошло между нами? — выпалила она, внезапно ужаснувшись этой мысли.

— У меня нет привычки оглашать детали личной жизни, — высокомерно сказал он. — А ты не теряла времени, а, Полли? В Кембридже ты была девственницей, принимающей противозачаточные средства, как ты меня уверяла. Потом ты уехала в Америку с Полом и перестала их принимать, так я понял?

Щеки ее пылали.

— Марко… пожалуйста!

— Ты живешь с ним? Это с ним ты оставила сейчас сына?

— Нет. — От учиненного допроса все мысли разбежались, в голове осталась пустота. Сделав усилие, она сказала: — Пол и я не живем вместе.

— Значит, есть кто-то другой?

— Я не собираюсь обсуждать с тобой свою личную жизнь.

— Ты растишь сына одна?

— Да… нет… у меня есть хорошие друзья. — После колебания она продолжала: — Пол и я до сих пор близки. Он живет в деревне — преподает в местной школе.

— Удобно устроились. Воспитываете по очереди? И ты думаешь, этого достаточно, чтобы сформировать у малыша понятие о настоящем отце? — Марко был сама язвительность. — Детей надо растить в стабильной семье.

— Да, конечно. — Его спокойно высказанное осуждение разъярило ее сверх всякой меры. — Не надо читать мне проповедей, Марко! Я сделала все, что могла. Я люблю сына. У него есть все, что нужно.

— Кроме полноценного отца. А как насчет тебя самой? — последовала резкая смена голоса. — У тебя тоже есть все, что нужно? Благодаря шаткому соглашению с человеком, который даже не хочет взять на себя ответственность за своего сына?

— Я совершенно счастлива.

— Не могу представить тебя счастливой в такой сомнительной ситуации. — Голос его прозвучал хрипло. — Разве только ты ухитрилась подавить свою страстную природу.

— О чем ты говоришь? — Все ее тело обдало жаром.

— У тебя разве не страстная натура, Полли?